Развод в 44. Вот и сказке конец... (СИ), стр. 35

Он делает паузу, берет руку своей жены.

- Если захотите.

Мы благодарим. В последний раз обнимаемся.

Когда машина трогается с места, я не смотрю в окно. Не хочу видеть, как дом становится все дальше. Хочу оставить его в себе таким, как сейчас - с зелеными садами, медленным чаем и самыми честными разговорами за долгое время.

Мы едем молча.

И каждый думает о своем.

А может, и об одном и том же.

Мы летим обратно молча.

Возвращается знакомая пустота. Не тревога. Не обида. Просто тихая, вязкая пустота.

Руслан рядом читает. Или делает вид, что читает. Я даже не смотрю в его сторону. Все, что было в Китае, осталось там.

Там был другой воздух. Другие люди. Другая я. Мы будто жили в отдельной капсуле, где можно было остановить время и сделать вид, что ничего не сломано. Что можно начать сначала.

Но я-то знаю, что нельзя.

Мы вернемся - и все опять окажется на своих местах.

Кухня, его чашка, запах, вещи.

Слишком много следов, слишком много «нас» в том доме. Каждый предмет напоминает.

А в Китае было легко. Мы как будто отгородились от всего. Как будто играли в жизнь, где можно попробовать снова. Но это только там.

Руслан листает страницу. Свет от иллюминатора ложится на его руку.

В Китае он был другим. Молча помогал. Меньше спорил. Слушал. Шутил. Он улыбался как раньше, смотрел тепло. Мы даже… смеялись.

Но это все - там. Потому что там не было ни этой квартиры, ни той ссоры в ванной, ни ночи, когда я поняла, что он больше не мой человек.

Дома это все снова всплывет. Там нельзя просто притвориться.

Я откидываюсь в кресле и закрываю глаза. До Москвы еще несколько часов. И я не знаю, как оно будет - там, дома. Не с ним. Не с кем-то. А с собой. Но мне почему-то кажется, что я справлюсь.

Потому что впервые за долгое время я лечу не обратно.

Я лечу вперед.

- Люд, - вдруг говорит Руслан и откашливается.

- Да.

Открывает рот, чтобы что-то сказать, но закрывает.

Выдыхает.

- Ничего… просто…. спасибо. За все.

От этого простого “спасибо” еще хуже.

Оно как очередное осознание, что это точка для нас.

- Пожалуйста.

 Глава 43

На кухне тихо. Только стрелки настенных часов шепчутся друг с другом, отмеряя время между прошлым и будущим.

Я ставлю чашку на стол, но так и не пью. Кофе остыл.

Вскрываю пакет с бумагами.

Те самые.

Достается тяжело - будто вместе с ними вытягивается из меня что-то еще.

Мои условия.

Его подпись.

Папка кажется толще, чем была раньше - может, просто руки дрожат. Может, просто на сердце тяжелее.

"Стороны договорились..."

Стороны. Мы с ним. Уже не "мы", а "стороны".

Даже не Люда и Руслан. Бумажные призраки.

Я читаю, как будто пытаюсь найти в этих буквах подвох. Или надежду. Но там только логика. Четкие формулировки, лишенные чувств. Все справедливо. Все правильно. Все по закону.

А по жизни?

Я в белом платье. Он в классическом костюме. Жаркий день, и он вытирает с моего лба каплю пота и шепчет: "Ты моя. Навсегда".

Я тогда смеялась, потому что не верила в слово "навсегда". А он верил.

Потом был Сашка. Схватки, боль, страх.

Он тогда сказал: "Ты самая сильная женщина в мире".

Я хотела второго. Очень хотела. Но все как-то не складывалось. То не лучшее время, то у меня проблемы со здоровьем, то с Сашкой вечно по больницам.

Отложили. Потом снова. А теперь.... уже поздно. Уже не будет.

Квартира. Машина. Доля.

В строке про ребенка - формальность. Сыну двадцать. Его уже не делят. Он сам решает, с кем быть и когда.

А с кем остается женщина, у которой отрезали двадцать лет жизни, как будто хирург удалил больной орган?

Я сжимаю страницы крепче.

Все правильно.

И все равно будто под кожей лезвием проводят.

Я помню, как мы смеялись. Как ссорились. Как молчали ночами, и каждый лежал на своей стороне кровати, думая, что уже поздно что-то чинить.

Потом мирились.

А потом случилась она.

Да и дело не в ней.

Дело в нас.

В том, что мы не сохранили. Что не поняли. Что не проговорили.

Я переворачиваю последнюю страницу.

Его подпись. Четкая. Ровная. Спокойная. Как будто он действительно все решил.

А я? Я тоже решаю. Сейчас. В эту минуту. Подписываю и точка.

Но почему это не точка, а как будто… гильотина?

Пальцы соскальзывают с ручки.

Сижу и просто смотрю в окно. Там облака бегут, как будто ничего не происходит.

А у меня - конец истории.

И я сама в этом конце.

Сама пишу его рукой.

В груди пусто.

Так пусто, как будто внутри вырезали целый кусок - с любовью, с верой, с будущим.

Подписывать сейчас - значит, навсегда признать, что уже ничего не будет. Ни "нас", ни "семьи", ни "потом".

Ставлю подпись.

Сегодня мне просто надо пережить это чувство. До конца. Чтобы не жалеть потом, что не оплакала. Не отпустила. Не закрыла.

Офис Сергея почти не изменился с тех пор, как я была здесь в последний раз. Стекло, металл, минимализм, ледяной порядок. Как в его голове.

Он сидит за столом - идеально выглаженная рубашка, темный галстук, запонки, как лезвия.

Поднимает глаза и улыбается.

Холодно. Профессионально.

- Ты пропала, Люда, - произносит мое имя с таким вниманием, будто пробует его на вкус.

- Я уезжала.

Опускаю на стол папку с бумагами.

- Руслан все подписал. Соглашение финальное. Я не хочу суда.

Он медленно берет папку, не открывая.

- Как быстро ты стала мягкой, - замечает. - Я помню, ты боролась за каждый пункт.

- Не вижу смысла воевать, если человек готов уйти достойно.

- А ты уверена, что он это делает достойно?

Он поднимается и начинает ходить по кабинету, словно хищник в вольере. Читает на ходу бумаги.

- Ты много интересного про него рассказала. - А теперь ты просто… отпускаешь?

Я сжимаю ручку сумки.

- Это были лишь мои догадки. Доказательств у меня нет.

- Нет, потому что никто не копал. Но если копать - всплывает. И ты это знаешь.

- Не надо ничего копать, - медленно поднимаю глаза. - Сколько я тебе должна за услуги?

- Ничего, - хмыкает.

Улыбка такая скользкая, как будто я уже расплатилась.

- Мне показалось, ты пришла за помощью. Чтобы я защитил твои интересы.

- Я пришла, чтобы поставить точку, - отрезаю. - Без грязи.

Он поднимает руки.

- Хорошо-хорошо. Без грязи. Но скажи, Люда… - он упирается руками в стол и наклоняется ко мне. - Ты уверена, что хочешь довольствоваться этим? У тебя есть возможность отомстить. Я помогу тебе взять больше. Он тебя предал. Он тебе изменил.

- Это на его совести останется, Сергей. Я не хочу быть втянутой в эту бесконечную игру.

- Ты глупая, если думаешь, что он так просто отдал тебе все. Он что-то задумал. Всегда что-то задумывает.

- Значит, это будет моя ошибка. На этом все. Я пришла поставить точку.

Мы смотрим друг на друга. Одна секунда. Две.

Пауза натягивается, как струна.

- Уйдешь - он выиграет, - шепчет Сергей.

- Нет. Уйду - я выиграю, - подбираю бумаги.

- Если передумаешь, позвони, - Сергей трет гладкий подбородок.

Смотрит так, как будто знает, что позвоню.

 Глава 44

Я не знаю, сколько времени проходит. Просто сижу на краю кровати, руки вцепились в телефон, как в последнюю нитку к реальности.

Экран потух, но я все еще держу его, будто от этого что-то зависит.

"Дочь бросила родного отца в пансионате. Старик, забытый и никому не нужный. Бывшая жена успешного бизнесмена Руслана Н., на людях играет роль примерной, а на деле…"

Господи.

Эти слова будто скальпелем режут.