Босс под полтос. Вместе из мести? (СИ), стр. 53
– Тимур, – звоню дорогому конкуренту. – У тебя есть что-нибудь интересное. Аквамарины или турмалин Параиба… Хочу жену порадовать.
– Приезжай, сам выберешь, – лениво тянет в трубку Манучаров. – Заодно позавтракаем вместе. Расскажешь, как у тебя дела? А то жены наши созваниваются, а мы не общаемся. Нехорошо, брат, – весело басит в трубку.
– Жены? – переспрашиваю как дурак.
– Ну да, – вздыхает Тимур. – Две болтушки. Вчера весь вечер трепались и не наговорились. Прикинь?
– Так это ж хорошо, – улыбаюсь довольно. – Я, правда, не знал, что они дружат. Марго не упоминала… Но надо как-нибудь собраться…
– Так, все идем на премьеру в театр. Массовый выход. Говорят, и губернатор будет…
– Кхм… Хорошо. Я сейчас подъеду. Только ты мне скажи, что там у тебя припасено. Я же должен рассчитать свои силы.
– Ну смотри, – поясняет Тимур. – У меня дома турмалин Параиба. Хорошие камни, небольшие. Есть колье. Люба делала в порыве вдохновения. Отлично получилось, – добавляет с гордостью.
– Подожди, так она ж у тебя… – пытаюсь припомнить, чем занимается супруга Тимура.
– Потомственный ювелир и блогер. Прикинь, замес? Короче, приезжай, Богдан Олегович, – заканчивает разговор.
Да не вопрос.
Прыгаю за руль Мерса. Майбах не трогаю. Он у меня под круглосуточной охраной стоит. Пру к Манучару на другой конец города. И всю дорогу размышляю над обычными на первый взгляд фактами.
Ну болтают девчонки. В чем проблема? Тем более, Люба Манучарова – сестра нашего доктора, Кати Елецкой. Может, в этом дело?
Но чуйка мне подсказывает, что нет.
«Что же ты затеяла, Маргарита Николаевна?» – торможу на светофоре. Вспоминаю про поход в театр и звоню Глебу. Просто так поболтать. Но губернатор наш не отвечает. В ухо бьются гудки, а потом вызов сбрасывается.
Ладно, я не гордый. На следующем светофоре набираю Яську.
Сестра моя малахольная берет трубку сразу.
– Что-то случилось, Дася? – спрашивает требовательно. – Я занята. Статью пишу. Маргарита просила…
– А-а, ну тогда не отвлекаю, – хмыкаю в трубку.
– Вот и не надо, – отрезает сестрица. – К премьере все будет готово. Я Марго предупредила. Потом с ней интервью планирую сделать. Я поэтому и согласилась на ваши происки…
Так и хочется закричать, с этого места поподробней! Но я сдерживаюсь
Молчу. Не буду я, как собака-ищейка у чужих выспрашивать. У меня есть жена. Ей задам пару вопросиков.
Но что же она затеяла? Неужели, собирается сорвать премьеру, кошка моя? Не отреклась от своей идеи. Надо подстраховать как-то…
Волнуюсь я. Женский отряд во главе с моей ненаглядной может делов наворотить, мама не горюй. Что же предпринять? Где языка брать?
Ладно, прорвемся! Что бы там ни натворила Маргарита, возьму вину на себя. Штраф заплачу, или пятнадцать суток отсижу за хулиганство. На большее она неспособна, птичка моя.
Торможу около огромного особняка.
– Я к Тимуру Семеновичу, – представляюсь охране.
– Добрый день, Богдан Олегович, вас ждут, – кивает мне серьезный мужик с военной выправкой.
Заезжаю на территорию, а из дома мне навстречу спешит Тимур. В белых штанах и черной футболке. Вальяжный и довольный.
– Ждем тебя завтракать, – крепко пожимает руку. А через пять минут в большой светлой столовой знакомит с семьей***. – Ну, Любу ты знаешь… А это наша команда, – представляет детей. Двух мальчиков и девочку, удивительным образом похожих на обоих родителей.
– У вас с Марго на двоих получается больше, – смеется Тимур.
– По двое старшеньких и мелочь вот ждем, – улыбаюсь я. И неожиданно понимаю, что нужно собраться всей семьей. Мои дети, Маргошкины… Мы все теперь одна семья.
Жене поручу организовать… Пусть хоть полезным делом займется. После премьеры, конечно! Надо будет с собой в театр охрану взять. Рассадить где-нибудь неподалеку. Еще бы знать, где мы с Марго сидим…
Наверняка в директорском ряду. Мой доморощенный режиссер захочет увидеть постановку во всей красе. Насладиться, так сказать…
– Пойдем, – после завтрака увлекает меня за собой Тимур. В большом светлом кабинете, выходящем в сад, раскладывает передо мной черные бархатные палетки. – Выбирай, дорогой. Турмалины отменные. Цена хорошая.
– Колье возьму, – залипаю взглядом на изящной работе. Небольшие, круглые камни, больше напоминающие лазурные капли океана, соединены между собой тонкой цепочкой из белого золота и играют неоновым светом.
Нет, умом я понимаю, что турмалин Параиба – единственный из турмалинов содержащий медь. Плюс марганец в составе и высокий показатель преломления. Все это делает камень живым, горящим неоновым светом. Но бл... От восторга только матом говорить хочется.
– Оно прекрасно, – только и могу выдохнуть. – Необыкновенная работа. И сами камни… Глаз не оторвать. Маргарите понравится.
– Сколько?
– Три айфона, – морщит нос Манучаров.
– Надеюсь, не кастомный люкс? – улыбаюсь хитренько.
– Нет, в обычных, – смеется Тимур.
Кидаю деньги на карту, прячу колье во внутренний карман, пиджак и еду к Маргарите.
«Наверняка она наденет турмалины в театр», – улыбаюсь во все тридцать два.
Не буду ничего расспрашивать, но и про арест Сухоноса в театре промолчу. И меньше всего желаю, чтобы подтвердилось соучастие Акаки в убийстве Маргошкиного брата. Пусть кто-то другой. Только не Сухонос. Как ей жить потом и знать, что твои дети рождены от убийцы?
– Рем, – звоню другу. – Давай включим заднюю, а? Ну пока Маргарита не родит, не будем ворошить прошлое. А вдруг и вправду Сухонос причастен? Пусть его за другие грехи закроют и потом выяснится. Сейчас лучше притормозить… Не знаю я, как Маргошка переживет, – въезжаю на территорию клиники.
– Я тебя понял. Герцогиня никуда не пойдет. А родится малыш, тогда вернемся к этой теме.
– Пусть будет так, – соглашаюсь я, выходя из машины. Поднимаю глаза к теплому осеннему солнышку. Пусть моя женщина будет счастлива.
*** - История Тимура и Любы Манучаровых«Замуж. За сводного!»
Глава 71.
- В новом ресторане любят собираться губеры, банкиры, бизнес всех мастей, — напевает Дася, в одних трусах вертясь перед зеркалом. – Правда, я похож на Тома Круза? – сжимает руку в локте, выставляет вперед волосатую ногу, подражая кому-то из бодибилдеров.
- Одно лицо, Том Олегович, — хмыкаю я, поправляя кружевные рукава черного вечернего платья.
В самый последний день до премьеры «Чикаго» я нашла свое идеальное платье. Естественно, после развода с Аркашкой у меня остался полный шкаф тяжелого люкса. Что-то я продала, а что-то так до сих пор и болтается в шкафу. Но я лучше вообще никуда не пойду, нежели надену что-то из прошлой жизни. Аж по спине чесотки идут, стоит подумать.
Нет!
Особенно в день премьеры. В зале точно будет Сухонос, и я не дам ему повода насмехаться надо мной. Говорить, что я хожу в обносках с его барского плеча. А поэтому…
Я должна блистать на премьере. Но, с другой стороны, и смешной выглядеть не хочется. Поэтому покупаю первое попавшееся черное платье с кружевными вставками. Тонкое кружево облепляет руки, как вторая кожа, на подоле — просвечивает насквозь, выставляя напоказ стройные ноги. Вроде бы и скромненько, но со вкусом.
Пойдет! Что-то другое искать нет ни времени, ни желания.
Мы с Дасей прям дорвались друг до друга. Тем более что Лена разрешила…
И тут даже больше не про секс, а про нежность. После выписки мне нравится лежать рядом с мужем. Гладить его лениво. Просто вести рукой по плечу или по животу. Зарываться пальцами в волосы. Даже когда он спит.
Сухонос бы точно не потерпел, а Даське нравится.
Вся наша жизнь после выписки стала спокойной и размеренной, будто нет и не было никаких проблем. Или их специально мироздание допустило в нашу жизнь. Повернуло нас лицом друг к другу, проверило на прочность и выдало новый офигенный приз.