Босс под полтос. Вместе из мести? (СИ), стр. 51
– Надеюсь, что нет. У Славки была своя система хранения. Идеальная, надо сказать, – бурчит Рем, доставая из подполья обычную общую тетрадку на девяносто шесть листов. Потрепанную, с загнутыми краями черной обложки. – Нам с тобой нужен Сухонос и Терехов, он же Логинов… – открыв тетрадку, ведет пальцем по расчерченной вручную таблице. – Ага. Агдальская шпана, – усмехается криво. – Первый чемодан.
Подскочив на ноги, находит нужный портфельчик. Открывает его. А там…
Флешки с брелоками по пакетам разложены, и картонные коробки. Все подписано и пронумеровано.
– Ищи наших ублюдков, – выдает мне Рем целую горсть флешек.
Перебираю в руках маленькие «бомбочки». Тут и Кононец, и даже Портнягин. Вот бы глянуть. Но понимаю, что нельзя. Рем и так мне пошел навстречу. Сам рискует…
«А если что-то найдем, как материалы к делу присоединить? Та еще морока!» – разглядываю надписи. И натыкаюсь на маленькую, новенькую флешечку с надписью «Слон и Моська».
– Это оно? – протягиваю Рему, перебирающему коробки в чемоданчике.
– Да, похоже. Сейчас глянем, – не повернувшись, кивает он., что-то рассматривая в чемоданчике. Ловким движением выуживает коробку из нижнего ряда. – Даже не думал, что так повезет, – показывает мне надпись «Слон».
– Что там? – до сих пор не понимаю.
– Пекарь. С пальчиками, – усмехается криво Лактомский. Осторожно открывает коробку. Показывает мне. А там ТТ лежит. Рядом патроны.
– Ну и что? – инстинктивно тянусь рукой. Хочу взять посмотреть. Но Рем резко убирает коробку в сторону. – Там отпечатки. И ствол наверняка мокрый, – шепчет довольно. Поднимает глаза к потолку. – Че, братка, ты и оттуда мне помогаешь! – смаргивает непрошеную слезу.
– Ты думаешь, Терехов застрелил кого-то? – выдыхаю в ужасе.
– Почти наверняка знаю. Иначе бы Славка не хранил пистолет. А кого и когда, пусть специально обученные люди разбираются. Гляди, тут дата стоит, – кивает на дешевый картон коробки. Ты потом по Сухоносьим записям отследи. Мало ли, может, еще что-то нагребем…
– Хорошо, – шепчу в полном смятении.- Как такое может быть? - до сих пор не верю в удачу.
- Ну как, - разводит руками Лактомский. - Видимо, Терехов передал ствол людям Славки и попросил избавиться. А Че прошаренный был. В копилочку припрятал. Ты лучше, подумай хорошо, кому передашь? Надо сразу из рук в руки и, чтобы вопросов не задавали…
– Придумаю, – киваю сумрачно. И до позднего вечера ем шашлыки, смеюсь в голос. А в душе все стынет от ужаса.
Кому отдать вещдоки и не навредить своей семье?
Только следующим утром, выйдя на пробежку, доходит.
Останавливаюсь как вкопанный посреди набережной. Звоню Яше Лютову.
– Слушай, мне бы с мужиком, который прошлой зимой моему дядьке помог, потрепаться… Устроишь встречу? Я готов хоть сейчас в Москву выехать, – прошу, стараясь выровнять дыхание.
– Ну так подгребай сегодня вечером ко мне, – смеется Яков. – Я завтра в Москву отчаливаю. Засиделся тут у вас в Агдальске. А Андрюха как раз семьей к родственникам прибыл. Вот и пересеклись…
– Я буду, – киваю коротко. Оглядываюсь по сторонам, вроде хвоста нет. Чуть ли не вприпрыжку возвращаюсь домой.
А там еще раз просматриваю все папки и сшивы, собранные Маргаритой. И натыкаюсь на интересный документ.
Ни за что бы не догадался, если б не знал точную дату. За два дня до убийства Сухонос оплачивал какую-то левую базу для Терехова. Видимо, заранее готовил отступление для друга. А значит знал и помогал. Выходит, тоже соучастник убийства.
Вот же мрази!
Открываю флешку, смотрю. И голова кругом идет.
Тут и видео, и аудио… И Терехову, и Аркашке срока светят. Приличные такие…
Снова лезу в бумаги, снова сравниваю даты. Подбираю документы.
Оформляю все в таблицу. Впечатываю данные и наконец понимаю. Эта парочка ничем не брезговала.
Суки… Им же все сходило с рук.
И наконец, достаю флешку Рема по убийству Маргошкиного брата. Пусть там доказательств немного и как единичный факт, суд не стал бы рассматривать косвенные доводы. А все вместе… Паровозом… Глядишь, и вернут дело на дораследование.
– Ну ты тут закопался, как жук в муравейнике, – входит ко мне Егор. Смотрит на меня внимательно. – Случилось что, братан?
– Случится. Едем со мной, Гош. Я один не справлюсь.
Глава 68.
– Не вопрос, подъедем, куда скажешь. Я типа твой личный охранник, – ржет он. – Ну там шашлыки пожарить, пока ты в доме перетираешь. За коньяком сгонять, чемодан понести, – глумится он.
– Если поедешь со мной, выручишь. Нет, возьму кого-то из пацанов и перестань стебаться, – рычу я. Сейчас мне точно не до приколов. Марго в больнице. Как ей еще про брата сказать? Ума не приложу.
Расследование по Терехову подходит к финалу. Его точно должны закрыть. Других вариантов нет. Вот поэтому сейчас важна предельная осторожность. Надо все правильно сделать и не попасться. А если по дороге перестрянут, то грохнут. Охрана может сдать, родной брат – навряд ли.
– Ну так что? – буравлю недовольным взглядом.
Егор разгуливает по Маргошкиному кабинетику. Рассматривает фотки детей в позолоченных рамках и безделушки на полках. Утыкается носом в цветы на подоконнике.
Вся эта красота без моей Маргариты кажется вычурной и бестолковой. Только она сама дает жизни всему, до чего прикасается. Только рядом с ней хочется улыбаться, строить планы и просто смеяться.
– Не трогай там ничего, – предупреждаю я брата на всякий случай.
– Я ничего не делаю, – отмахивается от меня как когда-то в детстве. И задевает рукой коробку с документами, которые Марго вывезла от матери.
Отважная моя женщина!
Бумаги рассыпаются ровным слоем по полу.
– Баклан, – нехотя поднимаюсь на ноги. Тут дел невпроворот. Надо продумать легенду, где я нашел пекаря и почему уверен, что на нем пальчики Слона. И главное, Зотов, тот самый мужик, что спас дядьку, ничего не заподозрил. А то палить Рема и его покойного дружка-авторитета нельзя ни в коем случае. Многим тогда прилетит по башке.
Осознаю все риски, вот и бешусь, как идиот. К Маргарите надо ехать, а меня колпашет. Уже бы сдыхать этот пистолет, рассказать о своих подозрениях и жить спокойно. Так нет же…
Опускаюсь на корточки, собираю бумаги в ящик. Еще раз просматриваю каждую по диагонали. Мало ли… Могли что-то упустить. Документы из банка я прошерстил вдоль и поперек. А с этими работала Маргарита.
– Не трогай, – строго предупреждаю брата.
– Ты не в девятом классе, – хмыкает Егор, вспоминая, как залил мне чернилами тетрадку.
– Сочинение я сразу переписал, – усмехаюсь я. – А ты как был обалдуй, так и остался… – роняю в сердцах.
– Что это? – Егор вертит в руках какую-то странную бумажку.
– Дай сюда, – забираю у него листок.
Схема что ли? Нарисованная от руки лично Сухоносом. И подписи его. Куча сокращений. Стрелки.
Е–моё! Не сразу, но доходит. Это же схема тайника. Мать его! Вот зачем Аркашке был нужен Майбах. Там все-таки есть какой-то схрон. Чтобы там ни думала Маргарита. Все спецы смотрели и не нашли.
А Егор…
– Дуракам везет, – улыбаюсь во все тридцать два. Кидаюсь к брату обниматься.
– Ты рехнулся, что ли? – отстраняется он. Ржет, зараза. – Дай, хоть посмотреть, – технично выхватывает у меня листок. – Если не ошибаюсь, это тайник в холодильнике Майбаха. Судя по размерам, со стороны заднего сиденья. Давай посмотрим, – несется к выходу.
– Погоди, – останавливаю его. – Вот ты шустрый, как понос.
Забираю чертеж, рассматриваю внимательно. Егор прав. Холодильник сзади. Походу с двойным дном. Стрелки указывают на кнопки. Эх, как же я раньше не допер! И Маргарита просмотрела.
– Что там, может, быть? – чешет затылок Егор.
– Золото – бриллианты, – усмехаясь, цитирую классику. – Идем, – достаю из ящика массивный ключ от Майбаха.
Вместе с братом спускаюсь в гараж. Закрываю дверь на всякий случай.