Босс под полтос. Вместе из мести? (СИ), стр. 40
- Хорошо, — киваю я. А сама цепляюсь за Дасины пальцы, как утопающий за соломинку.
- Вы давно встречались с господином Кононцом? – спрашивает насмешливо.
Да тут и так каждому понятно, ну какой Вася Кононец господин?
- Не припомню, — пожимаю плечами.
- А с Павлом Васильевичем? – уточняет полковник.
- Примерно неделю назад. Мы обедали в ресторане. Проходили мимо, поздоровались и все. Он салат ел. Кажется, «Цезарь», — добавляю зачем-то.
А у самой перед глазами Дасина рука, четким движением направляющая голову Паши прямо в тарелку с «Цезарем».
Прикусываю губу, пряча улыбку. Хотя сейчас совершенно не до смеха. Это от Сухоноса прилетела ответочка. Больше неоткуда!
Вот только бывший мой, как всегда, попал в зеро.
- А в ближайшие дни? – хмурится Никифоров.
- Нет, — мотаю головой. – Точно нет. А что происходит?
- Вас обвиняют в покушении на Аркадия Валерьевича Сухоноса. Вот тут в материалах дела указано, что вы в него стреляли сегодня утром. В девять утра.
- У меня алиби. Я была у доктора, — выдыхаю возмущенно. – Паша с Васей врут!
- Ну все ясно, — поднимается из-за стола полковник. – Извините моих подчиненных, пожалуйста. Иногда не ведают, что творят, — выдыхает порывисто и идет к выходу. А за ним семенит майор Муравкин.
- Денис! Сухарев! – подзывает полковник одного из оперов. – Завтра сними показания у Маргариты Николаевны. Под протокол. Проверь все данные и биллинг.
- Так точно, — берет тот под козырек.
- Муравкин, а ты за мной. Живо. Еще и тяжелых вызвал… Идиот, — припечатывает злым взглядом. Уходит.
А я без сил обвисаю у Даси на руках.
- Что это было? – оглядывает присутствующих Егор.
- Ответка от Сухоноса и Слона, — морщится недовольно Богдан. Обнимает меня покрепче. Ведет теплой ладонью по спине.
- Как бы я одна справилась? – причитаю как бабка.
- Ну ты не одна, — вздыхает Дася. – Ты под защитой, Маргошечка.
Поднявшись с кресла, шагает к Сарматову.
- Спасибо, Джо, — сгребает гостя в охапку. Мужчины пожимают друг другу руки.
Давно знакомы, что ли? Ох, Дася! Везде поспевает.
- Да ладно, Богдан. Одно дело делаем. Может, хоть теперь Никифоров прижучит эту сволочь. Совсем рассобачились… Хорошо, Яша у меня в гостях был, — роняет устало Георгий Алексеевич Сарматов. – Поздравляю вас!
- Так давай по рюмочке за семейное счастье! – тут же предлагает Богдан.
- Я за рулем. Привез к вам пьяненького адвоката, — улыбается Яше Лютову. - Поеду. Мои ждут. – спешит к выходу.
- Провожу, — решительно направляется следом Богдан.
А Яков Дмитриевич садится за стол.
- В этом доме чаем напоят? — интересуется весело.
- Да, сейчас, — подрываюсь с места.
Но брат мужа меня останавливает.
- Я сам заварю. Заварка чая — дело ответственное.
- Шовинист, — роняю с укоризной.
Но что я хотела? С одного куста фрукты. Что мой Дася, что его братан…
- Маргарита Николаевна, — глухо бросает Лютов. – Я вас очень прошу, соблюдайте осторожность. Сегодня мы победили только по чистой случайности…
- Это Сухонос меня заказал? – спрашиваю в ужасе.
- Больше некому, — пожимает плечами Лютов. – Из того, что я знаю. А знаю я немного, к сожалению. На Аркашу сегодня напали в подъезде. Он ранен. Находится в больнице с простреленным плечом. По показаниям свидетелей в него стреляла женщина, очень похожая на вас. Брюнетка с каре в бомбере и черных джинсах. Вы знаете, кто бы это мог быть?
- Нет, — мотаю головой. Растерянно смотрю на возвращающегося Богдана. – Что теперь делать?
- Да ничего, — усмехается криво муж. Садится рядом. – Живи как жила. Со мной то есть… — успокаивает как может. - Вот не хотел я полномасштабной войны, — с досадой ударяет себя по ляжке.
- Что собираешься предпринять? – приподнимает бровь Лютов. Дескать, я твой адвокат, я должен знать.
- Да есть кое-какие мыслишки, — многозначительно тянет Богдан. А от дома к беседке уже идет охранник Саша с подносом.
- Я смотрю, у нас чайная церемония, — усмехается Дася.
- Я пойду наверх. Устала, — поднимаюсь из-за стола.
- Провожу, — спохватывается следом Богдан. – Как себя чувствуешь? – обнимает за плечи.
- Тошнит, — вздыхаю я.
В спальне без сил опускаюсь на низкий пуфик.
- Иди к людям. Неудобно, — прошу чуть слышно.
- Они и без меня обойдутся, — морщится Сомов. Усевшись на корточки, снимает с меня кедики. Массирует ноги. – Давай освободим тебя от платья, — предлагает, помогая встать. Расстегивает молнию. – Маргошечка, моя. Я любого за тебя закопаю, — рокочет мне в ухо.
Расправляет постель. А когда ложусь, укрывает одеялом.
- Отдыхай, — целует в лоб. Направляется к выходу. И круто поворачивается на полпути.
- А что там с сердцеебением? Что врач сказал? Я в этой суматохе забыл спросить.
- Врач сказала, что все нормально. Сердечко бьется, — улыбаюсь довольно.
- Это хорошо, — возвращается к постели Богдан. Ложится рядом на одеяло. – Я о другом спрашиваю. Сердцеебения. Нам можно или нет?
- Сомов! – хохочу в голос. – Ты невыносимый! Да, можно, — фыркаю как кошка. И тут же оказываюсь вжатой в матрас.
- Это хорошо, — довольно мурлычет Дася. Залепляет мне рот поцелуем.
- Не ходи никуда, — прошу, обвивая шею мужа обеими руками.
- Да я и не собирался, — выдыхает он хрипло.
Глава 54.
Цветы в вазах еще не успели завянуть, а я уже знаю имена всех причастных к уголовному делу. Пароли, явки, личную информацию.
Даже про хейт забываю. Хотя там по никам догадаться можно. Дуралеи не скрываются. Хамят, правдорубы - любители.
Киселев, директор театра, сучий потрох Курантов. Юля, будь она не ладна. И какая-то Фея Строчкина.
Я до всех доберусь. Но пока… Главное, Сухоноса из игры вывести. Ноги ему переломать, что ли?
Обнимаю Маргариту. Прислушиваюсь к дыханию. Кажется, усыпил.
Сердцеебение оно такое. Лучшее успокаивающее.
Спит моя девочка, уткнувшись щекой мне в грудь. Сопит в две дырки.
Осторожно вытаскиваю руку. Откатываюсь в сторону. Работать надо. Дел и так невпроворот. Да еще Сухонос, долбанный, никак не угомонится.
Поднимаюсь на ноги. Натягиваю боксеры и спортивные штаны.
- Ян, — звоню начальнику нашей аналитической группы. Это он подкинул идею с вирусной ссылкой. – Как дела? Сухонос попался? – спрашиваю, а сам мысленно ручонки потираю.
Да, да, я мстительная скотина. Особенно когда обижают мою любимую женщину и нашего малыша.
- Все в штатном режиме, Богдан Олегович, — весело докладывает Ян. – Улов крупный. Пока, конечно, промежуточные итоги. Но впечатляет.
- А именно? – уточняю на всякий случай.
Канал связи у нас закрытый. Можно спокойно разговаривать.
- Ну как кто? — усмехается Ян. – Сухонос с женой, Курантов, Киселев и некто Вольтов Владимир Павлович…
- А это кто такой? – морщу лоб. В упор не понимаю о ком речь.
- Глава аналитической группы "Вольтов и партнеры". Я его знаю лично. Мой коллега. Как в наши сети угодил, уму непостижимо.
- Оставь его, не наш пассажир. Давай сосредоточимся на Сухоносе, а потом на клоунах из близкого круга моей супруги, — говорю, а самого от гордости распирает.
Маргарита. Девочка моя!
- Начинаем? – уточняет на всякий случай Ян.
- Да. Пора, — роняю, оглядываясь в поисках футболки. Не найдя, достаю из шкафа свежую. Натягиваю впопыхах.
Целую Маргариту. Она что-то бурчит во сне.
Уже в дверях хватаю с кресла олимпийку, натягиваю на ходу.
- Погнали к аналитикам, — окликаю брата и Лютова.
И через несколько минут смотрю на огромный экран.
- Все готово, Богдан Олегович, — щелкает кнопкой мыши Ян. – Вот записи с камер наблюдения, — выводит он видео.
И я в ужасе пялюсь на бабу, спешащую по улице. Очень похожа на мою Маргариту. Такие же джинсы в облипку, черные волосы, подстриженные под каре. Бомбер и черные круглые очочки как у городской сумасшедшей.