Идеальный мир для Химеролога 12 (СИ), стр. 33

Елена растерянно посмотрела на меня.

— Нет. Я просто дойду до нужного и открою его.

— Тогда почему ты сейчас стучишься во все биологические двери по пути к печени⁈ Это в ваших академиях учат такой послойной тупости, чтобы подольше время тянуть и деньги с пациентов качать?

— Нас так учили технике безопасности… — пролепетала она.

— Забудь эту мусорную технику. Тебе нужен эфирный узел в печени — бей туда напрямую. Не растрачивай ресурс на чтение промежуточных слоёв. Ты химерологом работаешь или туристом на экскурсии? Смотри.

Я сжал её ладонь и направил прямо в центр туши. Затем заставил сконцентрировать энергию в одной точке в обход физической оболочки животного.

Лена удивлённо охнула. У неё получилось сходу считать нужную картину воспаления и полностью проигнорировать многослойную структуру зверя. Её глаза загорелись азартом настоящего учёного.

— Получилось… — прошептала она.

— Естественно получилось. Ладно, сработаемся. База у тебя хорошая, мозги не из глины слеплены. Только не пойму одного: если ты всё это можешь, чего ж ты на ресепшене бумажки перекладываешь?

Дверь операционной распахнулась. На пороге стояла взмыленная Валерия с перекошенным лицом.

— Вик, ты надолго её сюда утащил⁈ Я там одна на три телефона разрываюсь!

Она подскочила к Лене, взяла её под локоть, оттаскивая от операционного стола.

— Она со мной на регистратуре будет сидеть! Временно и местами! Я тоже, между прочим, человек, я устаю, мне помощник нужен! А во-вторых… — Лера бросила на меня строгий взгляд. — У неё бывают приступы! Посттравматическое расстройство! Ей вообще сейчас противопоказано находиться с тяжёлыми химерами и ковыряться в крови. Ей отдыхать надо и постепенно втягиваться!

Я посмотрел на Леру. На Лену. Снова на Леру. Две девчонки, одна из которых администратор с замашками генерала и карманной армией грызунов, а вторая — дочь одного из самых опасных силовиков Империи с тяжёлым ПТСР и прирощенными новыми конечностями.

— Ну просто команда мечты, — я с сарказмом похлопал в ладоши. — Элитное подразделение «Доброго Доктора». Ничего страшного. Залатаем нервишки, выбьем дурь. Сделаем из вас человеков. Топайте на свой ресепшен, пока клиенты там всё не разнесли.

За следующие два дня наша клиника окончательно вернулась в ритм отлаженного конвейера, и это давало возможность спокойно проанализировать ситуацию.

Я стоял в процедурной, набирая в здоровенный шприц мутноватую витаминную суспензию, а сам думал о нашей новой сотруднице. Елена Грановская. Дочь всесильного герцога, нагонявшего ужас на половину Империи.

Девчонка восстанавливалась поразительно быстро. Я ожидал, что после возвращения с того света и получения новых конечностей у неё начнётся жёсткий посттравматический синдром. По-хорошему, таким пациентам нужны долгие месяцы терапии, клубы, рестораны, друзья и куча положительных эмоций, чтобы психика успела переварить травму. А эта просто натянула рабочий халат и нырнула в нашу круглосуточную рутину, увлечённо заполняя базы данных и ассистируя Катерине и Андрею. Молодец, конечно. Способная, с хорошим потенциалом.

Только меня во всей этой истории напрягал один жирный нюанс в лице её батюшки. Константин Грановский был мужиком суровым, да и властью располагал колоссальной. При малейшем желании он мог прихлопнуть мою богадельню единственным росчерком пера. Вдруг ему не понравится, что его драгоценная дочурка возится с блохастыми химерами на окраине города? Выпишет мне какую-нибудь «санитарную угрозу», нагонит проверяющих, организует внеплановые комиссии и в конце концов просто заварит входные двери.

И что мне тогда делать, воевать с ним? Глупая затея. Ввязываться в серьёзную драку стоит исключительно от полного отсутствия вариантов. Ну, или если угроза нависает над целым городом. А устраивать кровавую баню с Высшей Канцелярией из-за одной закрытой клиники я точно не собирался. Да плевать. Заколотят эту — я только пожму плечами. Спокойно куплю новое помещение в другом районе и начну всё заново под выдуманной личностью. Ситуация напряжная, спору нет, но вполне терпимая. Махать кулаками там, где можно без потерь отойти в сторону, вообще не мой метод. Другое дело, когда на тебя несётся отбитый придурок с занесённым мечом. Вот тут разговоров нет, он свой выбор сделал.

— У-у-у-и-и-ик!

Резкий, сдавленный писк вырвал меня из философских раздумий.

Я сфокусировал взгляд. На смотровом столе, мелко дрожа всем своим стопятидесятикилограммовым телом, лежал детёныш болотного гиппопотама. Кожистая броня животинки покрылась испариной. Бегемотик старательно вжимался в холодный металл и испуганно косил глазом на предмет в моей руке.

Я посмотрел на зажатый в пальцах шприц. Колба на пол-литра заканчивалась иглой размером с хороший гвоздь.

— Эй, ты чего? Я же к тебе даже не прикоснулся ещё.

Малыш жалобно всхлипнул, безуспешно пытаясь окончательно слиться с поверхностью стола.

— Ладно, херня всё это. Расслабься, не будем психику травмировать.

Я всадил иглу себе в руку, выдавил содержимое, а затем отшвырнул инструмент в металлический лоток. Пустой шприц громко звякнул о дно, и гиппопотам сразу со свистом выпустил воздух. Не упуская момент, я приложил указательный палец к толстой складке на его шее. Дал короткий импульс. Энергия ударила прямо сквозь поры, перегоняя весь нужный состав из резерва в кровоток пациента.

— Всё, живи и не кашляй, — хлопнул я его по влажному боку. — Угроза миновала.

Сама мысль о бессмысленности любых конфликтов вытащила из памяти один забавный эпизод из прошлой жизни. Подвернулся мне тогда выгодный контракт в далёком королевстве. Поставил на ноги их местную популяцию тягловых ящеров, забрал честно заработанную телегу золота и парочку редких артефактов сверху. Всё бы обошлось честь по чести, но первому рыцарю при дворе мои богатства не давали покоя. Парень оказался амбициозным и с крупным карточным долгом за душой.

Надумал он поправить финансы за мой счёт. Подкараулил на пустом тракте далеко за городской стеной, заранее активировал все доступные ауры усиления и налетел со спины. Выдал подряд серию из трёх атак, которыми при удачном раскладе пробивают каменную крепостную кладку.

План предсказуемо провалился. Оружие нападавшего глухо увязло в моей пассивной защите без единого шанса добраться до цели.

Я спокойно развернулся и вежливо поинтересовался:

— Уважаемый, ты чего творишь?

Рыцарь моментально осознал ошибку. Взгляд его остекленел. Этот здоровенный бугай в тяжёлых латах тут же рухнул на колени, пустил слюну, страшно захрипел и весьма талантливо изобразил припадок глубокого слабоумия. В ту же секунду из ближайших кустов вывалилась его свита. Перепуганные оруженосцы бросились ко мне с громкими извинениями:

— Господин, простите ради богов! Он у нас в умственном развитии отстаёт. Здоровья немерено, а соображает на уровне младенца! Кидается на всякое блестящее, сам абсолютно не ведает, что в такие моменты творит! Не обижайтесь на убогого!

Заливали они знатно. Я смотрел на этого хрипящего «идиота» и прекрасно понимал: он не отсталый. Он просто до усрачки испугался моей ответки.

— Ну, если он дурак, — философски заметил я тогда, — то должен под себя мочиться в моменты кризиса. Биология-с.

Это был, пожалуй, единственный случай в моей практике, когда прославленный воин сначала морально сел в лужу, а потом, глядя в мои глаза, совершенно по-настоящему обмочился в свой дорогой доспех. Великолепный инстинкт самосохранения. Я его тогда не тронул — смех продлевает жизнь.

Выпроводив бегемотика в коридор, я устроился в своём кабинете и включил телевизор. Два дня прошли подозрительно тихо. На экране крутили срочный выпуск имперских новостей.

Диктор с придыханием вещал об успешных испытаниях антихимерного оружия. В телевизионном кадре то и дело мелькал императорский сын Алексей. Новостники старательно выставляли наследника героем и утверждали, что цесаревич лично участвовал в тестовых полётах новых истребителей, успев навести знатного шороху у самой границы.