Закат (СИ), стр. 52

— Пойду, переоденусь, чтобы солдатиков не беспокоить, — сказала Марина на ходу скидывая свои лохмотья. Она зашла за первую попавшуюся перегородку и никого не стесняясь разделась. Мамонт не видел, а вот Клёнов очень даже хорошо. Судя по его выпученным глазам ему весьма понравилось увиденное. Мамонт мысленно схватился за голову. И здесь Натаха оказалась права. Бабскому полку прибыло, а если учесть всех освобождённых, то там из мужского пола только два старика. С одной стороны неплохо, но кто воевать будет? В данный момент по подсчётам Мамонта выходило следующее. Мужчин в бункере четырнадцать, считая стариков, а женщин двадцать пять. Итого тридцать девять.

— Вроде в пору, — из-за перегородки вышла Марина уже с автоматом через плечо и ножом в сапоге. Она собрала свои старые вещи и выбросила их на улицу.

— Кроха, что у нас с комбинезонами?

— Я уже прикинула, Серёга. В обрез выходит. Мы же брали запасные комплекты. Каждому по два, вот сейчас если всех одеть, то ещё что-то останется. Но с размерами беда, в основном сорок четыре - пятьдесят брали.

— Большой не маленький, — махнула рукой Марина. — Я могу подшить, если что. У меня такая швейная машинка была электрическая. — Мечтательно вспомнила девушка.

— На руках, всё на руках. Ты в курсе, что на планете больше нет электростанций? — спросил Кощей.

— А как же? — Марина подняла глаза к лампочке на потолке.

— Так это вездеход вырабатывает, — нашёлся Кощей.

— Слушайте, вы меня за дуру то не держите. Ещё скажите, что он всё это время тарахтел и у него бесконечные баки? — спросила Марина. — Сейчас за канистру соляры, что хочешь сделают.

— Давай позже? — предложил Мамонт.

— Рассчитываешь, что меня людоеды грохнут и не придётся отвечать? — спокойно спросила Марина.

— Серёг, она мне нравится, — улыбнулась Наташа.

— Охренеть, где бы записать. Кто-то вдруг понравился Стерве, — ахнула, картинно приложив руку к груди Кроха.

Глава 24

— Стерва? — приподняла бровь Марина. — Тебя так мама назвала?

— Позывной, Наташей меня зовут, — она протянула руку Марине, и та пожала её. Наташа вспомнила Гнездилова Р. А. как тот жал руку, а не поцеловал или хотя бы обозначил как принято в нормальном обществе, полковник всё же. Среди девушек такое было не принято, если это только не рука Царицы.

— Кроха, она же Даша. Лида, Клёнов, там в углу гадкий старик Валера, — представила всех по очереди Наташа. — Он же Кощей и врач, работающий руками как филиппинский хилер. И мой муж Сергей или Мамонт.

— И вы все мутанты? — наивно спросила Марина.

— Мы все попали под белую аномалию, — заявила Кроха, — и приобрели новые способности. Ты также сможешь, если мы найдём её. Но мне кажется, что это становится труднее с каждым днём.

— Почему?

— Откуда мы знаем, — проворчал Кощей. — Вас накрыла зелёная аномалия, без неё вы бы уже давно умерли. Зелёная самая распространённая, достаточно хоть раз человека соприкоснуться с ней, и он уже способен выжить в новых физических условиях. То, что на улице от ста до трёхсот рентген в час тебя не смущает? Ты, Марина, как врач наверняка знаешь о губительных свойствах радиации?

— Об этом сейчас даже дети знают. Нам нечем было измерить, триста? — она не поверила своим ушам.

— Да, но чаще сто, но учти, что мы находимся под таким интенсивным излучением двадцать четыре часа в сутки и семь дней в неделю. Как долго бы выдержали люди в прошлом мире такой накал?

— Уже давно бы умерли. Жалко…, жалко, что белые больше не встречаются, — покачала головой Марина, — Я бы тоже не отказалась способность получить.

— Нет, они есть, и я думаю, что будут всегда. Их только надо найти, — отозвался Кощей.

— Почему всегда?

— Потому что каждый раз попадая в такие зоны, мы усиливаем свои способности. Чем больше мы найдём белых аномалий, тем сильнее станем. В тоже время опаснее становится идти дальше к следующей белой аномалией.

— Логично. Вы меня позовёте, если встретите белую? — Марина повернулась к Мамонту.

— Конечно, это в наших интересах. И кстати далеко не всем аномалия даёт боевые способности. Кроха у нас сталкер, Кощей врач, Клёнов механик. Ладно, об этом позже. Нам пора. Кроха, где эти тормоза?

— Должны уже быть здесь, — в тамбуре жилого модуля послышался шум. — Вот и они. Сюда проходим. — Зычно крикнула Кроха.

На пороге показался Федотов кого-то ища глазами, Мамонт оказался прав, он искал Лиду, встретившись с ней взглядами, он тотчас продолжил играть туповатого чукчу. За ним показались ещё семеро.

— Господин-товарищ Мамонт! Отделение в полном составе прибыло, — козырнул двумя пальцами Федотов. Всё-таки с парнем не всё в порядке, подумал Мамонт.

— Отлично, товарищ Чукча. Слушай боевую задачу. Сейчас мы поднимемся на возвышенность, на которой располагается небольшая воинская часть. Три или четыре барака, что-то вроде отдельной роты стройбата. Но никакого стройбата там никогда не было. Это всё ширма для отвода глаз. В одном из сараев есть вход в подземный бункер РВСН. Он небольшой, меньше нашего, но нам там необходимо побывать. Собственно, за этим мы сюда и прибыли, но по пути встретили пленных советских граждан, — Наташа закашлялась. — Что не так?

— Советские граждане, Серёжа подразумевают наличие Советского союза. А вот с ним как раз проблемы. Кончилось союз пятнадцати республик, нет больше СССР, США, вообще никого…

— Вечером мне в койке прочтёшь политинформацию, — перебил её Мамонт, Марина прыснула в кулак. — Дальше слушай, Федотов. Эти уроды оказались людоедами и вели на растерзание женщин и стариков. Твоя задача высадиться перед воротами воинской части в полном составе. Как только мы вышибем ворота, ваша задача никого живым из части не выпускать. За исключением гражданских, разумеется, то есть пленников. Их легко отличить, они еле передвигают ноги.

— Понятно, однако, Мамонт, — ему бы сейчас оленью упряжку и вылитый чукча.

— Тогда по местам. Пошли, красавица, расскажешь мне под каким флагом мы сейчас воюем, — Мамонт обнял Наташу и вышел из модуля.

Дорога шла наверх по пологому подъёму. Перепад высот был невелик и составлял двести метров. Два километра до воинской части преодолели быстро и высадили отделение солдат. Рассыпавшись по обе стороны дороги, они, пригибаясь начали движение. Мамонту вдруг показалось, что у них всё получится. Во всяком случае он очень надеялся, что из них останется хотя бы половина. На коротком отрезке Наташа разогнала вездеход до семидесяти километров в час и не стесняясь выбила хлипкие ворота вместе со столбами, на которых они держались. Заодно похоронив двоих людоедов, проехав по ним. Тридцать тонн своих, плюс то, что ещё навесил Клёнов на вездеход, короче от людоедов остался тонкий слой. Во дворе находилось ещё трое, все вооруженные автоматами. Двое начали судорожно дёргать предохранители на автоматах, третий побежал докладывать, но чья-то тупая рожа уже выглядывала из окна первого этажа самого большого барака, из трубы которого валил дым.

Наташа не оставила бедолагам ни единого шанса и раскатала их гусеницами провернувшись несколько раз вокруг своей оси. Третий практически уже нырнул в сарай, когда Клёнов пустил за ним длинную очередь. Дверь разнесло в щепки, солдатика тоже. Также деревянные стены барака загорелись от зажигательных патронов в нескольких местах. Начался пожар. Наташа поставила вездеход параллельно бараку, и Кроха вместе с Клёновым просто срезали его под самый фундамент. Такого приветствия никто из людоедов не ожидал. Отстрелявшись, пулемётчики и пулемётчицы оставили стволы пулемётов остывать. Из-под обломков начали подниматься уцелевшие. Всего их нашлось четверо, остальных оказалось восемнадцать вместе с теми, что стояли на воротах. Жирного Обжоры среди них не нашли.

— Тащите их сюда, — отдал приказ Мамонт своим амазонкам. Клёнов остался в пулемётном гнезде, а остальные сорвались за людоедами. Хорошенько поискав, они нашли ещё двоих. Но опять же среди них не нашлось Обжоры.