Хозяин Оков XV (СИ), стр. 41

Мякотка попыталась нанести удар магической волной, но большого эффекта на врага это не оказало. Каменная саламандра же в свою очередь боднула головой. Шипы монстра столкнулись с рогами гурдихи. Преимущество было явно не на стороне Мякотки, так что питомца отбросило в сторону.

Многолетний камень, сковывающий движения монстра, осыпался. В том числе и с челюстей, которые саламандра пока не могла раскрыть. Магических способностей чудище, судя по всему, не имело. Полагалось исключительно на свою мощь и габариты. И этого в целом ему хватало.

Магические атаки не могли пробить толстенную прочную шкуру монстра. Лишь наносили небольшие повреждения. Зачарованное оружие проникало неглубоко.

Шахтеры, завидев сверху явление древнего зла, побежали за помощью к шахте и вскоре привели Глубинных Гоблинов. Одаренные стрелки включились в сражение.

Глубинные Гоблины осыпали противника Вибрационными стрелами. Снаряды проникали в каменную плоть достаточно глубоко, но того это не сильно тревожило.

Лиетарис и сама попробовала резануть по одной из конечностей. Зачарованная сталь с трудом прорезала каменную шкуру чудища. У нее не выйдет отсечь широкую лапу саламандры.

Высокой эльфийке хватало сноровки, чтобы уворачиваться от выпадов чудища. Все-таки она была Воительницей скорости. У Ульдантэ тоже чаще всего получалось уходить от вражеских атак. Не всем так везло, как Воительницам.

Лунная била с разбегу молотом прямо по голове монстра. И это оказывало хоть какой-то эффект, в отличие от потуг всех остальных. Раздавался глухой звон, откалывались куски камня. Саламандра мотала головой, но быстро приходила в себя.

Один раз чудище боднуло Ульдантэ, не успевшую убраться с дороги. Лунная эльфийка просвистела в воздухе и врезалась в противоположную скалу ущелья.

Нескольких гоблинов-воинов, рискнувших вступить в ближнюю сшибку, чудовище попросту раздавило. Саламандра с каждой секундой двигалась все шустрее. Здоровенные лапы монстра крошили черепа словно орехи.

Трем стражникам досталось после резкого рывка чудища. Саламандра боднула их головой, и бойцы разлетелись будто листики на ветру. В отличие от Ульдантэ, которая была значительно крепче обычного человека, стражникам досталось сильнее.

Двое сломали шеи и головы при ударе о скалу, третьему смяло грудную клетку, вдавив ребра внутрь. Бойцы скончались на месте.

Остальные рисковать так не решились. Обычное оружие было совершенно бесполезным против древнего монстра. Бойцы отступили и принялись карабкаться обратно по склону.

Остались лишь Воители, одаренные Гоблины и эльфы, да чародеи, постреливающие по зверюге издали.

Проклятье Кшанти, которая пользовалась темным льдом для фокусировки, плоховато влияло на противника. Саламандра не замечала потуг Ночной эльфийки. Возможно, Проклятье и поразило ауру зверя, но древний монстр атаковал грубой физической силой и весом, не используя магию открыто. Разве что поддерживал свою массивную тушу аналогично Воителям, но это лишь предположение.

Лейна отступила, чтобы заняться ранеными. Несколько бойцов получили ранения. В одного чародея саламандра плюнула каменным валуном, который летел так быстро, что смог пробить Барьер. Еще одного стражника схватила своей каменной пастью и откусила ногу. Едва успели оттащить бедолагу.

— Пора баиньки, долбаная ящерица! — выкрикнул Мрадиш наконец, закончив с расчетами для своего заклинания.

Розоватые искрящиеся сферы полетели в противника, однако магия бестолково расплескивалась о могучую тушу, не в силах пробить плотную шкуру.

— Ладно, — признал Хоран. — Можешь продолжать спать! Прости, что побеспокоили. По себе знаю, как это неприятно, когда будят утром!

Монстр, разумеется, не внял увещеваниям чародея и продолжил атаковать. Войска начали понемногу отступать вверх по насыпи. Саламандра последовала по склону следом за основной толпой. Лиетарис полагала, что древнее чудище не сможет выбраться из ущелья, однако шахтеры за века труда сделали ему очень удобный подъем. Массивная туша умудрялась не скатываться вниз, постепенно поднимаясь. Они ничего не могли с этим поделать.

Лиетарис ощущала себя муравьем, который попытался атаковать левиафана. Чувство беспомощности ее раздражало. Она не привыкла сдаваться. Любую преграду на пути можно обойти!

Огненный сгусток Ниуру попал по шкуре монстра — ровно в то же место, что и ранее. Отвалился еще один кусок каменной чешуи, углубив немного пролом. Тварь взревела и, топнув лапой, поперла в сторону Красной эльфийки, которая все еще оставалась на насыпи. Земля дрожала, камни и пыль скатывалась с уклона.

Ниуру не удержалась. Ноги ее поехали по камням вниз. Эльфийка скатилась по склону, едва не угодив прямо в пасть монстра.

Лиетарис разбежалась по скалистым уступам и запрыгнула сначала на заднюю ногу саламандры. Схватилась за кусок торчащей чешуи и быстро подтянула свое тело. Эльфийка оказалась на спине монстра. Без промедлений Воительница рванула к уже частично раскуроченной ране на спине сбоку и вонзила свой клинок почти по самую рукоять.

Древняя саламандра издала громогласный рык и завертелась на месте. Ниуру сумела укатиться подальше от разъяренного чудища. Лиетарис с большим трудом держалась на спине монстра. Несколько лиан древесного доспеха зацепились за выступы каменной чешуи и шипы, тем самым надежно пригвоздив эльфийку к спине твари. Иначе бы эльфийка точно выпала.

Лиетарис продолжила курочить рану зачарованным клинком, вонзая лезвие раз за разом. Раздавался скрежет, будто она режет металл или камень. Шкура поддавалась с трудом. Но понемногу рана разрасталась.

Пока наконец не появилась первая кровь твари. Какая-то темно-серая, похожая на текучую пыль. Лиетарис добралась до нутра монстра. Рана расширилась, обнажив плоть и внутреннюю структуру.

Чудище не стояло на месте. Моталось из стороны в сторону, стремясь сбросить нежеланную наездницу. Большие размеры сыграли с ним злую шутку. Да, он имел огромную мощь и прочную шкуру, однако оставался неповоротливым.

Шипастая хвостовая булава обрушивалась на панцирь саламандры, но до Лиетарис достать не могла. Тогда зверь разбежался и наскочил боком на скалистый уступ. Тяжелая туша и литая скала грозили расплющить эльфийку в тонкий блин или насадить на спинные шипы. Никакая древесная броня бы ей не помогла.

В последний момент Лиетарис дала команду духу. Ветви расцепились, и эльфийка вылетела со спины словно брошенное копье. Перекувырнувшись разок по камням, она быстро поднялась со дна ущелья.

Монстр же врезался боковой частью спины и снес здоровенный кусок скалы. Лиетарис на том месте уже не было.

— Отлично поработала, дорогая! — проговорил Хоран. — Самое время зарядить Дисбалансом!

Чародей принялся бить своим главным, наиболее разрушительным заклинанием в пролом в шкуре, который организовали Ниуру и Лиетарис. Вот только удары часто пропадали втуне, поскольку зверь не стоял на месте.

— Улечка, подсоби! Только аккуратно!

Лунная эльфийка на пару с Мякоткой принялись кружить вокруг медлительного монстра. Молот с глухим звоном ударял по голове, гурдиха скорее отвлекала внимание, чем наносила серьезный урон.

После одного из ударов тяжелого молота саламандра на секунду застопорилась и помотала головой. Мрадишу заминки хватило. Большой пульсирующий шар влетел в открытую рану и вгрызся в нутро монстра.

Древняя саламандра взревела, будто бы сопротивляясь неизбежному. Но спустя миг осколок твари срезонировал. Во все стороны выплеснулась каменная энергия стихии Земли.

Ульдантэ с Мякоткой поспешно убрались подальше от чудища. От существа в разные стороны поползли каменные лианы и скалистые шипы-сталактиты. Энергии в монстре было много. Так что вокруг врага образовались огромные скалистые наросты. Таким образом похоронив древнего монстра в каменном саркофаге.

— Мрадиш сказал спать — значит спать! — сплюнул чародей устало. — Отлично! С уборкой возле шахт покончено. Теперь можно спокойно проводить изыскания и раскопки! Целители, к раненым! Павших — поднять наверх, — распорядился он.