Циани. Полное издание, стр. 19

— Давайте лучше выпьем чаю. Патрик, поможешь нам, пожалуйста?

Луиза широко улыбнулась. Аня молча опустилась во второе кресло.

— Вы, должно быть, из очень далёких мест, — мягко сказала учительница. Внимательный взгляд не отрывался от Ани. — Раз вас так возмущает наш уклад жизни.

— Мисс Эллис…

— Можно просто Луиза, — легко перебила девушка. — Если мой брат привёл вас сюда, значит, вам можно называть меня по имени.

«Сколько пафоса для малолетки…» — едва не сорвалось у Ани вслух. Она скрестила руки:

— А я — Анна. Раз уж меня привёл к вам ваш брат… Луиза, вы так рекламируете свою Гильдию, что половина учениц уже мечтает туда попасть.

Рыжеволосая девушка тихо рассмеялась.

— В гетеры не берут кого попало, — возразила она. — Только тех, кто обладает магическим даром.

Её улыбка стала чуть шире. В тот же миг огонь в камине вспыхнул вдвое ярче и взметнулся длинными языками. Девочки бы наверняка ахнули. Аню же прошибло пониманием.

— Ага… — медленно протянула она. — Значит, женщин с магическим даром сразу отделяют от остальных.

В глазах Луизы мелькнуло удивление, почти сразу сменившееся интересом.

— Знатные дамы с даром обучаются в Гильдиях Созидания и Хранения Очага…

— Они и так находятся под контролем своих семей.

Дверь веранды скрипнула. Появился Патрик с подносом, на котором стояли чайник и три тонкие чашки. Он остановился на пороге и настороженно посмотрел на девушек — сразу понял, что вошёл не вовремя. Луиза замолчала. Патрик поставил поднос и сел рядом. Плечи снова опустились. Он молча разлил чай и первым пригубил чашку, будто надеялся за ней спрятаться.

— Так… — Аня решила сменить тему. — Сколько у вас всё-таки солнц? Если их не три?

Луиза сразу оживилась.

— Если верить последним статьям Имперского Университета, четыре. Четвёртое видели три года назад. Оно появляется очень редко, но учёные уверены: солнц именно четыре.

Ответила без запинки. Похоже, и правда читала научные журналы. «Что ж… гетер действительно чему-то учат. И, похоже, не избивают». Взгляд Ани скользнул по тонким рукам девушки напротив. Ни шрамов, ни синяков. Только запястья скрывали широкие браслеты.

Луиза нежно улыбнулась Патрику:

— Брат, спасибо, что привёл Анну.

И снова повернулась к гостье:

— Это… очень интересное знакомство.

Патрик впервые за последние минуты расслабился. Даже плечи расправил — словно только что получил награду.

Обратный путь до управы прошёл в тумане и молчании. Дважды землю тряхнуло — на этот раз гораздо сильнее обычного, но на ногах они устояли. Аня всё равно переждала толчки на корточках и лишь потом выдохнула.

Когда двинулись дальше, она рассеянно озиралась по сторонам. Прохожие почти не попадались, и город казался вымершим. Красный свет кристаллов растягивал по снегу длинные полосы. Аня уже собиралась спросить Патрика об обычных телепортах — тех, что переносят из города в город, — но Брат-Хранитель заговорил сам:

— Отец хотел… — Патрик сглотнул. — Продать Луизу в местный Дом Гетер. Чтобы ему заплатили. Это ужасное место. Почти бордель.

Он внезапно остановился, и Аня чуть не врезалась ему в спину.

— Она единственная с даром в нашей семье. Вообще за много поколений.

Аня ничего не сказала, только кивнула. В малиновом свете кристаллов радужки Патрика казались тёмно-красными.

Девушка опустила взгляд. Брат-Хранитель стоял прямо в луже снежной каши и словно не замечал ледяной воды. Аня же неловко переступила на островок льда, стараясь не зачерпнуть её разорванным ботинком.

— Я старше неё. Но она всё равно взрослее. Тогда Луиза сама сказала мне… что всё это — воля Единого. И нет смысла бояться того, чего мы не понимаем.

Патрик наконец сдвинулся с места.

— Мы ушли вместе… Пешком. В Сияющий Северный Дом Гетер.

Его губы дрогнули в робкой, но гордой улыбке.

— Луизу приняли. У неё редкая сила. Отцу выплатили большой выкуп. А мне… оплатили обучение в семинарии.

— Патрик… — тихо сказала Аня. — Ты был ребёнком. Ты вообще ни в чём не виноват.

Брат-Хранитель вздрогнул и несколько раз моргнул, словно не понял её слов.

— На всё воля Единого.

Вскоре Аня поняла, насколько ей повезло попасть именно к Арсину и Патрику. Кажется, они едва ли не единственные здесь видели в варварке человека. После первого выхода в город почти каждое утро Аня слышала, как местные мужчины приходили договариваться о том, чтобы взять её в аренду. Большинству нужна была работница. Некоторым — наложница: кажется, в Империи она считалась обычным дополнением к жене.

Арсин принимал просителей в канцелярии — кабинете на другом конце здания. Но стоило Брату-Хранителю отказать, как крики разносились по всем коридорам.

— У меня три дочери умерли! Хотите, чтобы и я подох? — возмущался местный кузнец. — Мне нужна помощь с очисткой растворов. Это женская работа!

— Сидит у вас тут как принцесса! Она женщина! Должна работать! — кричал другой мужчина.

Один посетитель — кажется, маг — не просил ни работницу, ни наложницу. Он хотел лишь передать девушке красный кристалл, чтобы немного её «успокоить». Зачем это понадобилось совершенно постороннему человеку, Аня спросила у Луизы.

— Красные кристаллы вытягивают из женщин «мужское»… Мужчины рядом с ними становятся сильнее. А женщины — мягче.

Луиза отвечала неохотно и всё время хмурилась. Похоже, она и сама не до конца понимала, как именно действуют камни.

Это было второе и последнее чаепитие с юной гетерой. На обратном пути Ане и Патрику преградил дорогу тот самый бородатый охотник. Патрик, кажется, вообще не заметил угрозы — просто обошёл хама. Аня торопливо засеменила следом, чувствуя спиной тяжёлый взгляд. Заставить себя обернуться она не смогла.

От следующей прогулки Аня отказалась. Зато за ужином стащила вилку и спрятала её под матрасом.

А через несколько дней девушку разбудил стук — глухой, нервный, повторяющийся. Она открыла глаза — и увидела Патрика. Тот лихорадочно елозил по полу шваброй.

— Патрик?.. — Аня села и протёрла глаза. Чтобы Брат-Хранитель вот так вероломно её разбудил… — Что происходит?

Он остановился, запыхавшийся и встрёпанный.

— Он прибывает, — выдохнул. — Брат-наместник. Уже в пути. Будет меньше чем через час!

И снова заскреб шваброй, даже не пытаясь скрыть дрожь в пальцах. Аня упала на кровать и накрылась одеялом с головой. Её пробила паника. Месяц. Целый месяц ушёл на что? Она так и не могла управлять магией. Читала лишь по слогам. Спрятала вилку под матрасом. Прослыла ведьмой среди местных. И кажется, ведьма здесь не равно магиня.

— Вставайте, — бросил Арсин, проходя по коридору. — Сейчас всё должно быть идеально. Он не любит беспорядка.

Позже Брат-Хранитель запер решётчатую дверь. Замок щёлкнул так буднично, словно Арсин запирал сундук, а не человека, с которым совсем недавно подшучивал над Патриком. Аня вздрогнула. Почувствовала себя точно так же, как месяц назад. Больше на неё никто не смотрел. Братья-Хранители бегали туда-сюда, спешно натирали полы, переставляли лавки, таскали бумаги, даже чистили канделябры.

Когда Арсин и Патрик в очередной раз проходили мимо допросной, Аня крикнула им вслед:

— Ваш Брат-наместник. Кто он? Что он за человек?

Арсин прошёл мимо, словно девушки не существовало. Но Патрик замедлил шаг. Нахмурился. Несколько секунд постоял на месте, будто решал, стоит ли отвечать. И всё-таки буркнул:

— Он… мечтает о наследнике-маге.

А затем, словно испугался собственных слов, рванул дальше по коридору. Аня осела на кровать. Глубоко вдохнула, пытаясь собрать рассыпавшиеся мысли.

— Сделает меня своей наложницей?

Вилку девушка то доставала и прятала под одеждой, то убирала обратно под матрас. Мысленно представлялась наместнику, мысленно допрашивала его о собственной участи. Времени на размышления оказалось предостаточно.

Весь день по коридору разносились шаги, чей-то гулкий бас, звон металла — но к Ане так никто и не пришёл. Она сидела на кровати, перебирала страницы книги…