Загадки Столетней войны, стр. 48
Сила веры Жанны в собственное предназначение воодушевляла многих её окружавших. После того, как французские богословы в Пуатье дали (пусть и под влиянием явного благоволения к ней дофина) заключение, что в вере девушки нет ничего еретического, присоединиться к ней было безопасно. Но даже наиболее сомневающиеся в ней вояки чувствовали прилив воодушевления. Среди французов появилась надежда, что не всё потеряно, и что может быть Господь действительно на их стороне и дарует им победу даже посте стольких тяжёлых неудач.
На марше Жанна не отступала от своего обычного благочестия, и всеми силами старалась повлиять на благочестие окружавших её солдат, указывая на то, что прошлые поражения были карой Господней за грехи французов. Ей удалось добиться того, что её бойцы перестали упоминать имя Господне всуе и сквернословить. Она также изгнала из рядов своего отряда привычно сопровождавших солдат проституток.
Тем временем её противники продолжали свой план полностью окружить Орлеан фортами. В апреле северо-западные и северные подходы к Орлеану перекрывают новые форты Прессуар-Арс (или Руанский у англичан) и Сен-Пуэр (Парижский). На южном берегу Луары, восточнее Турели, как раз накануне отъезда Жанны из Тура появился новый английский форт Сен-Жан-ле-Блан.
Двадцать шестого апреля 1429 года Жанна и французские войска выступают маршем из Блуа к Орлеану, вероятно, двигаясь на некотором расстоянии к югу от Луары и от удерживаемых англичанами предмостных укреплений в Божанси, Мёне, Орлеане и Жаржо. Где-то между 24 и 27 апреля 1429 года Жанна отправила англичанам письмо, потребовав от них снять осаду Орлеана. Текст этого письма сохранился.
Иисус Мария!
Вы, король Англии, и вы, герцог Бедфордский, именующий себя регентом Французского королевства, вы, Уильям Пол, граф Саффолкский, Джон Тальбот и вы, сэр Томас Скэйлз, называющий себя лейтенантом упомянутого герцога Бедфордского, окажите справедливость Царю Небесному: отдайте Деве, посланной сюда Богом, небесным королем, ключи всех добрых городов, которые вы взяли и подвергли насилию во Франции. Она пришла сюда от Бога, чтобы потребовать обратно королевскую кровь. Она вполне готова прийти к мирному соглашению, именно: eсли вы желаете сделать ей должное удовлетворение, возвратите Францию и заплатите за то, что владели ею. И вы все, стрелки, военные товарищи, джентльмены и другие, находящиеся перед Орлеаном, уходите, прошу вас именем Бога, в свои страны, а если не сделаете так, ждите вестей от Девы, которая скоро придет к вам, к вашему великому горю.
Если вы, король Англии, не сделаете так, то я беру на себя руководство войной, и где бы ни настигла ваших людей во Франции, я заставлю их уйти волею или неволею; если они не хотят повиноваться, я всех их уничтожу, если же захотят повиноваться, помилую их. Я послана сюда Богом, Царём Небесным, как его заместительница, чтобы выгнать вас из всей Франции. И не думайте, что вы будете владеть французским королевством, принадлежавшим Богу, небесному королю, сыну Святой Марии, а будет владеть им король Карл, истинный наследник, ибо так хочет Бог, Царь Небесный, и воля его объявлена Девой; король вступит в Париж со славными товарищами. Если вы не внемлите известиям от Бога и Девы, то, где бы мы ни нашли вас, мы будем вас бить и сделаем такую резню, какой уже не было во Франции тысячу лет, так будет, если не окажете должного удовлетворения.
И будьте твердо уверены, что Царь Небесный даст Деве столько силы, что вы при всем своем старании не в состоянии будете отразить ее и ее добрых военных товарищей, и борьба покажет, кто более прав, небесный Бог или вы, герцог Бедфордский: Дева просит и даже требует не заставлять ее губить вас. Если вы удовлетворите ее, вы могли бы еще идти в ее сотовариществе туда, где французы исполнят самое лучшее дело, какое когда либо было совершено на пользу христианства. Если вы желаете прийти к миру, отвечайте в Орлеан, а если не сделаете так, я скоро напомню вам об этом на вашу гибель.
Писано во вторник на страстной неделе.
Скорее всего, это письмо продиктовала сама Жанна. Даже если на мгновение допустить, что на самом деле она была просто игрушкой, марионеткой в руках неких придворных группировок, то практически невозможно поверить в то, что эти «стоящие за ней» осмелились бы настолько уверенно и даже фамильярно ставить себя на один уровень с Богом, как это делает автор письма: «я послана Богом как его заместительница», «воля Божья объявлена Девой», «известия от Бога и Девы». Но как бы то ни было, адресаты письма решили проигнорировать требования этой новой фигуры на шахматной доске Столетней войны. Несомненно, в лагере осаждающих знали о Жанне. Но также вне всякого сомнения понятно, что они не воспринимали её серьёзно. А напрасно. Дофин Карл хорошо понял огромный пропагандистский потенциал Жанны и озаботился тем, что письмо Жанны английскому командованию было скопировано во многих экземплярах и распространено по всей территории его владений как можно шире. Французам было необходимо верить, что Господь на их стороне и послал им Деву Жанну в помощь. Англичане же, естественно, не считая, что Бог от них отвернулся, в словах Жанны увидели дьявольскую гордыню и начали опасаться враждебных чар «ведьмы».
Через три дня после начала марша большой обоз с относительно малочисленным вооруженным конвоем переправляется через Луару у Шези, около восьми километров выше по течению реки от Орлеана. Согласно одной из окружавших Жанну легенд, Жанна и ее свита пересекли Луару благодаря Божественному (или, с точки зрения её врагов, дьявольскому) вмешательству, когда чудесным образом внезапно изменилось направление ветра и уровень воды в Луаре, что позволило баржам с припасами для осаждённых пройти мимо английских позиций по ранее мелкому, а теперь наполненному водой каналу вдоль Луары. Вечером 29 апреля 1429 года Жанна через восточные Бургундские ворота вступила в Орлеан вместе с двумя сотнями французских солдат и в сопровождении Дюнуа и других французских военачальников.
Защитники Орлеана предприняли крупномасштабную вылазку против форта Сен-Лу, чтобы отвлечь на себя внимание осаждающих как раз тогда, когда в город должна была прибыть Жанна. Вылазка была довольно удачной: французам даже удалось захватить одно из английских знамён.
В это время основная часть армии дофина Карла осталась к югу от реки, чтобы наблюдать за английскими позициями в районе форта Святого Августина и Сен-Жан-ле-Блан. В осаде Орлеана наступил переломный момент. На следующий день Жанна вышла к разрушенному мосту через Луару и попыталась убедить находившегося в форте Турели сэра Уильяма Гласдейла снять осаду. Точное содержание разговора неизвестно. Французские хроники утверждают, что Жанна пыталась кротко убедить английского капитана в справедливости её миссии и в том, что он и английское войско должны уйти от Орлеана и вообще из Франции. Англичанин же в ответ якобы обругал её самыми последними словами. Впорчем, кротость Жанны была относительной. Далее она потребовала отпустить задержанного англичанами французского парламентера, пригрозив, что прикажет убивать англичан, оказавшихся во французском плену, пока это требование не будет выполнено. В ответ на это задержанного отпустили.
Первого мая 1429 года Жанна объехала город, воодушевляя горожан, а граф Дюнуа в это время возвратился в Блуа, чтобы привести оттуда дополнительные войска. Получив подкрепление, французы начали серию атак на английские осадные позиции, в которых перевес оказался на стороне защитников Орлеана. Наступившую на смену полосе неудач полосу успехов французская молва полностью приписывала Жанне.
Перелом произошёл 6 мая 1429 года. За день до этого англичане без боя оставили небольшой форт Сен-Жан-ле-Блан на южном берегу Луары. Жанна повела в атаку на английские позиции. Она была одета в рыцарские доспехи, вскоре ставшие частью её имиджа и остающиеся таковыми до сих пор. Вылазка началась вопреки желаниям французских командующих, один из них — Рауль де Гокур даже попытался её остановить. Жанна решительно потребовала, чтобы он уступил дорогу, и снова, в который раз, опытный военачальник уступил напору её убеждённости в правоте её божественной миссии. Французские войска стали покидать стены и пробиваться через реку к английским позициям. Французскому командованию оставалось только присоединиться к этой «инициативе снизу» и попытаться её направить в нужное русло. Граф Дюнуа и другие французские капитаны присоединились к наступлению, которое стало показывать значительный успех. Отбив вылазку англичан, французы захватили форт Святого Августина — первую фортификацию англичан в ходе осады Орлеана. Там было освобождено множество ранее попавших в английский плен французов.