Поцелованная призрачным светом (ЛП), стр. 32

— Я не понимаю. Что произошло?

Его обнажённое прекрасное тело на мгновение привлекло моё внимание. Рельефные кубики пресса, округлые плечи и сильные грудные мышцы, молили о прикосновении и находились всего в дюйме от меня.

Но я оторвала от него взгляд и принялась искать свои хлопковые пижамные штаны и футболку. Даже Уайетт во всей своей прекрасной наготе не мог заманить меня обратно в постель.

Не после того, что я узнала.

— У меня был ещё один сон. — Я натянула штаны, затем просунула руки в рукава футболки. — Я видела богиню и его. Лорд Годасара знает, что мы здесь, и знает, что мы забрали богиню из земель фейри. Он сказал, что она умрёт, если останется здесь. И он прав. Я видела её во сне. Она больна. Мне нужно помочь ей.

Уайетт сжал мои руки и притянул в свои объятия, и немного тревога во мне улеглась.

— Проекторы не могут пересекать миры, а он, вероятно, знает, что вы с Вераселли здесь, потому что здравый смысл подсказывает, что сюда мы бы вас и привезли. Здесь самое безопасное место на Земле для тебя. Он должен это знать.

Его прикосновение уняло часть паники, скользившей по моим венам, но он ошибался насчёт происходящего.

— Возможно, другие сверхъестественные существа со способностью к проекции не могут пересекать миры, но он может. Он настолько силён, Уайетт. Он может проецировать между мирами. Я уверена в этом. Мне нужно идти. Я должна увидеть Вераселли.

Он сильнее сжал меня.

— Пожалуйста, притормози на минутку. Можешь рассказать подробнее о сне, о том, что случилось?

— Но Вераселли…

— Она в порядке. Нас бы уведомили, если бы ей стало хуже. А теперь начни с начала и расскажи мне, что происходит. — Он усадил меня на кровать.

Его спокойствие помогло подавить часть страха в моей груди, пока я не поняла, что он делает. Гнев взорвался во мне, электризуя нервы.

— Ты снова за своё!

Его голова дёрнулась назад.

— Перестань пытаться контролировать меня и мешать мне делать то, что я хочу!

Он побледнел, как простыня, затем в его глазах засветился огонь.

— Чёрт. Ты права. Прости. — Он провёл ладонями по лицу, затем хлопнул себя по щекам. — Ты расстроена, и мои инстинкты подсказывают мне успокоить тебя. Проклятье. Я борюсь с инстинктом и обещаю, что продолжу бороться. Я не хотел контролировать тебя.

В его голосе слышалось отчаяние, а взгляд стал таким умоляющим, что у меня скрутило желудок. И всё же у меня не было времени на это.

— Мне нужно идти.

Уайетт не пытался остановить меня во второй раз, но последовал за мной к двери. Эмоции, исходившие от него, были колючими, как пустынный кактус, а его беспокойство заполнило всю комнату.

— Можно мне пойти с тобой? — спросил он, когда я остановилась, чтобы обуться.

Я взялась за дверную ручку. Уайетт только что спросил у меня разрешения пойти со мной. В поместье фейри он бы не стал этого делать.

Он с трудом сглотнул.

— Я останусь здесь, если ты предпочтёшь пойти одна, но я… — Он снова сглотнул ком в горле. — Я хотел бы пойти с тобой, если ты позволишь.

Я глубоко вздохнула.

— Хорошо. Пошли.

Центр исцеления находился всего в нескольких минутах, но пока мы бежали туда между нами стояла тишина.

Уайетт следовал прямо за мной, его присутствие было подобно тени, пока раннее утреннее небо сияло над головой.

Светящаяся зелёная вывеска центра исцеления показалась впереди, но прежде чем я достигла её, Уайетт спросил:

— Можешь рассказать подробнее о своём сне? Если ты не против?

Его просьба была такой тихой и неуверенной. Я знала, что моя вспышка злости в его квартире глубоко ранила его, потому что великий Уайетт Джеймисон не был безгрешен. Даже он ошибался.

Но он старался. Я могла это признать, несмотря на всё происходящее.

Я подробно рассказала ему о сне, о том, как была в комнате Вераселли в центре исцеления, и как лорд Годасара наблюдал за нами.

— Все мы связаны из-за ритуала, который он провёл тысячи лет назад, и пророчества, которое богиня привела в движение. Видимо, мы все можем проецировать друг к другу.

— Проекция требует очень много магии.

— Что ж, у него её предостаточно. — Я рывком открыла дверь и шагнула в центр исцеления.

Пока мы поднимались по лестнице, какая-то дальняя часть моего мозга ухватилась за историю о лорде эльфов и его невероятной силе. Тысячелетие назад эльфы вымерли — не в результате естественного отбора, а из-за геноцида. Когда-то они правили землями фейри железной рукой, были безжалостно могущественными.

Только благодаря векам битв их удалось уничтожить одного за другим, пока в царстве фейри не появились менее могущественные, но многочисленные правители.

Фейри Нолус правили землями вокруг столицы. Фейри Силтен правили континентом за Адриастическим морем. Фейри Солис правили замерзшим севером, а фейри Лочен контролировали бескрайние океаны и моря.

Раньше никто из этих фейри не правил. Все они были рабами эльфов, а эльфы были самыми могущественными из всех.

Но теперь землями фейри управляли отдельные правительства. Эти правительства простирались далеко и широко, через огромные моря и замёрзшую тундру.

Хотя эльфы давно мертвы, у земель фейри всё ещё имелись свои проблемы. Столкновения продолжались. Дипломатические союзы в лучшем случае оказывались шаткими. Но мир не знал ужасов со времён правления эльфов.

И теперь остался один эльф.

Лорд Годасара, дремавший тысячи лет, такой же безжалостный, как и его предшественники, стремился вернуть свою великую силу и свою власть. И с силой богини он гарантированно получил бы полный контроль над фейри. Земли фейри погрузятся в мир крови и смерти, если его не остановить.

Мы с Уайеттом достигли верха лестницы и направились к дверям крыла, где была богиня.

— Вот почему мне снятся эти сны. Богиня проецировала ко мне, пытаясь предупредить. Она пыталась рассказать мне, что лорд Годасара хотел сделать, когда мы были в поместье, но тогда я не понимала. Теперь понимаю. Она и лорд Годасара только что призвали меня в её комнату. С ней что-то не так. Я знаю это.

Уайетт кивнул, его изумрудно-зелёные глаза сияли.

— Хорошо, тогда мы это исправим.

Часы показывали семь утра, когда мы толкнули двери центра исцеления. Мои глаза словно засыпало песком, хотя мой разум заострился, как наконечник стрелы.

Мы прошли мимо поста ведьм и приблизились к концу коридора. Когда мы дошли до двери палаты Вераселли, охранники расступились, чтобы мы могли войти, но пожилая женщина вышла и едва не столкнулась с нами.

Она остановилась как вкопанная и нахмурилась.

— О боже, я вас не заметила. — Она окинула нас взглядом, задержавшись на моей пижаме и шлёпанцах. — Доброе утро, мисс Майерс и майор Джеймисон. — Женщина склонила голову. На бейджике значилось имя «Кора».

— Доброе утро, Кора. — Уайетт коротко кивнул. — Как чувствует себя богиня?

Кора нахмурилась.

— Мы как раз осматривали ее. Некоторые жизненные показатели изменились. Мы собирались вызвать Фарру и Дугласа, чтобы они провели оценку…

Мой желудок сжался, и я бросилась в комнату богини.

Охранники в палате замерли по стойке смирно, когда я вбежала внутрь, но проигнорировала их. Сила богини гудела и кружилась внутри меня, и я замерла у её постели. Меня затошнило, когда я посмотрела на её тело. Она выглядела больной.

Мой сон сбывался!

— Нам нужно вернуть ее в земли фейри! — Я развернулась к Уайетту и Коре. Боги. Что, если мы опоздаем? Я указала на обнажённую руку Вераселли. — Посмотрите на её кожу. Она стала бледнее. Посмотрите на цвет лица. Она выглядит больной. Ей нужно вернуться в свой мир.

Нервная энергия сгустилась вокруг Коры, а лицо Уайетта помрачнело.

Я знала, что веду себя немного как сумасшедшая, но у них не было внутренней связи с богиней. Они не чувствовали того, что чувствую я.

Что-то было не так с богиней, словно маслянистая субстанция покрыла её сущность.