"Фантастика 2026-193". Компиляция. Книги 1-31 (СИ), стр. 432

Весна прислонилась ко мне слева, прижавшись грудью и по-хозяйски обхватив рукой. Она была прикрыта одеялом по пояс, на лице — ни тревоги, ни усталости, только лёгкая улыбка. Ещё бы — её план полностью удался.

Под другим боком дремала Арлетта, забросив на меня ногу. Ей одеяло не досталось, и я наслаждался точёной обнажённой фигурой девушки. Её белоснежные волосы были разбросаны по подушке, она была беззащитной и искренней. Такой же, как ночью.

Я чувствовал, как по телу расходятся волны тепла, и знал, что если сейчас одна из них, а лучше обе, не проснутся, то я их сам разбужу и продолжу ночные приключения. Но я лишь вздохнул и осторожно выбрался из-под завала. Ведь меня впереди совершенно точно ожидал другой завал — бумажный. И не только.

Я медленно поднялся и накинул халат. Что-то в воздухе изменилось — не в магическом смысле, нет, просто в ощущении. Стало понятно, что прошлая ночь была определяющей — не только для меня, но и для всего рода Клинковых.

Когда я спустился вниз, в зал особняка, меня встретил Аскольд. Он раскинулся в кресле и, завидев меня, тут же хищно оскалился:

— Ничего не говори, — устало отмахнулся я и зевнул.

Впрочем, мои предупреждения были проигнорированы. Ныне двуглазый не удержался от комментария:

— Командир, тебе бы отдохнуть. А то — из вылазки в вылазку, из боя в бой…

Я проигнорировал его намёки и направился на кухню, оставив довольную ухмылку за спиной.

— Собери родовой совет, — бросил я через плечо.

Впрочем, судя по тому, как мы шумели ночью, весь особняк уже догадывался, о чём мне предстояло сообщить.

Утро прошло своим чередом. К моему завтраку присоединились Весна и Арлетта. Если Весна довольно улыбалась и ела с аппетитом, то Арлетта краснела и косилась то на меня, то на ведьму. В итоге я позвал её поговорить, и мы расположились в библиотеке.

Девушка стояла у окна и смотрела во двор. На ней было простое черное платье без излишеств, но с акцентом на талии. Её вкус в одежде отличался строгой элегантностью. Серебряные локоны были убраны в хвост и отражали утренний свет, а на шее висело всё то же ожерелье — артефакт с тёмно-синим камнем.

— Максим… — начала было говорить она, но замялась.

Я дал ей немного времени собраться с мыслями.

— Я… хотела сказать, что остаюсь в доме Клинковых, — она бросила на меня быстрый взгляд серых глаз и добавила: — Если ты не против.

Я не был против. Вообще. Ни разу.

— Конечно, — сказал я как отрезал. — Этот дом теперь и твой.

Уголки губ княжны дрогнули. Она не смогла сдержать улыбку. Мы стояли рядом, молча и смотрели во двор, где начинались утренние тренировки бойцов. Потом она неожиданно спросила:

— Ты ведь понимаешь, что отец знал? И про артефакт, и про шкатулку?

— Конечно, — ответил я, улыбнувшись. — Он подставил ситуацию так, чтобы мы сблизились.

Арлетта пожала плечами.

— И ты не злишься?

— Ничуть, — усмехнулся я. — Он сделал мой выбор намного проще.

— Знаешь, я ему даже благодарна, — слова княжны были спокойными, без всякого пафоса.

Через несколько дней в Чернореченск прибыла официальная делегация рода Демидовых во главе с самим Григорием Арсеньевичем. Его сопровождали советники, охрана, личный архивариус, а также слуги и люди Арлетты, ранее оставшиеся в Беловежске. В конце концов, хоть княжна и чувствовала себя в особняке Клинковых как дома, но только с собственными слугами она могла по-настоящему стать здесь владычицей.

Слуги распаковывали вещи, расставляли книги, артефакты — не только в отведённой для гостей части дома, но и в хозяйской спальне. За ними, конечно, всё ещё приглядывали, но в остальном люди Арлетты никак не были ограничены.

Но самое главное прибыло в отдельном контейнере — маленький, чёрный как ночь фрукт, от которого даже сквозь зачарованные стенки чувствовался хаос. Чёрное яблоко из садов Чернолесья. Когда-то их было довольно много. В конце концов, род Клинковых старался всячески способствовать развитию собственных магов. Сейчас же, когда добрая половина Чернолесья стала Зоной, а остальная часть превратилась в клочки новых земель, это яблоко было настоящей находкой.

Григорий Арсеньевич передал его мне лично, во время беседы в моём кабинете. Мы обменялись приветствиями — было немного непривычно видеть Архимага здесь, в Чернореченске. Немного поговорили о новостях из столицы, о погоде и прочих мелочах, пока Демидов не перешёл к делу.

— Не буду юлить, — признался он, когда это было уже очевидно. — Я знал, что в хранилище у дочери есть подходящий для тебя предмет. Да и он, честно говоря, всем кроме хаоситов бесполезен. Но я позволил вам притереться. Остальное ты сделал сам.

Я открыл крышку контейнера и молча посмотрел на плод. Тёмная, матовая кожура. Никакого запаха, но огромное количество сжатой хаотической маны. Это было просто идеальное топливо для рывка перед Третьим крещением.

— Завораживает, не правда ли? — довольно произнёс Григорий Арсеньевич.

Он вообще был очень доволен собой. Его план сработал, и он смог не просто сблизить два рода, а заполучить будущего Архимага в родственники. Впрочем, если бы он сразу сказал, что у него есть яблоко из Чернолесья, то я бы согласился и без долгих прелюдий. Впрочем, и сказать, что мне не понравились прелюдии, я тоже не мог.

— Это всё, конечно, замечательно, — сказал я и перевёл взгляд с яблока на Демидова, — только скажите мне одно… — я достал яблоко и положил его на ладонь. — Почему оно надкусано?

Григорий Арсеньевич на миг замер. Его глаза блеснули.

— Мне было просто интересно, — не то чтобы это что-то меняло, но кто вообще умудрился откусить артефакт, не думая о последствиях?

Григорий Арсеньевич неожиданно рассмеялся, и я сам не смог сдержать улыбку. Он стёр с уголков глаз слёзы и произнёс:

— Прости, Максим. Просто об этом тебе лучше узнать у своей невесты.

Был ли надкусанный артефакт причиной нестабильности в ядре княжны? Не знаю. Я и саму нестабильность пропустил — в конце концов, в мире много аномалий, встречающихся у магов, и не все из них приносили вред. Некоторые лишь дискомфорт. Главное, что Арлетта получила то, что хотела, и очистила ядро.

Мы с князем ещё немного поговорили и пожали руки. Этого было достаточно.

Свадьба состоялась через месяц в Беловежске, в большом храме Предковеров. Церемония была торжественной, но без излишеств. Мы с Арлеттой обменялись клятвами перед родовым камнем Демидовых, а также обменялись браслетами с выгравированными родовыми рунами. Арлетта смотрелась сногсшибательно в белом платье, обтягивающем стройную фигуру. Я же был, привычно, в чёрном камзоле — на этот раз вышитом золотом.

Здесь, на свадьбе, присутствовали не только мои ближники и члены рода Демидовых, многих из которых я, кстати, знал по приёму. Здесь также были жрецы Предковеров, волхвы, а также прочие друзья Демидовых. Даже Шаховский пожаловал, хотя и не был особенно доволен моим выбором, но и претензий не предъявлял — в конце концов, свобода выбора и духа была у Предковеров в почёте.

С моей стороны были ближники Я даже видел, как Вера пустила скупую слезу и Рома приобнял её. Аскольд с Сольвейг сдержанно улыбались. Была здесь и Весна — её глаза сияли спокойной радостью. Не знаю, о чём точно договорилась с Арлеттой, но своё она получила.

После церемонии последовал пир. Надо сказать, что все пили и веселились от души, так, как будто и не были они Архимагами, Магистрами, Мастерами и Южноуральской знатью. Брак княжны был большим событием не только для Демидовых и Клинковых, но и для столицы. В городе шумела толпа, и народ веселился.

Несмотря на празднество, мы вернулись в Чернореченск довольно быстро. Особняк наполнился людьми и новыми лицами — прибыли младшие Демидовы, маги, администраторы, воины, учителя и наставники, торговцы и слуги. Род объединялся не только на бумаге. Я чувствовал, как всё вокруг меня уплотняется и наполняется жизнью.

У меня было всё необходимое: сильный род, крепкие союзы, череп Лича как источник магии, яблоко из Чернолесья для роста и чёткий план.