Отбор невест, или Три орешка для темного (СИ), стр. 32
И тут, внезапно, до меня дошло — я пропустила завтрак! Эрмина, вероятно, меня потеряла, да и от драэ Мирсонай влетит.
А затем я посмотрела на Сайарда, который ловко пластал хлеб и сыр, на пузатый медный чайник, что уже исходил парком, и мысленно позволила себе все и еще чуть-чуть. Когда еще, в конце концов, у меня будет еще один такой же потрясающий день?
«Хотя с отбора могут и выкинуть», осознала я вдруг.
И от этой мысли мне впервые стало не по себе. Настолько не по себе, что по коже пробежал холодок и, на секунду, стало тяжело дышать.
— Лиэхарис?
— Ты называл меня Лиррис,— напомнила я, с благодарностью принимая чашку с ароматным чаем.
Быть может, горячий напиток уберет этот неприятный осадок, поселившийся на дне души.
— Ты не отзывалась,— серьезно ответил Сайард. — Что-то не так?
Обхватив толстостенную чашку пальцами, я легонечко вздохнула:
— Драэ Мирсонай будет недовольна моим отсутствием на завтраке. И да, меня это не слишком-то волнует, но… Если я покину отбор, то больше никогда не…
Тут я едва успела поймать себя за кончик языка. «Больше никогда не увижу тебя, Сайард», вот что я хотела сказать. Но пришлось перефразировать:
— Больше никогда не увижу королевский дворец.
Некромант удивился:
— Он тебе так понравился?
— Конечно,— с жаром воскликнула,— только представь, над центральной частью трудился великий архитектор Антелли!
Я выжимала из себя все-все свои куцые знания и с ужасом смотрела на то, как вытягивается лицо Сайарда, который, когда я замолчала, осторожно проговорил:
— Эм, боюсь тебя огорчить, но Антелли работал над летней королевской резиденцией, которая находится в Паэрте. И его не казнили, чтобы он больше никогда не построил такой красоты, а отправили в ссылку за то, что соблазнил принцессу. А этот дворец строил драр Райнвер, далекий предок моей бабушки. Собственно, за это он и получил дворянство.
Откашлявшись, я отпила чай, а затем взялась за бутерброд. Мне было нечего сказать Сайарду, пока он не ошарашил меня:
— Тебе Аларик понравился?
Плохо пережёванный кусок сыра застрял у меня в горле. Этакий момент между прошлым и будущей могилой, на надгробии которой напишут «Есть она любила больше, чем жить». Придуманная эпитафия так меня рассмешила, что мне удалось прокашляться:
— Кх-кх, ты с ума сошел?!
Но Сайард, посуровевший и явно не настроенный шутить, был упрям:
— Я хочу, чтобы ты была счастлива. И если для этого потребуется надавить на брата — это мне по силам, поверь.
Ужаснувшись его деловитой решительности, я поспешно проговорила:
— С твоим братом я счастлива не буду. Он меня вообще-то пугает! И нет, от страха до любви слишком много шагов, за целую жизнь их не пройти, Сайард.
Некромант нахмурился:
— Не представляю, как Аларик может кого-то напугать. Тем более тебя. Ты, м-м-м, не из трусливых.
— Тем не менее,— фыркнула я, ничуть не устыдившись,— веет от него чем-то нехорошим.
— А,— рассмеялся Сайард,— так это смесь чеснока и арсаби, его любимая пряность. Ему и король с королевой говорили сменить рацион на время отбора.
— То есть, он еще и гнилью пованивает время от времени? — поразилась я. — Потрясающе. Ладно, хорошо. Дворец и правда не особо прекрасен, а сказать я хотела…
Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, я отчеканила:
— Я хотела сказать, что не хочу покидать отбор, потому что больше не увижу тебя.
Говоря все это, я не учла, что сама только что едва не рассталась с жизнью. И совсем не уследила за тем, что Сайард с аппетитом уплетал предпоследний бутерброд.
Но! Но когда некромант замер и побледнел, я сразу поняла, что коварный сыр пытается убить моего друга. Не мешкая ни секунды, я подхватилась на ноги, забежала Сайарду за спину и от души ударила его меж лопаток.
Не помогло!
Но маменька однажды рассказывала мне про нажатие Эйрла, когда на живот кладут обе руки и пропускают сквозь ладони мощный магический импульс и…
— Не надо, я жить хочу! — выкрикнул Сайард,— я не подавился, я удивился.
— Ой. Прости.
Смутившись, я быстро и тихо юркнула на свое место и уткнулась в чай. А я ведь удар-то тоже магией усилила. Влепила принцу с той же силой, с которой когда-то быка на лугу успокоила. Папенька с маменькой тогда едва откупились, а за принца выкуп-то побольше будет!
— Ты в порядке? — шепотом спросила я.
— Да,— так же негромко ответил Сайард. — У тебя удар тренированного воина.
— Прости.
— Да ничего,— он неловко повел плечом, а после улыбнулся,— обещаю навещать тебя, Лиэхарис. Так часто, как смогу.
— Клянись,— я протянула ему оттопыренный мизинчик,— и учти, обманешь — я тебя сама найду и ухо откушу!
— Не обману,— светло улыбнулся Сайард,— никогда.
Он говорил так искренне, что мелкое пакостное проклятьице я придержала при себе. В конце концов, даже моим братьям было позволено трижды меня обмануть, хотя я изначально знала, что они те еще врунишки!
— Пойдем, я покажу тебе настоящее сокровище.
В целом, вся обсерватория представляла собой башню, в основании которой находилась кухня и кладовая. И я, мельком бросив взгляд на последнюю, мысленно вздохнула — там даже пыль выглядела грустно и голодно.
— Место выбрали не случайно,— охотно рассказывал принц. — Здесь тоже силен магический восходящий поток, но он спрятан в стены. Видишь?
— Паутина из серебра, которое ни разу не было под прямыми солнечными лучами,— выдохнула я, осторожно коснувшись старой каменной кладки.
— Именно. Тогда это был настоящий прорыв,— кивнул Сайард. — Держись за меня.
Он встал на первую ступеньку винтовой лестницы и указал мне на оставшееся место. Заинтригованная, я послушалась и тихо охнула — мир пришел в движение.
— Мастер назвал эту придумку эскалатором,— шепнул Сайард,— но она так и не получила особого распространения. У драэ юбки застревали в ступеньках, дети падали… А после секрет движущихся лестниц был утрачен.
— Это артефакт или заклинание? — заинтересовалась я и покрепче вцепилась в принца,— действительно потряхивает.
— Мне кажется, что это что-то вроде проклятья с условием,— ответил Сайард. — Ступени самые обычные, а некоторые и вовсе были заменены.
И я невольно начала размышлять о том, что проклятья и правда можно использовать во благо. К слову, начала это еще моя маменька. Пока не было средств на кухарку, драэ Луиза Ильгертон прокляла шторы, чтобы ровно в полночь они тряслись и вздувались так, словно их кто-то выбивает — чтобы стряхнуть пыль. Сразу после штор приходит очередь ковров, они трясутся так, словно чихают. Потом вылетают метлы и всю пыль выметают во двор.
В общем, мы не с первого раза нашли помощниц по хозяйству. А гости у нас и вовсе дольше одной ночи не задерживаются, хотя мы всех предупреждаем!
«Надо обдумать мысль про лестницу и порадовать папеньку с маменькой», пометила я себе мысленно.
И тут же все забыла, ведь мы вышли на верхнюю площадку, где красовался огромный старинный телескоп. Зачарованный до звона статической магии, он покоился на подставке, которая, в свою очередь, стояла на рельсах, чтобы всю эту махину можно было вращать.
— Мы можем рассмотреть окружающее нас пространство и звездные скопления,— Сайард увлек меня ближе к чудо-артефакту,— но должен признать, что я исключительно наблюдатель.
— Как и я,— честно отозвалась я.
Мы пропали на несколько часов. Сайард показал самые любимые свои виды, рассказал как пользоваться телескопом, а потом показал настройки, к которым не прикасались уже долгие годы:
— Это уже для серьезных работ. Астрономия не увлекла меня, к сожалению. Быть может, обсерватория зря простаивает и…
— Нет,— я покачала головой,— обсерватория ждет настоящего ценителя. Твою дочь, или твоего сына. Или внука — кто знает? Телескопы есть в каждой Академии, Сайард. Ты ни от кого ничего не скрываешь. Этот…
Я любовно провела ладонью по медному боку, испещренному сотнями колдовских знаков: