Бесы на краю империи (СИ), стр. 24

Процесс запустился.

Я пересмотрел свою изначальную идею и отказался от расширения пещеры. Во-первых, мне объяснили, что это будет очень сложно осуществить технически. Во-вторых, есть риск обрушения. В-третьих, будет шум, и куда-то потребуется вывозить лишнюю породу. В-четвёртых, колония через тридцать-сорок лет сможет и сама решить эту задачу, без помощи человека. Поэтому в приоритете были освещение, вентиляция, укрепление стенок тоннеля и укладка асфальта.

И всё, спросите вы?

Нет, не всё.

Подрядчики взялись за перекрытие коридоров, ведущих в старые катакомбы. Их тупо замуровали. И сделали так, чтобы всё выглядело максимально естественно. Типа, горная порода, а не, скажем, кирпичная кладка. В эту самую кладку были вшиты устройства, регулярно очищающие историю. Я это сделал специально. На случай, если церковники всё же захотят провести разведку и отправят вниз ясновидца. Но такую вероятность я почти не рассматриваю. Гончая изучила все катакомбы и коллекторы. Никто туда не спускается, процессии фанатиков под землёй не бродят. Система имеет запущенный вид — шахтами и коридорами не пользовались очень давно.

Есть ли шанс, что в ближайшие полвека что-то изменится?

Предусмотреть всё невозможно. Как по мне, в глубинах горы нет ничего интересного для церковников. Поживиться там попросту нечем. О полезных ископаемых тоже речь не идёт. В наших краях главные статьи доходов — туризм, сельское хозяйство и торговля. По сути, губерния наживается на транзите между центральными регионами России и Халифатом. Ну, и с югом Европы мы активно торгуем, чего греха таить.

В общем, подрядчики мне понравились.

Чётко всё выполнили, в срок и без лишнего шума.

Я получил комфортабельную, благоустроенную пещеру с вентиляцией, электрическим освещением, собственным генератором и всевозможными артефактно-каббалистическими ништяками. Всё это было запечатано двумя заглушками, реагирующими на психотипы ограниченного числа людей.

Фуры уехали также внезапно, как и появились. Тихо, ночью, никому не мешая. Даже Грубин не вязался, а это показатель, доложу я вам!

В теории я мог бы перенести эмбрион под землю и на этом успокоиться. Но шестое чувство подсказывало: не спеши. Времени хватает, колония вполне может развиваться внутри домоморфа. А вот шумихе вокруг горы Ачамхита нужно улечься. Диакон Корвинус ещё помнит, что я к нему обращался. И ничто не мешает церковнику попытаться навести справки. Отправить в долину кого-нибудь под видом туриста…

Я решил выждать.

Не дёргаться и наблюдать.

Как вы понимаете, за эти полтора месяца я занимался не только строительством. Вовсю шла подготовка к свадьбе с Маро, и большая часть этой подготовки сводилась к тому, чтобы донести до нужных людей информацию о моём замысле. Аристократы щепетильно относятся к личной безопасности и очень не любят оказываться в местах, охрана которых вызывает сомнение. В моём случае требовалось не просто приехать в Красную Поляну, заселиться в домоморф и отправиться неизвестно куда. Важным условием, прописанным в приглашениях, было отсутствие телохранителей. А это уже вопрос абсолютного доверия и личной силы гостя. Каждый, кто не являлся моим близким другом, рисковал…

С другой стороны, у меня была определённая репутация.

Домоморф гарантировал надёжную защиту, я никогда бы не посмел напасть на своих гостей, да и подкупить меня при нынешних доходах Ивановых — не лучшая идея.

И всё же, приходилось давать пояснения.

Со мной связывались по телефону, через телепатов и даже во сне. Задавали кучу вопросов. Просили хоть намекнуть, куда я планирую всех затащить. Но я проявил твёрдость и наотрез отказался давать координаты острова. Даже про то, что мы будем на острове, я никому не сказал. Люди ворчали, но давали согласие. И это меня поразило больше всего. Я бы, например, послал самого себя в жопу с такой авантюрой.

Другим важным компонентом была сама организация.

Прежде всего, нам следовало отыскать свадебное агентство, готовое работать «вслепую». Не видеть локации, иметь лишь общее понимание об уровне гостей и их предпочтениях, соблюдать предельную конфиденциальность. И такое агентство мы нашли по рекомендации герцога Строганова. Базировалось оно в Москве, имело неброское название «Престиж» и выполняло заказы любой степени сложности. Свадьбы на дирижаблях, бракосочетания культистов по очень странным обрядам и многое другое. Даже подводные церемонии. Никому из этих людей ещё не доводилось путешествовать на домоморфах, но это их не смутило. Я сразу почуял высокий уровень профессионализма.

Все эти полтора месяца я продолжал заниматься с Федей.

Честно говоря, меня шокировал неослабевающий энтузиазм паренька. Оружейник реально задался целью стать похожим на меня. Он, стиснув зубы, выполнял все задания. Даже внешне Федя начал меняться. Одарённому человеку, если вы не в курсе, гораздо проще обрести хорошую физическую форму, чем простому смертному. Наш организм функционирует более качественно. Если вы решили сжечь лишний жир, вы этого добьётесь. И кожа не будет висеть, ибо регенерация. Поэтому откровенно рыхлые и дряблые люди со сверхспособностями попадаются крайне редко. Надо быть законченным гедонистом и всю жизнь набивать брюхо жирной едой, чтобы выглядеть хреново. У Феди, между прочим, это успешно получалось. И я с удовольствием наблюдал за трансформацией бывшего толстяка.

Федя научился стрелять.

Из пистолета и нагана.

Я пока не приступал к освоению штурмовых и снайперских винтовок, но понимал, что парень движется в этом направлении. Ольга проводила занятия в тире, я показывал своему воспитаннику приёмы работы в тесных помещениях, на малых дистанциях, по нескольким противникам. Учил вести огонь стоя, в движении, с колена, быстро менять углы атаки. Прятать оружие за спиной, под пиджаком, в сумке и портфеле. Наносить удары рукоятью. Пользоваться глушителем, быстро менять магазины. Перезаряжать наган с помощью спидлоадера. Оценивать дома и квартиры с тактических позиций.

Упор мы по-прежнему делали на холодняк.

Осваивали кинжалы и стилеты, боевые ножи спецназа, кукри, саксы и керамбиты. Мечи-бабочки. Тычковые ножи, рукояти которых зажимаются в кулаке. Классику жанра — шипованные кастеты. Не забывали про метание. И про рукопашный бой.

Тренировочный график был плотным.

Чтобы жить и своей жизнью, я ввёл систему домашних заданий, а также привлёк других наставников. К Ольге присоединились Байт Мусаев и один из индонезийцев мастера Багуса. Нагрузку я распределил таким образом, чтобы всё это не мешало школе. А также оставил окна для призыва и игр со сверстниками. Воскресенье стало у оружейника единственным выходным, и я всё чаще видел его прогуливающимся с Ухтышечкой. Девчонка вытягивалась и хорошела, при этом у неё был замечательный характер. Иногда мы приглашали Ухтышечку в гости, и не только её. Витька и другие ребята из посёлка были вполне адекватными и проверенными, за ними наблюдала наша служба безопасности.

Однажды мы занимались в додзё, разучивали связки с керамбитами.

— Слушай, — сказал я. — А ты можешь призвать нож во время боя?

Федя от неожиданности замер, и мой керамбит застыл у его горла.

— Не тормози, — проворчал я.

— Ты же меня и отвлёк! — обиделся парень.

— Само собой. Но это не оправдание.

Мы разошлись на пару метров.

— Не знаю, — пожал плечами Федя. — Я всё призываю в спокойной обстановке. У себя в комнате. Там тихо и никто не пытается тебя убить.

— Хм, — я ненадолго задумался. — Но ведь в теории это возможно.

— В теории, — уклончиво ответил Федя.

— Хорошо, — я решил зайти с другого бока. — С какой скоростью ты сможешь призвать керамбит? Из мира идей, разумеется.

Мы пользовались клинками, собранными Бродягой из протоматерии.

— Быстро смогу, — ответил Федя. — Они же простые.

— Раньше ты пользовался оружейным каталогом, — вспомнил я. — Тебе нужно было смотреть на картинку.

— Так то раньше.