Командор. Том 4 (СИ), стр. 6

— Сам видишь, Юджин, что происходит.

— Да понимаю. Но почему ш-ш-штаб? Я же боевой офицер.

— А Ван Ли, по-твоему, мало повоевал? И тебе придётся, если что-то пойдёт не так. А если пойдёт не так всё, что только можно, тем десантом будешь руководить сам.

Он кивнул.

— Пока готовь Воронина из четвёртой роты себе на смену, — продолжил я, — и будешь входить в курс дел там. И поедешь туда не один, дам ещё ротного и несколько взводных. Будете поднимать ту часть, чтобы они во всём не уступали нам.

— Понял, — он отпил чай и задумался. — А с-с-с этим что делать? С-со Зверевым? Вредный же, его вос-с-спитывать надо.

— Вот Воронин и займётся. Он парень дерзкий, за словом в карман не лезет, даром что в штабе раньше сидел. Потом некоторых офицеров ещё перекинем туда-сюда.

Флетчер с тяжёлым видом пошёл готовиться. Но он упрямый, вытянет.

— Ковры свои не забудь, — со смехом добавил я, когда он уже подошёл к двери.

— Пару могу ос-с-ставить, — Юджин рассмеялся, потом сурово посмотрел на бойца, случайно попавшегося ему в коридоре. — На пос-с-ст, с-с-солдат! Нечего тут ходить, с-слушать.

— Есть! — отозвался тот.

Бронин особо не спорил, когда я обрисовал ему задачу, что он будет и.о. командора, но под самый конец он вздохнул.

— А я думал, в отпуск отпустишь. Хотя бы на пару дней.

— Тоже с семьёй повидаться хотел?

— Ага, — он задумался. — Тут сын под призыв скоро пойдёт, я его хотел в наше училище пристроить, а он не хочет. Всё детство говорил, что собирается офицером стать, я с ним даже на прошлый день рождения с парашютом прыгал. А потом, — Бронин махнул рукой, — да, ладно. Всякое бывает.

— Что там случилось?

— Да связался с этими политическими. Волосы отрастил, ходит, как не пойми кто, по всем этим манифестациям и собраниям студенческим. Реформы всё надо им. Молодые, что с них взять, — он пожал плечами.

— Бывает. Жаль, что далеко, но тебе надо остаться. Как будет возможность, Боря, дам тебе отпуск. Но сейчас нельзя. Завтра едешь со мной. Берём роту с «Копья» и роту парашютистов, проводим учения, пока остальных ждём.

— Скучать не придётся, — он усмехнулся.

Короче, повышению обрадовался только Кеннет. Но едва он понял, что после этого он теряет свою каюту на крепости, ведь мне не надо было находиться там постоянно, то его настроение резко упало.

А я всё думал, сколько ещё времени будет на подготовку. Вальрас палки в колёса вставлять не пытался, делал вид, что слушается, но что у него на уме, понять сложно. Назначение Флетчера тамошний штаб воспринимал враждебно, но подчинялся.

Но я понимал, что несмотря на всё, основную подготовку придётся делать прямо в бою, как тогда.

Были и другие дела помимо этого, но их пришлось отложить. Разве что отдал Крысу пару распоряжений. Его по моей просьбе забрал с собой Ван Ли в свой отдел писарем, чтобы был под рукой, но некоторые задачи он ещё делал.

А нашего специалиста по Небожителям, профессора Чой Джи Хуна, которого мы вывезли с архипелага, взял себе под крыло Анатолий Варга.

С ним я и повидался сегодня. И с сожалением отметил, что его возраст даёт о себе знать всё больше.

— Ещё столько дел, — слабо проговорил он.

Сегодня он лежал на кровати в своей спальне, выпивая лекарства, и не отправился во дворец с самого утра. Думаю, скоро его заменят на другого канцлера, но старик в своём возрасте показывал столько упрямства, что другим будет сложно его сместить.

— Дел много у нас всех, господин генерал, — сказал я.

Он отгородился от меня полупрозрачной шторкой. В комнате сильно пахло лекарствами.

— Я помню вашу просьбу, — сказал Варга. — Выясняю, кто дробил душу Катерины Громовой, отделяя от неё силы сожранных Небожителей. Уже есть подвижки, я находил записи.

— И сколько всего может быть осколков?

— Вот ещё не знаю. Но разделяли и душу Молота империи, потому что к нему, оказывается, привязалась другая. Её расположения тоже не знаю. О, я нашёл ещё кое-что интересное.

— Что именно? — поинтересовался я.

— В старом дворце, где были покои императрицы Катерины, я нашёл дневник её отца. Мой отец говорил, что он существует, сам его читал, но бумаги пропали, сейчас нашлись. Александр Громов изучал Небожителей, он и внедрял душу фанатика моему отцу и своей собственной дочери. И был убит по приказу Таргина… ну, тогда ещё никто не знал, что Таргин вернулся, и дело замаскировали под несчастный случай. Там много интересного, и это навевает на разные мысли. Он сам, можно сказать, вернул его к жизни.

Голос стал совсем слабым, но он взял себя в руки.

— Думаю, до конца этой войны я не доживу, Дмитрий. Прости.

— За что простить?

— Это я прошу у своего отца, если он меня слышит, — старик откашлялся. — Но ещё постараюсь протянуть, сколько выйдет. Столько всего нужно сделать. Но ты не один. Станислав, мой внук… мне придётся поставить его в курс всех дел. Он сейчас в Генштабе, вы с ним ещё поработаете. Прости.

— Тоже отцу?

— Нет, а это тебе, — он чуть приподнялся. — За то, что втянул тебя во всё это ещё в детстве. Но кто же знал, что я найду настолько подходящего для всего этого человека.

Варга что-то пробормотал ещё, но говорил уже совсем с трудом, а потом уснул.

— Дедушка не собирается сдаваться, — сказал Станислав мне внизу.

На нём был парадный мундир полковника Генштаба имперской армии с золотым шитьём. У него сейчас должность начальника направления боевой подготовки, поэтому мы с ним видимся часто. Он пытается делать всё то же, что и я, но в масштабах всей имперской армии. А это куда сложнее, но у него и фамилия подходящая.

— Но и я тоже, Дмитрий, буду выполнять дело семьи, — добавил он. — Я ещё не знаю, в чём миссия дедушки, но я займу его место.

— А вы, Варга, иначе не можете. Ваш предок бы вами гордился.

Он посмотрел на меня чуть иначе, будто понял, о ком я говорил. Хотя эти детали Станислав уже знал.

Я вернулся в свой штаб. Все новые офицеры имперского десанта шли через нас, мы распределяли их сами. На «Императрицу» передали около двух десятков недавно закончивших обучение кадетов. Среди них не только племянник Станислава Варга, который сам просился в десант и получил назначение в первую роту, но и более высокородный офицер.

В часть к нам прислали моего тёзку — Дмитрия Громова, двоюродного племянника Алексея Громова. Трон ему не светил, и его передали в боевую часть. Причём, судя по бумагам, он отличник подготовки, и штаб десанта даже рекомендовал его в разведку, как в своё время покойного Смирнова. Тогда это оправдалось, сейчас посмотрим.

Немного с ним поговорил, парень не задавался, но увидим, чего он стоит на деле. Правда, за ним будет смотреть Бронин, а не я сам, хотя одного наставника я для него нашёл.

Имперская база снабжения крепости в Мидлии…

— Борис Иваныч, как тебе мой преемник? — спросил Кеннет. — Новый офицер-инспектор не сильно достаёт?

— Вот тебя-то нам хватать не будет, — честно сказал Бронин, держа в руках офицерский планшет.

Вокруг шла погрузка личного состава на крепости, чтобы провести внеплановые прыжки с парашютом. Для этого даже собирались поднимать крепость. Учения шли и там, две крепости учились взаимодействовать в бою.

— Нормальный парень, хотя и дотошный, — сказал Кеннет.

— Не то слово. Но с бумагами помогает.

— Я к тебе по делу, Боря. Сам понимаешь, у нас тут необычный офицер. Надо представить его непосредственному командиру.

— Слышал о нём, — Бронин поморщился. — Хотя вроде не задаётся, как Зверев.

— А как вообще у тебя дела?

— Дурдом сильнее, но я уже привыкаю.

— А спирт не пропадал? — вдруг спросил Кеннет.

— Да нет. А что, должен? — майор засмеялся. — С самого архипелага ни грамма не пропало.

— Да просто спросил.

Они пошли быстрым шагом мимо крепости, куда грузили боеприпасы на технике. Добрались до вертолётов, куда собрались оба взвода разведки под командой младшего лейтенанта Шульгина, которого совсем недавно все называли Пашкой Шутником.