Командор. Том 4 (СИ), стр. 13

И что-то из этих снарядов прилетало нам, поэтому мы сидели в бункерах на академическом острове.

— Господин… — начал разведчик.

— У тебя одна минута, Павел, — сказал я, увлекая Шутника за собой.

Ван Ли шумно выдохнул через нос. Потом наедине скажет, что я своих офицеров балую, но сейчас промолчал.

— Говори, — потребовал я, когда мы отошли от штаба в какую-то комнатёнку, заваленную старинными плакатами и пыльными книгами.

— Господин командор, — Павел вытянулся. — Я хотел сказать, что…

Разговор занял куда больше минуты. Так вот куда делся спирт. А мы его искали столько, что всю крепость перевернули. И понятно, почему спирт не пропадал так давно. Шульгин уехал на курсы.

А теперь ожидаемо, что старые подельники обнаглели. Шутник сказал, что хотел разобраться с ними тайком, и как ветеран трёх кампаний разбирается с недругами, я мог себе представить. Не особо это было изящно, но Пашка иначе не умел.

Но услышав, что им нужно сейчас, он пошёл ко мне. И это имеет смысл, ведь это не мелкая кража, а диверсия, и тут у них могут быть сторонники, и немало.

Я выдохнул через нос.

— Вот ты почему раньше ко мне не пришёл? — спросил я.

— Но я… — начал оправдываться он.

— Молчи уже. Думать будем.

По уставу мне полагалось вызвать спецотдел и передать Шутника туда, добавив, что он прибыл добровольно, что немного смягчит наказание. Но это по уставу, а у нас война идёт. Да и его снимут, это я понимал точно. Ладно, решать надо быстро, а с остальным разберёмся сами.

— Кеннета ко мне! — рявкнул я в сторону штаба.

Шутник вздрогнул, но остался стоять, принимая свою участь.

— Брата вытащил от них и решился, — шепнул он. — А они тут устроили. Тут троих-то мало положить, их всех надо брать.

— Что-то хочешь сказать, лейтенант? — спросил Брюс Кеннет, входя к нам. — Конечно, я думаю, это поздновато, но лучше поздно, чем никогда.

Хитрый Кеннет, похоже, проводил своё расследование, не ставя никого в курс, и подозревал, кто воровал спирт, но не указывал ни на кого.

— Младший лейтенант Шульгин, — начал я, — по моему приказу вступил в контакт с группой предателей, действующих в интересах противника.

Шутник вздрогнул, а Кеннет понимающе на меня посмотрел. Догадался, что произошло, но насколько опытный разведчик для нас ценен, он понимал не хуже.

— Раз приказ командора, то ничего не попишешь, — сказал он. — Давай детали, Пашка, будем думать, — Кеннет посмотрел на него.

— Банда старогородских, из Старого Нерска, — Шутник сглотнул. — Очень большая банда, там почти все пацаны состоят. Ну и я тоже там был. До армии залезли в лавку с ними, я сбежал, остальные попались. Вот они и намекали, что могут меня сдать.

— Из-за такой ерунды, — Кеннет хмыкнул и полез в карман. — Знаешь, я вот в молодости тоже святым не был. Мы как-то попались после налёта, мне тогда сказали просто…

Он достал старый нож с выкидным лезвием. На костяной рукоятке что-то выцарапано, похожее на крысиный череп.

— … что застрелят при попытке к бегству, если буду выделываться, — он засмеялся. — Мы тогда так покуролесили, что с нами не церемонились. Стреляли нас только в путь, всех наших главарей пустили в расход по подвалам. Но нам, соплякам, дали шанс, а мне вообще предложили пойти в военное училище. Вот с тех пор я и в армии. Но если так подумать… вышло неплохо.

— Не знал, — брякнул Шутник.

— Разговорчики, лейтенант, — прервал я. — Господин офицер-инспектор, — обратился я официально, — передаю разведчика вам для операции по искоренению предателей и диверсантов. Можете задействовать любые силы десанта и гарнизона. По окончании лейтенант Шульгин должен немедленно вернуться к своим обязанностям.

— Принял к сведению, господин командор, — отозвался Кеннет.

Он не был моим подчинённым, поэтому отвечать должен был так. Но поручение выполнит.

— Эй, Ермолин, — Брюс увидел разведчиков в стороне. — О, и Джамал тоже здесь. Слушайте. Работа есть по вам.

— У нас своё командование, командир.

— Да я договорюсь. Тут надо хитро сделать, чтобы никто не понял. Засаду устроить.

— И во весь голос кричишь? — Ермолин захохотал.

А Шутник остался на месте, глядя на меня.

— Господин командор… Дмитрий Михалыч… спасибо. Я не подведу, слово даю, клянусь предками.

— Работаем, Шутник, — сказал я — Только попробуй мне хоть лопату теперь без спроса взять.

— Никогда этого не будет, господин командор, — пообещал он.

Оставайся я командором, пошёл бы на это дело сам. Но тут уже давно всё выстроено так, что отвечать надо за другое. Даже Бронину некогда этим заниматься.

Поэтому засаду организуют подчинённые, а я вернулся в штаб.

— Вот знаешь, Дима, — сказал Бронин, когда у нас с ним выдалась минутка после совещания.

Один батальон из его десанта сидел в резерве, чтобы вмешаться в бой в нужный момент. Тяжесть боя легла на других, но те пока держались. Крепость же перемещалась по маршруту, и враг думал, что наш десант был на ней.

— Можешь ответить мне на вопрос? — Борис посмотрел на меня.

— Спрашивай, Боря.

— Вот до майоров дослужился, командором почти стал. А вот никак не могу понять, как это работает. В любой военной академии всегда учат фланговому обходу, — он показал на плакаты старых битв, — окружению, логистике и прочим умным вещам. И у Дискрема тоже. А в этом бою все просто прут напролом прямо в лоб. Вот как сейчас. Мы-то ладно, десант, у нас это вопрос выживания. Но ты видел их колонны? До горизонта, и все в лоб идут.

— Так же проще, — отозвался я. — И когда собрал много людей, это может сработать. А всё остальное требует разведки, логистики и тщательного планирования.

— У нас это есть? — спросил Бронин.

— Сам же видишь. Держимся.

Свет над головами моргнул. Их ствольная артиллерия иногда уже доставала до острова, и землю порой трясло.

— У тебя как дела? — спросил я.

— Нашли цистерну со спиртом на том берегу, — он хмыкнул. — Но я приказал её расстрелять из пулемёта. Вывезти невозможно, там бомбёжки шли. И оставлять нельзя, всё бы вылакали. И так ходят там с лопатами теперь, я видел.

— Как у тебя с шестой ротой?

— Не ахти. Выделывается новый ротный, от него Воронин вешается. Но как-то справляются. Я слежу за этим. Ты бы как сделал?

— Перевёл бы в штаб, если новый ротный не справился бы. Тут обкатываться не время.

— Да пока справляется. Характер просто хреновый. Я слежу за этим, Дима. Пошёл я, — он надел каску. — Флетчеру привет. Передай, что его банда себя показала.

— Передам.

Вернулся Кеннет, улыбаясь.

— Командор, — произнёс он. — Младший лейтенант Шульгин уже вернулся к своим обязанностям командира разведвзвода.

— Вопрос закрыт?

— По крайней мере, на крепости сообщников взяли. На горячем гады попались, даже пикнуть не успели, когда бочки начали тащить с песком, — Брюс хохотнул, но стал серьёзнее. — Я вот давно боялся, что что-то такое будет, — произнёс Кеннет. — И всё же дал Шутнику шанс. Он его не потерял. А теперь я в штабе посижу, — он зевнул. — Здесь хотя бы пули не летают.

На следующий день мы поняли план врага. Он не смог взять академию с ходу и сунулся в город, но артиллерия на острове под прямой наводкой крепости разнесла его авангард. Теперь он разделил группировку на две части. Явно хотел перейти реку вброд, чтобы взять нас в тиски до подхода основных сил, при этом оставив части прикрытия, чтобы городской гарнизон не помешал их манёвру.

Генерал Хардален делал как раз то, о чём говорил Бронин — вместо атаки в лоб всеми силами начал сложные манёвры. И я хотел это использовать, как главный шанс переломить ход сражения.

— Вы решились, Дмитрий? — спросил Станислав, когда мы с ним оба вышли на свежий воздух.

Хотя свежим его назвать сложно. Ещё вчера здесь стояли здания, были видны клумбы и фруктовые деревья. Теперь клумбы были уничтожены, от деревьев остались только горелые чёрные стволы, но здания, построенные на совесть ещё сотни лет назад, стояли на месте, разве что окна выбило.