Главный по мусору. Том 1: Системный Мусорщик (СИ), стр. 34

Я подошел ближе. Прибор среагировал на близость моего экзоскелета — фиолетовые руны энтропии на «Коршуне-1» вошли в резонанс с ядром устройства.

Системный интерфейс раскрыл подробную спецификацию:

[Обнаружен древний инструмент: «Плазменный резак Архитекторов» (Ранг E, Модификатор)]

[Тип: Интегрируемый подсистемный модуль]

[Температура рабочего факела: до 6000 °C]

[Функции: Высокоточная резка любых сплавов F- и E-ранга, шовная сварка конструкций, импульсный термический выстрел в ближнем бою]

[Требование: Класс [Инженер], [Механик] или [Утилизатор]. Базовая Сила: 20+, Интеллект: 20+]

[Совместимость с экзо-манипулятором «Коршун-1»: 98.4 %]

— Вот это я понимаю — заводское оснащение, — усмехнулся я.

Не теряя ни секунды, я приложил металлический цилиндр к нижней части правого предплечья «Коршуна-1».

Титановые пластины экзоскелета отозвались тихим щелчком. Инструмент точно ждал своего оператора: фиксирующие скобы разошлись, обхватили локтевой сустав манипулятора, а тонкие золоченые коннекторы вошли в технологические порты моего силового контура.

[Произведена интеграция модуля: «Плазменный резак Архитекторов»]

[Энергоснабжение подключено к Внутреннему Реактору]

[Расход на резку: 2 ед. энергии/сек. Термический урон в контакте: 550 ед.]

Я шевельнул пальцами. Из сопла под запястьем с тонким шипением вырвалась ослепительно-белая игла концентрированной плазмы длиной в двадцать сантиметров. Воздух в радиусе метра мгновенно раскалился, металл пола под соплом начал медленно оплавляться.

Прекрасный рабочий инструмент. Никаких тяжелых баллонов с пропаном и шлангов. Только чистая управляемая энергия реактора.

Тем временем Глеб и Алина подошли к саркофагам из орихалка.

— Виктор, тут замки странные, — позвал бригадир. — Личинок нет, ручек нет. Сплошной металлический монолит.

— Отойди на шаг, — я подошел к первому контейнеру.

Плазменная игла под моим запястьем вспыхнула с утроенной силой. Я аккуратно провел соплом вдоль стыка крышки саркофага. Шеститысячеградусный луч рассек орихалковые пломбы толщиной в три пальца за четыре секунды, оставив за собой тончайший раскаленный рез.

Я уперся титановыми пальцами в край крышки и сдвинул пятисоткилограммовую плиту в сторону.

Металл с глухим стуком упал на пол. Из недр саркофага хлынуло облако морозного пара криогенной консервации.

На дне контейнера, на мягкой подложке из металлической стружки, лежал крупный граненый кристалл размером с дыню. Внутри него переливались золотистые и багровые световые нити, складываясь в сложнейшую трехмерную структуру.

Рядом аккуратными рядами лежали тяжелые бруски металла с характерным зеленоватым отливом.

Я коснулся кристалла ладонью:

[Получен уникальный артефакт: «Древний кристаллографический чертеж: Сторожевой Голем-Симбиот» (Ранг E-EX)]

[Описание: Инженерная матрица для создания автономного биомеханического стража-симбиота. Конструкт адаптируется под энергосистему создателя, способен поглощать тяжелые металлы, радиацию и отходы скверны для самовосстановления и эволюции]

[Базовые компоненты для сборки: Ядро Босса (ранг E или выше), Высокопрочный костный каркас (от 20 кг), Металлический сплав высшего класса (от 50 кг), Источник жидкого металла]

Мое сердце механика забилось быстрее.

Это был чертеж идеального напарника. Не тупой куклы из камня, а живого, саморазвивающегося боевого комплекса. Каркас из костей Чумного Мясника и Стража Стен у меня уже был. Не хватало лишь ядра финального босса Башни и редкого жидкого сплава.

— Чертеж уходит в архив, — сказал я, убирая кристалл в пространственный накопитель.

Затем я перевел взгляд на бруски рядом:

[Получен материал: Слитки Орихалка Интеграции x12 (Общий вес: 12 кг)]

[Свойства: Абсолютная энергопроводимость, сопротивление магической коррозии, сверхвысокая плотность]

Во втором и третьем саркофагах нашлись запасы чистейшей концентрированной маны:

[Получен ресурс: Эссенция Первородного Порядка x3 (Кристаллизованная мана высшей очистки)]

[Получен ресурс: Редкие химические реагенты древних x8 колб]

Я положил ладонь на одну из призм Эссенции Порядка:

— Поглотить одну единицу.

Холодная, кристально чистая энергия вошла в мой грудной узел. Реактор, до этого переполненный грязной энтропией распада, жадно впитал стабилизирующий заряд.

[Внутренний Реактор стабилизирован]

[Максимальная емкость расширена до 300 единиц!]

[Текущий запас: 300/300 ед. (Полный заряд)]

— Виктор, смотри, — Алина указала карабином в дальний угол зала.

Там, за верстаками, в стене темнел широкий наклонный пандус со ступенями, уходящими вверх. Над проходом горел зеленый системный символ, указывающий направление эвакуационного шлюза.

— Инженерный сервисный туннель, — определил я, сверившись с внутренней картой. — Он ведет прямо в обход финальных коридоров лабиринта, аккурат к Центральному Алтарю перехода. Создатели Башни явно оставили себе служебный выход на случай аварии.

— Значит, мы выходим прямо к порталу на второй ярус? — уточнил Глеб, закидывая трофейные слитки орихалка в свой вещевой мешок.

— Именно. И опережаем график на добрых десять часов. Выдвигаемся.

Подъем по служебному пандусу занял меньше пяти минут.

Тяжелые герметичные створки в конце туннеля разошлись в стороны от легкого нажатия моей титановой перчатки. Мы шагнули наружу и оказались под колоссальным сводом Центрального Зала Первого Яруса.

Это было циклопическое круглое помещение с куполом высотой в пятиэтажный дом. В центре зала, на ступенчатом возвышении, мерцал гигантский круг портала перехода. От него во все стороны расходились концентрические круги фиолетового света.

Но мы были здесь не одни.

У подножия портала, тяжело опираясь на обломки каменных колонн, сидела жалкая кучка людей.

Из трех десятков головорезов Бугра до финала первого яруса добрались всего восемь человек. Их камуфляж превратился в грязное, пропитанное кровью тряпье. Бронежилеты были иссечены костяными когтями, патронные подсумки пусты, а на лицах застыло выражение дикого, животного истощения.

Сам Бугор стоял у консоли алтаря.

Его правая рука была наглухо замотана окровавленной ветошью после снайперского выстрела Алины. Автомата у главаря не было — на поясе болтался лишь ржавый топор. Он лихорадочно колотил здоровой левой рукой по каменному постаменту, пытаясь запустить активацию перехода.

Услышав гул открывшихся служебных дверей, бандиты в панике вскинули стволы. Но когда они увидели, кто именно вышел из туннеля, их руки задрожали.

Мы шли к ним спокойным, размеренным шагом. Впереди — я, с дымящимся соплом плазменного резака на титановой руке и «Шлакобоем» наперевес. Справа — Алина с карабином, не сводящая прицела с переносицы Бугра. Слева — монолитный Глеб с путейской кувалдой на плече.

На нашем снаряжении не было ни единой царапины. Мы выглядели так, точно вышли с планового технического осмотра в чистом заводском цеху.

— Вы… — Бугор отшатнулся от алтаря, прижавшись спиной к светящейся арке портала. Его поросячьи глазки полезли на лоб от неподдельного ужаса. — Вы как здесь оказались?! Вы же должны были сдохнуть в ловушках первого крыла! Там сотни химер! Там каменный завал!

— Завалы разбирают те, у кого нет тяжелой техники, гражданин Комендант, — ровно произнес я, остановившись в десяти шагах от возвышения. — А мы провели прямую магистраль. По графику с опережением на десять часов.

Один из уцелевших бандитов, молодой парень с перебинтованной головой, выронил охотничье ружье на гранитные плиты:

— Бугор, хорош… Мы не будем с ним стреляться. Он Кабану руку на куски разломал на площади, а этих тварей в коридорах просто на щебень пустил. Я пас.