Киноманьяк 3 (СИ), стр. 31

Дальше на пленку попала сцена, в которой Джеймс вырубил Сару ударом рукояти по затылку, запихнул ее в багажник и захлопнул крышку. Затем он сел за руль — машина уже была заведена. Водить он умел, так что резко развернул «Малибу» практически на месте и погнал прочь. Свет фар блеснул в темноте.

Проехали он метров пятьдесят всего, а потом остановился.

— Все, финальная сцена, — Мартин зевнул. — И все на сегодня. Я устал уже.

— Как и все мы, — сказал я. — Давай, заканчиваем.

И снова проход, как я поднимаюсь на ноги, бегу к машине, сажусь за руль. Отдельно — как загораются фары, и как начинает реветь дизельный мотор. Это еще Крис записал на свой микрофон, и звук как по мне должен получиться не хуже, чем в «Безумном Максе».

С места резко рвануть не получилось — все-таки двигатель дизельный, и динамики у него поменьше, чем у бензинового, с него так не стартанешь. Поэтому сняли, как я медленно разгоняюсь и еду вслед за злодеем. Хотя так даже лучше. Как по мне, этим фильм сможет передать зрителю смертельную усталость героя. Рана-то у него серьезная.

Проехал я метров тридцать и остановился, двигатель глушить не стал. Джеймс тем временем вернулся, привез обратно Розу, она смеялась — ее съемки развеселили. Мартин избавился от стабилизатора, уселся в машину, стукнул по панели.

— Почти всё, — торжественно сказал он сквозь сонливость. — Осталась только кульминация с развязкой. Самое сложное! Ха-хах!

Я посмотрел на него: режиссер счастливо улыбался.

Глава 13

Кульминация

Суммарно в поездке по штатам мы провели больше двух недель. За это время не было ни одного дня без причитаний Мартина о финальной погоне.

— Машину придется дырявить, Джош, — сказал он мне на дороге к Балтимору. — Нам совершенно точно нужны крепления под камеры в салоне, иначе будет скучно, — напомнил он, когда мы ехали где-то под Вашингтоном. — Джош, я думаю, нам нужна еще одна машина. Купим подержанную тачку ближе к Майами, чтобы снимать с нее. Но тогда нам нужен еще один водитель, а где мы его возьмем? — причитал он где-то между Ричмондом и Роли.

— Мартин, я не буду дырявить свою машину. Мы не будем ставить камеру ни на бампер, ни на капот, никуда, слышишь меня? — отвечал я из раза в раз, но Мартин не слушал, словно он знал, что я передумаю.

И он оказался прав. Я передумал.

Потому что машина — это не предел моих желаний. Это инструмент. Реквизит, если быть точнее. Купив новый «Олдсмобиль» и посадив своего персонажа за руль, я сам сделал машину полноценной частью нового фильма. А значит, Мартин имел полное право хотеть от меня определенных жертв.

Я понял это не сразу, но в итоге до меня дошло. Это озарение случилось посреди ночи: я пытался уснуть после изнуряющих съемок с бандой байкеров, возился, думал. И тут мне на ум пришла мысль: как же будет круто, если в «Турне» будут сцены погони с разных ракурсов, насколько сильно выиграет фильм от этой динамики. И сколько выиграю я как актер, снявшийся в нем. Мысленно смирившись с необходимостью модифицировать машину под съемки, я уснул.

Байкеры, с которыми задружился Кристофер, нам очень пригодились по пути в Дейтона-Бич, курортный городок по пути в Майами, где мы задумали наш грандиозный финал.

Перед выездом из Джэксонвилла я поговорил с Мартином, озвучил ему свои мысли, он с глубокой признательностью пожал мне руку, и мы пошли к байкерам. Те согласились помочь с дальнейшей работой, но теперь попросили за свои услуги деньги. У нас оставался приличный запас финансов, так что мы предложили всей их банде четыре сотни долларов за один съемочный день.

— Мы вам заплатим одной суммой на всех, а деньги вы поделите сами, как вам идея? — спросил Кристофер.

— Да в чем вопрос, отличное предложение, малой, — сказал их главарь и хлопнул Криса по плечу.

Первым делом мы заехали в ближайшую мастерскую, где нам за пару сотен баксов продырявили бампер для стальной платформы с байонетом, в который крепилась камера. Ставить туда свой основной аппарат Мартин не хотел, поэтому на бампер мы решили установить Canon с широким объективом. Платформа под камеру была съемной, а дырки с резьбой под нее скрывались хромированным заглушками.

Стойку для камеры внутри салона нам тоже установили, крепления в виде арки вмонтировали в пол спереди и сзади переднего пассажирского сидения. При желании я мог легко убрать их гаечным ключом. Еще одна площадка появилась на капоте, отверстия под болты тоже прикрывали пластиковые заглушки в цвет корпуса.

Работа у механиков заняла полдня, поэтому выехали из города мы уже сильно после обеда, ни о каких полноценных съемках и речи не шло. Впрочем, большую сцену мы и не планировали.

По сюжету злодей выкрал Сару ночью после концерта, но снимать ночью — дело гиблое, у нас нет для этого нормальной техники и специалистов. Так что мы поступили иначе: дописали сценарий так, что герой должен гнаться за похитителем до наступления утра — Мартин очень хотел, чтобы развязка с победой добра над злом произошла на рассвете, он прямо-таки грезил этой идеей. Мы сильно ограничивали временные окна для съемок своих финальных эпизодов, но режиссер был неумолим.

— Мы же снимем финал в Дейтоне. Там пляж, который смотрит на восток. Представь, как это круто будет, когда ты спасешь Розу, ну точнее Сару, на рассвете, когда солнце будет подниматься над океаном? Если даже «Турне» будет проходным, эту сцену запомнят надолго…

— Да? И сколько мы будем снимать ее, пока не получим нужный результат? Неделю, две недели? Месяц? Нам придется каждый день ждать волшебный час. У нас нет столько времени, мы ограничены нашими музыкантами, у них график.

— Снимем нужные сцены с Розой, а там они пусть дальше едут. А мы останемся и сделаем то, что нужно.

Я хотел поехать с Розой в Майами. Мартин заметил волнение на моем лице.

— Тебе что, подружка важнее искусства?

— Эй, полегче. Я еще ничего даже не сказал. Ты, наверное, прав. Сцена с рассветом и правда звучит классно…

Мы решили снять большой эпизод, в котором герой преследует злодея всю ночь и нагоняет его на рассвете на пляже. Идея с пляжем мне на ум пришла сама собой, я даже не сразу понял, что на эту мысль меня натолкнул просмотренный давным-давно «На гребне волны».

Нам требовался еще один оператор для финальных эпизодов. Эту работу Мартин думал поначалу доверить Кристоферу, но передумал — требовались слишком уж специфические навыки, вроде умения настраивать фокус. И хотя Мартин дал Крису несколько уроков (тот очень просил), парень все равно бы не справился.

Поэтому мы поехали искать нового оператора. Мне эта идея не нравилась — я не верил, что мы найдем хоть кого-то, и ругал Мартина за безалаберность. Он почти ничего не планировал заранее.

Пока рабочие мастерили платформу для камеры, мы съездили на местный телеканал, зашли в офис и попросили о встрече с операторами. Нам повезло. Один из них, как оказалось, был в отпуске — он согласился потратить свои выходные на нашем фильме, само собой, не бесплатно. Звали его Томасом Мором или просто Томом. Ему мы выдали вторую свободную камеру.

С наступлением сумерек начались съемки. Выставили одну камеру на бампер, Тома посадили в тачку злодея, а в мою машину сел Мартин.

— Будешь снимать, как актер оборачивается, смотрит в зеркало, давит на педали и все такое. — Давал напутствия новому оператору Мартин. — Справишься?

— Я однажды снимал тайфун для блока новостей. Так что с такой ерундой уж справлюсь как-нибудь.

— Да, но это кино, а не телевидение.

— Вы, киношники, слишком большого мнения о себе. На телеке операторы тоже не пальцем деланные. Не боись.

Шериф города дал нам разрешение на съемки незадолго до их начала, он прислал своего заместителя, худощавого зрелого мужчину с грустными глазами. Коп носил шляпу, которая была ему велика. С парочкой своих коллег он перегородил улицу на выезде из города для нашего эпизода. За согласование шериф денег не потребовал — но заплатить ему все равно пришлось, чтобы оплатить время полицейских.