Ночь ужаса (СИ), стр. 172
Внезапно он был очень, очень зол.
Он был просто в ярости.
Санни был в ярости на весь мир, но поскольку злобный гремлин был единственным существом рядом с ним, ему пришлось стать единственным объектом его гнева.
«Иди сюда, гаденыш…»
К счастью, тощая мерзость не была Голиафом. Костяное Плетение, может быть, и сдалось бы под титаническим ударом каменной ноги великана, но оно не поддалось неоправданно острым зубам Падальщиков. Поэтому Санни сохранил палец, несмотря на то, что он был жестоко изувечен.
Не обращая внимания на боль, он схватил ненавистного гремлина за морду и изо всех сил вдавил большой палец левой руки в глаз твари.
Это, по крайней мере, вызвало реакцию.
Падальщик в шоке отшатнулся… и хоть на мгновение, но его хватка на шее Санни ослабла.
Только этого ему и не хватало.
Сдвинувшись под мерзостью, Санни успел согнуть колено, вставить его между их телами, а затем отбросить ублюдка. Прожорливый гоблин, может быть, и был гораздо сильнее, чем ему полагалось быть, но все же он был сравнительно легким. Его тощее тело отлетело в сторону, приземлившись на каменный берег.
«Куда это ты собрался… Я ещё не закончил с тобой, чертов паразит…»
Поднявшись из воды, Санни хрипло вдохнул и уставился на Падальщика налитыми кровью убийственными глазами.
— Нападай…
Злобная тварь с радостью подчинилась. Он вскочил на ноги и бросился вперед, но тут же споткнулся и с растерянным видом схватился за живот.
Санни усмехнулся.
— Что, у тебя заболел живот?
Скорее всего, это было Плетение Крови.
Кровь Санни была не очень ядовитой, но имела неприятную склонность возвращаться к своему источнику, когда её отделяли от него. Таким образом, проглотить кусок его плоти было всё равно что проглотить горсть металлических опилок, а затем встать перед мощным магнитом.
Этот ублюдок должен был испытывать боль…
«Нет… пока нет…»
Санни бросился к мерзкому гоблину и, воспользовавшись минутной паузой в их сражении, переключил зрение и заглянул в душу врага. То, что он увидел, удивило его.
Падальщик, начинавший как крошечная мелюзга, вырос во много раз не только физически, но и духовно. Судя по отвратительной тьме, распространявшейся в его душе, он был уже Падшим Демоном… Санни был уверен, что та жалкая мерзость, которую он не смог убить возле ЛО49, была и Рангом, и Классом ниже, так что это было немного удивительно.
«Ну, неважно. Он всё равно умрет…»
Они столкнулись у кромки воды. Падальщик был силен, быстр и злобен, но Санни был усилен четырьмя тенями.
К сожалению, усиление теней не было фиксированным, вместо этого они усиливали его собственное физическое состояние. А поскольку его физическое состояние находилось на самом дне, Санни было ещё далеко до пика своих возможностей. Слабость, умноженная на пять, могла превратиться в некую силу, но не в ту, к которой он привык.
И всё же… он был и крупнее, и сильнее одичавшего гремлина, хотя разрыв был не так велик, как предполагалось. У существа было лишь небольшое преимущество в скорости.
Желая раздавить ублюдка собственными руками, Санни попытался схватить Падальщика и повалить его на землю, но ненавистная тварь в последний момент успела выскользнуть из его хватки и, взмахнув искалеченной рукой, нанесла злобный удар прямо в раненый бок Санни.
От взрыва боли в его глазах появились искры. Из-под острых зубов мерзкой твари вырвался странный хриплый звук, похожий на… на хриплый смех.
— Ах ты, гаденыш!
Шипя, Санни поймал руку мерзкого существа и вывернул её. Знакомый звук ломающихся костей вызвал на его лице улыбку, но через мгновение она сменилась болезненной гримасой. Не теряя ни секунды после того, как ему сломали руку, Падальщик впился зубами в предплечье Санни, отчего на камни брызнула кровь, а в организм попало ещё больше яда.
— Черт побери!
В ярости Санни ударил тощего изверга по голове, отчего тот отлетел в сторону. Ещё до того, как мерзость приземлилась, он уже приближался к ней, готовый уничтожить маленького ублюдка.
Однако…
Падальщик случайно упал на очень удачное место на каменном берегу. Его искалеченная рука оказалась в считанных сантиметрах от рукояти Греха Утешения, который всё ещё валялся на мокрых камнях.
Знакомый голос холодно рассмеялся.
— Ну, ты только посмотри на это. Какой поворот событий…
Не успел Санни добежать до злобного гоблина, как тот поспешно протянул руку вперед, выхватил проклятый меч и с силой замахнулся им в сторону Санни.
Глава 958
Серия Неудачных Событий
Санни был слишком близко, чтобы увернуться от внезапного удара, а Падальщик был слишком быстр, чтобы позволить ему это сделать. Несмотря на то, что Грех Утешения был длиннее, чем всё его тело, маленький изверг успел взмахнуть им достаточно быстро, чтобы у противника не осталось времени на отступление.
«Что… за…»
Зная, что нефритовый клинок легко разрубит его пополам или, по крайней мере, нанесет страшную рану, Санни уставился на смертоносное белое пятно, приближающееся к его туловищу. Время, казалось, замедлилось.
«Это что, шутка?»
Ничего не предпринимая, он просто отозвал Грех Утешения. Вместо смертоносного прикосновения идеального нефрита его кожу омыла россыпь белых искр.
Гремлин растерянно моргнул, а затем неловко сжал кулаки, словно пытаясь понять, куда делся меч, который он только что держал в руках. В следующее мгновение Санни ударил его ногой в грудь, отчего мерзость снова взлетела в воздух. Судя по приятному хрусту, костяная броня на груди Падальщика была сломана, и, скорее всего, несколько ребер тоже.
…Самое интересное, что проклятый меч наконец-то замолчал.
Раненый изверг отскочил от камней, прокатился несколько метров, а затем вскочил на ноги. Он не выглядел слишком раненым, чтобы не продолжать бой, и более чем был готов к нему. Однако выражение его лица было слегка болезненным, и прежде чем что-то предпринять, гремлин несколько раз ударил себя по голове.
Санни улыбнулся.
Похоже, назойливые шепотки подействовали и на разум Падальщика.
Теперь оставалось только прикончить маленькую угрозу. Желательно, не теряя больше кусков плоти и не отравляясь ещё сильнее…
Санни только начал обдумывать, как лучше и больнее всего убить Падальщика, но в этот момент до его слуха донесся прекрасный звук.
Это был звон адамантовых копыт, который приближался к ним откуда-то издалека.
На его лице появилась мерзкая ухмылка.
— Ну вот, теперь тебе конец, ублюдок…
Кошмар уничтожил своих врагов и возвращался, чтобы помочь своему хозяину.
Падальщик, похоже, тоже понял смысл звона. Он замешкался, глядя на Санни с выражением лютой ненависти.
«Пора умирать.»
…И тут что-то изменилось. Выражение уродливой мордочки злобного гремлина изменилось, превратившись в выражение неописуемого страха. Пошевелив головой, маленький изверг уставился на что-то за спиной Санни. Но там ничего не было… за исключением океана.
Санни захотелось рассмеяться.
«Неужели этот кретин думает, что я попадусь на эту старую уловку? Я её и придумал, придурок!»
Но опять же… сегодня Санни уже не раз пренебрегал тем, чтобы оглянуться назад. Это и привело его к нынешнему плачевному состоянию.
Внезапно по его позвоночнику пробежал холодок.
Все четыре тени обвились вокруг его тела, и Санни не мог видеть, что происходит позади него. Стиснув зубы и зная, что пожалеет об этом, он мельком взглянул на темную поверхность воды.
Океан был таким же, как и минуту назад, и никакой ужас не надвигался на него из холодных волн.
«…Нет, нет, нет!»
Когда он повернулся обратно, Падальщик уже исчез.
Санни не знал, куда исчез этот маленький ублюдок, но он не видел никаких его следов. Как будто Падальщика здесь вообще не было.
На лице Санни появилось ошеломленное выражение.
— Неужели… он на самом деле… ускользнул от меня? Опять⁈