Под маской. Моя автобиография, стр. 21

Но окружающим я не собирался этого показывать, особенно на пресс-конференции в Лондоне, которая состоялась за месяц до боя. По системе pay-per-view его собиралась транслировать компания Sky Box Office, а в Штатах — крупный кабельный канал HBO, так что пресса вовсю раскручивала это событие. Я не собирался упускать такой шанс, поэтому прибыл на пресс-конференцию с шиком — в желтом Lamborghini, одетый в костюм Бэтмена.

Пресс-конференцию вел Адам Смит, который отвечал на телеканале Sky за бокс, и он был в восторге от моего выхода, как и журналисты, набившиеся в комнату. Заиграла музыкальная тема Бэтмена, я начал дурачиться и бегать по залу, а потом перепрыгнул через стол, чтобы отделать злейшего врага Бэтмена — Джокера. В команде Кличко не понимали, что происходит, но если они и приняли меня за шутника, то скоро я объяснил, что в Германии все будет серьезно. Переодевшись в деловой костюм, я встал и смерил Кличко взглядом, а потом сказал, что подходит конец его господству. Пускай во время тренировок я был не на высоте и последний год находился не в лучшем психическом состоянии, я все равно собирался его деморализовать и показать, что не буду расклеиваться, как многие из его оппонентов.

«Ты победил многих простаков, но еще никогда не встречался с Цыганским Королем, так что готовься к нокауту!» — кричал я в его сторону. Я отобрал у Адама Смита функции ведущего и выбирал, кто из журналистов будет задавать вопрос, показывая пальцем. Когда один из них решил адресовать вопрос Кличко, я тут же ответил: «Следующий вопрос!» Кличко был чемпионом мира, но эту пресс-конференцию я превратил в Шоу Тайсона Фьюри. В какой-то момент я предложил Пэрис задать вопрос, и она спросила:

— Насколько сильно ты меня любишь?

Конечно же я ответил:

— Сильнее всего на свете.

Кличко привык, что большинство соперников ведут себя сдержанно и проявляют уважение, поэтому теперь он растерянно наблюдал, пока я был в центре внимания. Когда пришла его очередь говорить, он так долго бубнил о чем-то, что меня это достало, и я предложил драться прямо здесь и сейчас.

— Я приехал в костюме супергероя, но у тебя, похоже, своя суперсила — ты можешь утомить до смерти, — подколол я Кличко, когда он настаивал, что останется чемпионом после нашей встречи.

— Обычно я тренируюсь три раза в день, но теперь увеличил количество тренировок до четырех. Обычно я спаррингую 110, 120 раундов, но для этой схватки я спарринговал 200 раундов, — сказал Кличко, не потерпевший ни одного поражения за девять лет.

Словесная война продолжилась, когда мы встретились в программе The Gloves are Off телеканала Sky, где я объяснил ему, почему он проиграет — мои скорость и ловкость не оставят ему шансов. Я знал: так бы оно и произошло, будь я в хорошей форме, но до боя оставалось четыре недели, и я волновался, что мне может не хватить сил подкрепить слова делом. И все же я понял, что психологически он у меня на крючке, когда он стал отрицать, что я последним вышел из сауны в Австрии пять лет назад.

В своей книге «Искусство войны» знаменитый китайский стратег Сунь-цзы писал, что любая война — это путь обмана, так что этим я и занимался вплоть до самого поединка. Я знал, что Кличко будет драться не с самой сильной версией Тайсона Фьюри, но важнее всего то, что сам Кличко этого не знал, потому что всем вокруг я рассказывал, что нахожусь на пике формы.

В итоге, бой перенесли на месяц из-за того, что Кличко получил травму, что сыграло мне на руку, хотя даже после этого я не был в той форме, в которой хотел бы быть. Но, так или иначе, у меня было гораздо больше сил, и, выходя на ринг, я действительно всегда считаю себя непобедимым. Во время боя я предвижу события до того, как они произойдут, такова моя врожденная способность, возможно, это у меня в генах — позже я узнал, что бабушка Пейшенс порой предсказывала будущее.

Но, как я уже писал в этой книге, я побил Кличко, потому что Бог дал мне на это силы. Никаким другим способом победить я не мог. Как только начался бой, меня охватило чувство, что это мой вечер, что все в моих руках. Конечно же, мне нельзя было расслабляться — я знал, что Кличко не зря называют Доктор стальной молот. Достаточно потерять бдительность, и он уложит тебя спать — причем как на пресс-конференции, так и на ринге.

По ходу схватки мне удавалось добиться того, что многие считали невозможным, но я не мог остановиться на достигнутом вплоть до последнего двенадцатого раунда. Когда я готовился провести на ринге последние три минуты, я знал, что близок к исполнению моей мечты, и сказал себе: «Только не упусти свое». В этом последнем раунде мне прилетело больше мощных ударов, чем в предыдущих 11 вместе взятых. Я должен был выстоять, чтобы забрать его пояс, и тут он попал правой четко мне в челюсть, тем самым ударом, который в прошлом похоронил не одного его соперника. Но я просто посмотрел на него и рассмеялся. Я не знаю, что это было, если не божественное вмешательство.

Я принял каждый его сильный удар, для него это, наверное, было просто удручающе. Но я получил урон не страшнее, чем во время спарринга, поэтому я и считаю, что меня в тот вечер хранила Десница Божия. Я предупреждал, что после этого боя старая гвардия отправится на покой и начнется новая эпоха — так оно и произошло.

Я покорил свой Эверест, но, вернувшись в раздевалку после боя, после того, как выветрились первоначальное потрясение и восторг от пребывания на ринге и победы, я не испытывал никаких сильных чувств и эмоций. Тогда я не осознавал, что произошло, и, быть может, до сих пор не осознал.

Вокруг были моя семья и близкие друзья, это были особенные мгновения, потому что мы так долго ждали этого момента. Помню, как пошел сдать тест на допинг и ощутил ужасную боль в ногах. Оказывается, я натер жуткие мозоли из-за того, что очень много двигался во время боя, перемещался и крутился, чтобы запутать Кличко, как я ему и обещал.

«У меня не получилось нанести столько точных ударов, сколько я хотел. Тайсон быстро работал руками и уклонялся, поэтому мне не удавалось попасть», — со вздохом говорил Кличко во время послематчевой пресс-конференции. Но, хоть я и стал чемпионом, выглядел я, наверное, таким же разбитым, как и он, потому что я уже чувствовал приближение депрессии, как ранние подземные толчки, сигнализирующие о скором землетрясении. Я должен был чувствовать себя властелином мира, и час назад, обнимая Пэрис на ринге, я так себя и чувствовал. Но теперь мое настроение стремительно менялось, несмотря на то что окружающие вовсю радовались исполнению моей мечты.

Один момент отложился у меня в памяти — когда я увидел Мика Хеннесси в два часа ночи. Наша с Миком история чем-то напоминала фильм с Томом Крузом «Джерри Магуайер», в котором Джерри и его клиент Род Тидвелл, которого играл Кьюба Гудинг-младший, добиваются успеха в Национальной футбольной лиге в тот момент, когда уже никто в них не верит. Я знал, что моя победа в бою за титул чемпиона в тяжелом весе много значила для Мика, для него это был не просто бизнес — он даже расплакался от радости. Но я запомнил, как той ночью до слез хохотал. Дело в том, что когда выигрываешь титул, тебе не дают сразу забрать пояс, который одевают на тебя в ринге, он все еще принадлежит другому бойцу; приходится ждать, пояс (или пояса, как в нашем случае) тебе пришлют позже. Но мы об этом не знали. Мы думали, что пояса можно забрать — так мы и сделали. Я довольно рано отправился спать в тот вечер, но заснуть не смог — кто-то распевал песни в коридоре. Когда я выглянул за дверь, то увидел Мика в трусах, он подпрыгивал в воздух и танцевал, обвешанный поясами! Прекрасное завершение истории Джерри Магуайера.

На следующее утро я проснулся слегка дезориентированным и сначала думал, а не приснилась ли мне победа над Владимиром Кличко? Но это была правда, как и то, что за день до боя Пэрис сообщила мне о беременности после двух лет попыток завести еще одного ребенка. Мы были счастливы, и, само собой, она не могла лететь домой на самолете. Так что вместо полета в бизнес-классе, как подобает новому чемпиону мира в тяжелом весе, мы поехали в Роттердам на машине моего друга Дейва, а там сели на ночной паром до Англии. Я неплохо выпил с фанатами, которые возвращались из Дюссельдорфа. Они не ожидали увидеть нового чемпиона на пароме, но я не страдаю тщеславием и всегда буду таким же парнем, каким и был. Мы спели пару песен и хорошо покутили. Я очень благодарен всем болельщикам, которые поехали в Германию и верили, что мне удастся побить Кличко у него дома, несмотря на то что многие считали это невозможным.