Свыше (ЛП), стр. 69

— Вот так, кончай для меня, — потребовал он, сделав еще три движения пальцами, прежде чем встать и почти сорвать с себя одежду. Через мгновение он был голым, его рыжеватая кожа была покрыта черным. Член был твердым и гордым, с тонкими и замысловатыми завитками.

Бесцеремонно он сел на кровать, приподнял мой торс, поднял бедра, а затем толкнул меня на себя. Он наполнял меня, поглощал меня, пожирал. Каждый его толчок был сильным и точным, его руки поднимали и тянули меня так, чтобы я встретила его лицом к лицу. От наших стен отдавались возмутительные влажные звуки, какой-то животный оттенок, от которого у меня кружилась голова.

— Скажи, что любишь меня, — снова потребовал он, его гнев нарастал от моего отказа. Оскалив зубы, он схватил меня за шею и повалил на спину, лицо было всего в нескольких сантиметрах от моего, пока он продолжал трахать меня так сильно, что кровать заскрипела в знак протеста. — Скажи это сейчас, детка. Скажи, что любишь меня.

Что-то нарастало внутри меня, чувство, совсем не похожее на оргазм. Чувство, которое пугало меня.

— Сейчас, Нова! — крикнул он.

— Я люблю тебя! — наконец закричала в ответ, чувствуя головокружение, когда меня накрыл еще один оргазм, словно обрушивающиеся волны, идеально и ужасно сочетаясь с его собственным, когда он вытащил свой член из меня и позволил своей сперме разлиться по моей коже.

Наше дыхание было тяжелым, его улыбка противоречила моему хмурому выражению лица.

— Я тоже люблю тебя, Супернова. Я буду так хорошо о тебе заботиться.

В ту ночь пришли разведчики, и каждый из курсантов выглядел изможденным, входя в тренировочный центр. Остальные стояли по стойке смирно, высоко подняв головы, ожидая их заключительного отчета.

— Курсант Элдерс, доложите о своих находках, — прогремела капитан Зейд.

Элдерс Куинн шагнул вперед, его лицо было невозмутимым.

— У жителей планеты 934 нет магии. Они не обладают знаниями или ресурсами, которые могли бы принести нам пользу. Ни один аспект планеты не представляет никаких возможностей для Даджахима.

Мое тело замерло, разум метался на мили и мили вперед.

Нет магии, нет ресурсов, нет необходимости. Пощадили бы мы их тогда, теперь, когда точно знали, что они нам не нужны? Это был разумный выбор.

— Курсанты! — крикнул генерал Альтаир со своего места рядом с капитаном Зейд. Мы все приготовились, с нетерпением ожидая, что он скажет. — Готовы ли вы принять звёзды любой ценой?

— Сэр, да, сэр! — прокричали мы в ответ.

— А что, если цена — ваши моральные принципы? Ваша воля? Ваша душа? — спросил он, подойдя и встав перед нашей группой. — Вы заплатите за это?

Мы были так далеки от разумности и справедливости.

— Сэр, да, сэр! — закричали мы в ответ.

Меня охватило неприятное чувство, желудок скрутило. Возможно, сегодня я раз и навсегда попрощаюсь со своей человечностью.

Глава 37

Азазель

«Тэлон со мной не разговаривает. Не знаю, почему он злится, но Отец говорит, что мне нужно перестать заботиться обо всех остальных и сосредоточиться на добыче звёзд. Я понимаю, что должен его послушать, но не могу отделаться от чувства предательства. Боли. Недостойности».

— Из дневника Азазеля Альтаира, 9281 год ПЗ

Весь вечер мы готовились к нашему перемещению в тени на планету 934, останавливаясь лишь для того, чтобы выспаться и быть готовыми к действию. С рассветом мы были готовы.

Каждый стажер должен был стать основной линией обороны своего подразделения, полностью руководя миссией. Я усердно работал над планированием мест начала наших атак, в основном сосредоточившись на их военной мощи. Этот мир был странен в своем решении иметь отдельные армии даже внутри отдельных стран. Это ослабляло их, хотя и рассортировало нас по силам.

Хотя это было непросто, я был достаточно уверен, что это будет легко. На нашей был элемент неожиданности, и мы были гораздо лучше подготовлены к бою.

— Мы будем перемещаться в тени в заранее определенных отрядах, — приказал я, указывая на карту планеты, которую держал один из картографов. — Каждый курсант-стратег возглавит группу, а курсанты-бойцы и элита двух дивизий, последуют за ним. Мы будем двигаться плавно и без колебаний, что позволит взять ситуацию под контроль без человеческих жертв. Четкого пути к этому нет. Хоть мы и провели тренировки, вероятность того, что вы будете полагаться на инстинкт, гораздо выше. Будьте умны, бдительны и быстры.

Все кивнули, не отрывая от меня взгляда. Было приятно стоять перед ними, руководя, как мне и было предначертано. Где-то сзади откашлялись, требуя моего внимания. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, кто это.

— Убедитесь, что вы все готовы, — с этими словами я махнул им рукой, повернулся направо и стал ждать, пока подойдет Отец. Его взгляд был прикован ко мне, светлые волосы зачесаны назад, на нем была черная кожаная одежда. У него не было оружия, и он не носил маску. Тогда он не был бы генералом.

— Сынок, — ответил он, официально подтверждая мое присутствие. Я кивнул, выпрямившись и ожидая его требований или приказов. Так было всегда. — Следуй за мной.

Отец редко обнимал меня. Даже в детстве я никогда не казался достойным любви. Однако он нарушил эту традицию, обняв меня за плечи и тихо заговорив.

— Пришло время ахаты умереть, Азазель.

Я не смел смотреть на него, не желая показывать удивление, вызванное его шипящими словами.

— Думал, мы подождем до окончания учебы? Разве это сейчас не помешает нам?

— Мне уже все равно. Если мусор сам себя не выносит, тогда делай это сам, — усмехнулся он. Как бы мне хотелось понять, что она сделала, чтобы довести его до такого состояния. Мы оба знали, что она будет инструментом, который был нужен нам, а не кому-то другому. — Нова Тершетта ни за что не должна вернуться в Даджахим. Ни при каких обстоятельствах. Она ни в коем случае не должна пережить эту миссию.

Кивнув, я пробормотал:

— Да, отец.

— Хорошо, — с этими словами он ушел, даже не потрудившись пожелать удачи или попрощаться.

Фыркнув, я практически затопал к Кэлу и Прие. И кто же меня перехватил, как не сам этот ублюдок ахаты. Тот, кто привлек к себе столько внимания. Кто сделал это моей проблемой. Кто сделал её моей проблемой.

Мои кулаки были сжаты, кульминация раздражения, замешательства и ярости, вызванной старым лучшим другом.

— Что тебе нужно, Тэлон?

— Я видел тебя с твоим отцом, — прошипел он. — Что вы двое замышляете?

— Это не твое дело, — махнул ему рукой, пытаясь отдалиться, прежде чем совершить что-нибудь действительно глупое. — Я же не спрашиваю тебя, что вы с отцом замышляете за спинами моей семьи.

— Да, ну, похоже, что твоя связь с моей матерью, — его палец прижался к моей груди, отчего каждое слово ощущалось как удар жгучей магии в мое сердце, — даст тебе много информации об этой чуши.

— Ты понятия не имеешь, о чем говоришь, — я приходил в ярость с каждой секундой, требования отца и обвинения Тэлона толкали меня к краю, с которого я не был уверен, что смогу отступить.

— Разве?

— Нет, не знаешь. Если бы знал, чувствовал бы себя сейчас чертовски глупо.

— В любом случае, мне это больше не важно, — огрызнулся Тэлон. Я чувствовал на себе взгляды окружающих, стыд исчез вместе с моим терпением. — Для меня важна Нова и её безопасность. Так что же ты планируешь?

— Повторюсь, это не твое дело.

— Она — моё дело! Теперь она для меня всё!

— И почему это, Тэлон? — настаивал я, осмеливаясь его упрекнуть. — Почему она для тебя всё? Ты никогда не проявлял столько интереса ни к кому из тех, с кем встречался или с кем переспал. Что в ней такого?

— Не притворяйся, что ты тоже этого не чувствуешь! — он начинал паниковать, его крики эхом разносились по всему дому. — Я знаю, что чувствуешь. Вижу это по тому, как ты на неё смотришь. Вот почему тебе нужно держаться от неё подальше!