Свыше (ЛП), стр. 32

Сегодня я видел Аза. Звёзды, он меня бесит. Обожает изображать из себя короля, но мы все знаем, что вся его семья — позор. Теперь, когда у меня есть тени, я могу работать над получением звёзд. Тогда Альтаиры окончательно рухнут с того нелепого пьедестала, на который сами себя возвели.

А до тех пор мне придётся просто показать ему, что он ничем не лучше меня.

Мама очень помогает. В этом году она дала мне кучу информации об академии. Серый этап будет достаточно лёгким, но, думаю, с чёрным у меня будут проблемы. Пугают те психологические уловки, которые они планируют нам устроить. Я уже однажды пережил свои самые большие страхи — не хочу делать это каждый день в течение месяца. А если отец увидит, что я отстаю, то прошлое лето покажется ему игрой по сравнению с этим.

Единственный плюс — если я буду испытывать трудности, то Аз едва выживет. Все знают, каково это — жить в замке Альтаир. Никто не выходит из него невредимым.

С трудом возвращаясь в настоящее, я быстро моргнула, зелень вокруг нас слилась с окружающей меня природой. Мои глаза встретились с его, и я почувствовала невероятную доброту, осознавая, как предала его, копаясь в его вещах. Не то чтобы я жалела, что прочитала это, ведь во многом открыло мне глаза. Самое важное, что поняла, это то, что весь наш класс стажеров будет в равных условиях на этапе черной фазы.

— Не знаю, трудно позволить кому-то другому помочь мне. Но я хочу попробовать. Расскажи, что ты знаешь о черной фазе? — спросила я. Глаза Тэлона расширились, рот приоткрылся. Несколько секунд он просто смотрел на меня, его взгляд был тяжелым и пугающим. Но затем, словно вернувшись к себе, он улыбнулся мне, положил руку мне на поясницу, подвел к дереву, а затем плюхнулся на землю и потянул меня к себе.

— С удовольствием, Супернова.

Сон медленно находил меня в ночь перед финалом серой фазы.

Прия Отарн и еще одна стажерка по имени Жанетт Роден надрали мне задницу на наших боевых тренировках. Ни у кого из них не было никаких особых правил, кроме остановки, когда кто-то уступал, и это была единственная причина, по которой меня не было в лазарете. Отарн, вероятно, могла бы убить меня, если захотела. Она была смертельно опасна, и это пугало меня больше, чем мне хотелось признать.

Однако не боль дня не давала мне уснуть. Я давно изучила элементарные медицинские тексты, которые помогли мне понять человеческое тело настолько, чтобы исцелить себя на поверхностном уровне. Наши системы были сложными, но для нескольких синяков было легко.

Что действительно не давало мне спать, так это мысль о том, что должно было произойти. Тэлон объяснил мне, что черная фаза включала не только уроки истории и больше времени с капитанами наших дивизий, но также сосредоточивалась на психологических пытках. Они будут полны решимости разбить каждого из нас хотя бы один раз. По сути, наша цель была не сломаться, а если и сломались, то быстро восстановиться. Технологии будут использоваться для моделирования сценариев, которые должны были нас напугать, и большую часть месяца мы будем пытаться определить, что реально, а что нет.

Только тот факт, что я была в относительно равных условиях с остальными, заставлял меня чувствовать себя хоть немного лучше. Знание того, что должно было произойти, не обязательно бы помогло кому-либо из нас. Нам всем придется столкнуться с этим следующим этапом лицом к лицу, не имея никаких преимуществ.

К тому времени, когда я, наконец, сдалась и вытащила из сумки пузырек тоника от бессонницы, до восхода солнца оставалось всего несколько часов. Я также постаралась взять тоник, который мама приготовила для меня, чтобы остановить мой месячный цикл, и сначала вернула его обратно. Колокольня в центре академии прозвенела трижды, когда я влила в рот жидкость с привкусом шалфея. Через несколько мгновений я наконец погрузилась в сон без сновидений.

Казалось, всего несколько секунд спустя я резко проснулась: блаженная тьма сменилась розово-фиолетовым светом наступающего рассвета. Надо мной маячили две фигуры в масках и плащах. Был ли это кошмар?

— Хватай ее! — крикнул один из них, другой быстро схватил меня за кудри и потянул. Я кричала, пытаясь ухватиться за корни и не дать им полностью вырвать мои волосы. Те, кто кричал, схватили меня за лодыжки, помогая подняться с кровати. Я сопротивлялась, пиная и раскачиваясь; мое тело извивалось.

— Она сильнее, чем кажется, — фыркнул второй. Обе женщины. Первая подозрительно напоминала Отарн с ее шипением и превосходством, но я не могла сказать наверняка. Все, что я знала, это то, что кто бы это ни были, я умру, если не освобожусь.

Глупый, нелепый выбор — выпить это проклятое зелье!

— Ударь ее или что-нибудь в этом роде!

Меня сильно ударили в висок — зрение двоилось и размывалось. И на секунду-две я обмякла в их объятиях — меня охватила тошнота.

— У нас мало времени, давай просто выбросим ее в окно и покончим с этим.

Да, я была почти уверена, что это голос Отарн. Тот, кто держал мои волосы, отпустил их, мои плечи полетели к земле и ударились с грохотом. Как только она схватила меня за руки, они снова начали двигаться, небрежно неся меня.

Была ли смерть рядом? Был ли это конец? Какой жалкий путь.

Мои кудри запутались в гвозде, слегка торчавшем из деревянного пола, и острая боль внезапно привлекла внимание к моему кружащемуся разуму.

Я не умру сегодня.

Я размахнулась, поймав голень того, кто держал меня за плечо. Она отпустила его с яростным воплем боли. Не желая упускать возможность, я ткнула ногой в живот другой, заставив ее опрокинуться. У меня было всего лишь мгновение, чтобы заметить, что ни один из моих соседей по комнате не был в своих кроватях, прежде чем я промчалась мимо пары фигур в масках и вырвалась сквозь дверь. Свернула направо, молясь звездам, чтобы все дополнительные тренировки с Тэлоном помогли мне идти дальше.

Тэлон!

Лестница была моим единственным вариантом, поскольку хождение в тенях было опасно, если ты ранен или пьян — не говоря уже о том и другом одновременно. Я направилась к ней, сердце бешено колотилось, а в ушах позади слышались тяжелые шаги. Впереди маячила дверь на лестницу, и я заставила себя бежать быстрее. Я врезалась в нее на полной скорости, распахнула и стала бежать по ступенькам по две за раз. Без еды в желудке я уже чувствовала приближение судорог, когда поднималась по первому пролету. За моей спиной нападавшие распахнули дверь, и она с грохотом ударилась о кирпичную стену.

Быстрее, я должна была бежать быстрее.

Бежала все выше и выше, поворот за поворотом, ступенька за ступенькой. Дыхание стало тяжелым, словно хриплым. Позади меня обрушивались потоки атакующей магии, заставляя меня уворачиваться и пригибаться. Я выпустила в ответ поток теней, пытаясь заставить тьму поразить их, несмотря на затуманенное сознание. Когда облако накрыло их, крики боли были громкими. Они продолжали идти, оглянувшись, я увидела, что оба истекают кровью сквозь разрывы на кожаной одежде, но всё ещё быстро приближаются.

Я работала в десять раз усерднее, чем они, и это замедляло мои ноги, судороги были настолько сильными, что мне хотелось плакать. Ещё один этаж. Всего один.

— Не дай ей добраться до Тэлона! — практически прорычала одна из них, когда я приблизилась к последним ступенькам. Даже когда ворвалась в дверь, силой воли заставила её запереться и побежала по коридору, я знала, что, вероятно, не успею. Привлечение внимания Тэлона означало бы драгоценные мгновения, которых у меня и так не было.

— Я не могу ходить в тенях с такой ногой! — закричала другая, врываясь в дверь. Нас таких двое.

— Тэлон! — крикнула я, надеясь выгнать его из комнаты. Меня ударили в спину, магия зашипела на моей коже. Что бы это ни было, этого было недостаточно, чтобы остановить мой бег. Но это несколько замедляло, боль была невыносимой. — Тэлон, пожалуйста!