Игра престолов, стр. 17

– Суровая жертва, – согласился мейстер Лювин. – Но суровы и времена, милорд. Его путь не тяжелее вашего и вашей госпожи.

Кейтилин подумала о тех детях, которых ей предстоит потерять. Смолчать было нелегко.

Нед отвернулся от них и поглядел в окно. Он молчал, и его длинное лицо было задумчиво. Наконец он вздохнул и повернулся обратно.

– Ну, хорошо, – обратился он к мейстеру Лювину. – Наверное, так будет лучше. Я переговорю с Беном.

– А когда мы скажем Джону? – спросил мейстер.

– Когда потребуется. Пока нужно сделать приготовления. Возможно, пройдет пара недель, прежде чем мы сумеем подготовиться к дороге. Пусть Джон порадуется этим последним дням. Лето скоро закончится, а с ним и его детство. Когда придет время, я сам скажу ему.

Арья

Стежки под рукой Арьи вновь вышли кривыми.

Бросив на них хмурый и недовольный взгляд, она взглянула туда, где ее сестра Санса сидела среди прочих девочек. Санса великолепно владела иглой. Так говорили все. «Шитье Сансы столь же красиво, как и она сама, – сказала однажды септа Мордейн их леди-матери. – У нее такие изящные, нежные руки». А когда леди Кейтилин спросила об Арье, септа фыркнула: «А у Арьи руки кузнеца».

Арья украдкой посмотрела в противоположный конец комнаты, опасаясь, что септа Мордейн могла прочесть ее мысли, но септа не уделяла ей сегодня внимания. Она сидела возле принцессы Мирцеллы – сама улыбчивость и восхищение. Септам нечасто удается поучить женскому делу принцесс королевской крови, сказала она, когда королева привела к ним Мирцеллу. На взгляд Арьи, стежки принцессы тоже казались чуточку кривоватыми, но по воркованию септы Мордейн этого никак нельзя было определить. Арья вновь оглядела собственную работу, пытаясь найти способ исправить ее, а потом вздохнула, опустила иглу и мрачно уставилась на сестру. Санса весело трещала за работой. Бет Кассель, дочка сира Родрика, сидела возле ее ног, прислушиваясь к каждому слову, Джейн Пуль, склонившись, что-то шептала ей на ухо.

– О чем вы говорите? – вдруг спросила Арья.

Джейн удивленно поглядела на нее и хихикнула. Санса смутилась. Бет покраснела. Никто не ответил.

– Скажите же, – проговорила Арья.

Джейн оглянулась, чтобы убедиться в том, что септа Мордейн не слушает. Мирцелла как раз что-то сказала, и септа рассмеялась вместе со всеми остальными дамами.

– Мы говорили о принце, – ответила Санса голосом нежным, как поцелуй.

Арья знала, о каком из принцев шла речь: конечно же, о Джоффри, высоком и красивом. Санса сидела рядом с ним на пиру. Арье же пришлось сидеть с маленьким и толстым. Вполне естественно.

– Принцу Джоффри нравится твоя сестра, – прошептала Джейн с гордостью, словно это как-то ее касалось. Она была дочерью управляющего Винтерфелла и самой близкой подругой Сансы. – Он сказал ей, что она прекрасна.

– Он собирается жениться на ней, – мечтательно проговорила кроха Бет, обхватив себя руками. – Тогда Санса сделается королевой.

Санса, к ее чести, покраснела. Краснела она мило. «Она все делает мило», – с тупой обидой подумала Арья.

– Бет, тебе не следует сочинять такие сказки, – поправила Санса младшую, ласково погладив ее по голове, чтобы лишить резкости собственные слова. Она поглядела на Арью. – А что ты думаешь о принце Джоффе, сестра? Он очень галантен, тебе не кажется?

– Джон говорит, что он похож на девочку, – сказала Арья.

Санса вздохнула, не прекращая шитья.

– Бедный Джон, – сказала она. – Он завидует потому, что он бастард.

– Он наш брат, – сказала Арья слишком уж громко. Голос ее прорезал полдневный покой башенной комнаты.

Септа Мордейн подняла глаза. Костлявое лицо, проницательные глаза и тонкий безгубый рот, как будто созданный для того, чтобы его поджимать. Он был поджат сейчас.

– И о чем же вы разговариваете, детки?

– Сводный брат, – поправила сестру Санса, мягко и точно. Улыбнувшись, она обратилась к септе: – Мы с Арьей говорили о том, как нам приятно принимать сегодня принцессу.

Септа Мордейн кивнула:

– Действительно. Это великая честь для всех нас. – Принцесса Мирцелла неуверенно улыбнулась комплименту. – Арья, почему ты не за работой? – спросила септа. Она поднялась и, шелестя накрахмаленными юбками, направилась через всю комнату. – Покажи-ка мне свои стежки.

Арье хотелось закричать. Это так похоже на Сансу: влезть и привлечь внимание септы.

– Вот, – сказала она, подавая свое шитье. Септа посмотрела на ткань.

– Арья, Арья, Арья, – произнесла она. – Это не дело. Это совсем не дело!

Все вокруг глядели на нее. Это уж слишком. Санса была слишком хорошо воспитана, чтобы улыбнуться несчастью сестры, но Джейн ухмылялась за нее. Даже принцессе Мирцелле, по-видимому, было жаль ее. Арья почувствовала, как слезы наполняют ее глаза. Выскочив из кресла, она бросилась к двери.

Септа Мордейн окликнула ее:

– Арья, вернись! Ни шагу дальше. Твоя леди-мать услышит об этом. И это на глазах принцессы! Ты позоришь всех нас!

Арья остановилась в дверях и обернулась, закусив губу. Слезы теперь бежали по ее щекам. Она умудрилась отпустить короткий нервный поклон Мирцелле:

– С вашего позволения, миледи.

Мирцелла моргнула и поглядела на своих дам, ожидая наставлений. Однако в отличие от принцессы септа Мордейн не испытывала неуверенности.

– И куда же ты направляешься, Арья? – потребовала ответа септа.

Бросив на нее яростный взор, Арья ответила самым любезным тоном:

– Я должна подковать лошадь, – и, недолго насладившись потрясением, проступившим на лице септы, развернулась и бросилась вон, сбежав по ступеням так быстро, как могли нести ее ноги.

Это было нечестно. Сансе досталось все. Санса на два года старше, и, возможно, к тому времени, когда родилась Арья, ей ничего уже не осталось. Частенько ей казалось, что так все и обстоит. Санса умела шить, танцевать и петь. Она писала стихи. Она со вкусом одевалась. Она играла на арфе и колокольчиках. Хуже того, она была прекрасна. Санса унаследовала высокие, тонкие скулы матери и густые темно-рыжие волосы Талли. Арья пошла в своего лорда-отца. У нее были тусклые темно-каштановые волосы, а лицо казалось длинным и скорбным. Джейн обзывала ее Арьей-лошадкой и ржала всякий раз, когда проходила мимо. Обидно было то, что лучше сестры Арья умела делать лишь одно – ездить верхом на лошади. Ну, кроме этого, еще хорошо управлялась по дому. Санса никогда не разбиралась в цифрах. Если она выйдет за принца Джоффри, то лучше бы тому обзавестись хорошим управляющим.

Нимерия ожидала ее в караулке у подножия лестницы и вскочила на ноги, едва завидев Арью. Девочка ухмыльнулась. Волчонок любит ее, даже если остальные нет. Они повсюду ходили вместе, Нимерия и спала в комнате Арьи – возле постели. Если бы мать этого не запрещала, Арья охотно брала бы волчонка с собой на шитье. Вот пусть тогда септа Мордейн попробует осудить ее стежки.

Нимерия нетерпеливо лизнула руку Арьи, когда та отвязала ее. Желтые глаза волчонка, отражая солнечный свет, блеснули двумя золотыми монетами. Арья назвала ее в честь воинственной королевы ройнаров, которая некогда провела свой народ через Узкое море. Это имя тоже послужило причиной для скандала. Санса, конечно же, назвала своего щенка Леди. Сделав гримасу, Арья обняла волчонка. Нимерия лизнула ее в ухо, и девочка хихикнула.

Септа Мордейн, безусловно, успела все сообщить ее леди-матери. Если она отправится к себе, ее сразу найдут. Арья не хотела этого. Она придумала кое-что получше. Мальчики как раз занимались во дворе. Ей хотелось посмотреть, как Робб уложит галантного принца Джоффри на лопатки.

– Пойдем, – шепнула она Нимерии. Вскочив, Арья побежала, волчонок следовал за ней по пятам.

В стене крытого перехода между арсеналом и Великой крепостью находилось окошко, из которого был виден весь двор. Туда они и направились.

Запыхавшаяся и раскрасневшаяся Арья обнаружила там Джона, сидевшего на подоконнике, небрежно подтянув одно колено к подбородку. Он следил за происходящим с таким вниманием, что, казалось, не замечал ее приближения, пока его белый волк не двинулся им навстречу. Нимерия приближалась с опаской. Призрак, который к этому времени стал крупнее своих собратьев, обнюхал сестру, легонько тяпнул ее за ухо и вернулся на место.