Титан VI ранга (СИ), стр. 36
По идее, я мог отправить их всех в отставку, но в таком случае я разом потеряю четверть компетентных управленцев, которых некем заменить.
Рудознатец, не сдержав своего удивления, снова кивнул, но не успел я продолжить, как слово взял дед:
— Что-то слишком лёгкое наказание, диктатор Ван!
— Лёгкое, — согласился я. — Но сейчас мне нужна вся мощь Республики. Я даю уважаемым гремлинам возможность искупить свою вину делом, а не словами.
Благо, дед не стал со мной спорить, хоть и было видно, что он не согласен с моим решением.
— Третье, — произнёс я и, заметив, как сверкнули глаза рудознатца, добавил, — и последнее…
Гремлин, который уже хотел было что-то возразить, передумал возмущаться и принялся сверлить меня внимательным взглядом.
— Золотые шахты переходят под временное управление диктатора. В качестве платы за покровительство.
Другим словами — очередной выкуп за жизни гремлинов. Вот только уже не ресурсами, а золотом.
Я понимал, что это условие на грани, поэтому подсластил пилюлю обозначением временных рамок. Ведь мне по факту было плевать на золото. Всё, что меня интересовало — победа в Испытании.
— А серебряные шахты? — не удержался южный рудознатец.
— Серебряные шахты остаются под управлением южного клана, — покачал головой я.
Можно было добавить, что неразумно полностью раздевать рудознатца и стоящие за ним элиты, но это и так было понятно всем без исключения гремлинам.
— Но вы обещали… — заикнулся было южанин, но тут же осёкся под моим тяжёлым взглядом.
— Пока вы торговались и ставили мне условия, — произнёс я. — Ситуация изменилась. Теперь южный клан находится под моим прямым руководством. Единственный, кто вправе требовать с меня обещанного — стоит сейчас рядом с вами.
Дед, на которого я взглянул, довольно кивнул и, выдержав длинную паузу, которая заставила понервничать многих в этом зале, произнёс:
— Меня устраивают условия диктатора Вана. И, хоть мой клан и осуждает поступок рудознатца Вао, мы не будем заявлять своё право на серебряные рудники. Наши дрязги ничто по сравнению с будущим Республики!
По идее, дед имел полное право отщипнуть от своего коллеги солидный кусок, но он демонстративно поставил общий интерес над частным.
Он ещё не знал, но я собирался поставить его человека на управление золотыми рудниками. У деда наверняка есть компетентные управленцы, ведь мне будет не до шахт.
— Я лично и мой клан оценили ваш поступок, рудознатец Ваа, — отозвался южный коллега деда.
— На этом заседание Совета окончено, — повысил голос я. — Если у кого-то остались личные обиды — приказываю забыть о них до конца войны. Оставьте свою злость для ксуров. Ну а тех, кто не поймут с первого раза, лично испепелю. На этом всё. Остаются только рудознатцы. Остальные — за работу.
Если в тот момент, когда я оказался в зале Совета, на меня смотрели, как на статиста, то сейчас ни у кого и мысли не возникло ослушаться.
— Генерала-интенданта — к целителю, — приказал я гвардейцам. — Вам, — я посмотрел на семью гремлина, — спасибо за визит.
— Наш род к вашим услугам, диктатор Ван! — выступил вперёд пожилой гремлин с прямой, как палка, спиной — наверняка отец Вуза. — Готовы встретить ксуров лицом к лицу!
— Генерал-интендант Вуз раздаст вам новые назначения, — произнёс я. — От качества снабжения зависит результат этой войны.
— Наши воины получат всё необходимое, — заверил меня гремлин. — Разрешите идти?
— Идите, — кивнул я.
Дождавшись, когда зал Совета опустеет, я посмотрел на оставшихся в нём рудознатцев:
— Ну что, коллеги… От того, как мы сейчас поработаем, зависит будущее Республики.
За следующую неделю я спал чуть больше, чем за предыдущие три дня — порядка пятнадцати часов.
Всё остальное время занимали многочисленные совещания и портальные прыжки в Школу Титанов.
По идее, надо было покататься по Республике, чтобы своими глазами оценить готовность страны к войне, но на это банально не было времени.
Моими глазами и ушами стали Титаны из фракции «Стальной молот», служба безопасности Республики и семья генерал-интенданта Вуза.
Запугав высшее руководство страны, я не стал останавливаться на достигнутом и разослал специальные циркуляры с указанием публично казнить всех гремлинов, которые наживаются на военных заказах.
Официально дело касалось любых случаев коррупции, неофициально в работу принимались те схемы, в результате которых хищения превышали 10–15% от изначального бюджета.
Обладая памятью мастера Вана и личным опытом, я понимал, что коррупция — неотъемлемая часть любого государственного механизма. Это, по сути, масло, которое заставляет неповоротливую бюрократическую махину работать чуть быстрее.
Поэтому я и приказал закрывать глаза на приемлемый, по крайней мере, в моём понимании, гешефт в размере 10–15 процентов.
Я не мог лично согласовывать каждое решение, поэтому приставил к спешно сформированной комиссии несколько Титанов. Их дары были чем-то похожи на талант Веры и Софи: Интуиция , Чтение мыслей , Эмпатия и так далее.
Это позволяло максимально быстро выявлять казнокрадов и вершить справедливый суд.
Если, к примеру, военный интендант или посредник, или получивший тендер торговец не наглели, зарабатывая от 5 до 10%, то их никто не трогал. Если размер отката составлял 10–15%, то таких брали на карандаш. Всё, что выше — строго каралось комиссией.
От 15 до 50 — конфискация имущества и ссылка на рудники. От 50 и выше — конфискация имущества, клеймо на всю семью и смертная казнь.
Суды и казни проходили на главных площадях, поэтому хватило трёх дней, чтобы весть о новых реалиях прокатилась по всей стране.
Давление руководства с одной стороны и усиленные Титанами военно-полевые суды с другой, привели к тому, что уровень коррупции стремительно упал. Нет, конечно, оставались те гремлины, чья жадность перевешивала здравый смысл, но это было скорее исключение из правил.
Параллельно с этим я требовал от рудознатцев вкладывать золото и серебро в пропаганду.
«Война на выживание », «Или мы, или они» , « Решающая битва за будущее гремлинов» — в каждом городе транслировалась официальная политика Республики.
И если раньше по всей стране шла негласная конкуренция между тремя великими кланами или даже корпорациями, то сейчас все газеты и другие источники информации запели в унисон.
Гремлины, видя, что непримиримые ранее враги объединились на ниве противостояния ксурам, сделали правильные выводы. В открытые в каждом городе пункты призыва потянулись тонкие струйки добровольцев, а пожертвования для армии Республики с каждым днём становились всё больше и больше.
По уму, следовало заниматься пропагандой как минимум месяц, но у меня банально не было на это времени. Убедившись, что работа идёт, и никто не тянет одеяло на себя, я переключился на производство.
Десятый уровень фракции позволял делать с механизмами запредельные вещи.
Объединение всех мехов в единую сеть, создание боевых и защитных големов, принципиально новые сплавы, позволяющие одним махом преодолеть пропасть между порохом и энергетическим оружием…
Инженеры гремлинов с жадностью набросились на новые знания, и, если бы у Республики было несколько лет для развития технологий, мы бы как минимум достигли уровня ксуров. Но, увы, жизнь — это не компьютерная игра, и изменить за три дня все производственные цепочки было невозможно.
Единственным вариантом, который показался мне и рудознатцам рабочим, стало внедрение трёх «С» — Силовая пушка, Силовой щит и Система связи.
Из фракционной Мастерской пошёл поток специальных пластин, а все фабрики республики сменили акцент с качества на количество.
Чудо-пластина позволяла использовать жизненную силу пилота меха для создания общей сети связи, силового щита и силового импульса. И если связь практически не требовала энергии, то щит и силовой импульс вытягивали из пилота саму жизнь.