Дьявольская лилия (ЛП), стр. 25

— Я не знаю, чем ты пользуешься, так что Марко просто купил кучу всего. Составь список того, что тебе понадобится, и он тебе все купит. — Я оборачиваюсь и вижу, как Максимо смотрит на часы, выглядит нетерпеливо. — Мне правда нужно идти. Когда я вернусь, я покажу тебе квартиру, если хочешь. Я оставлю кого-нибудь внизу.

И с этими словами он уходит, оставляя меня одну в комнате, которая кажется одновременно подарком и клеткой.

Я рассматриваю косметику с энтузиазмом кота, которому предложили салат, затем перевожу внимание на две загадочные двери в комнате. Я толкаю дверь номер один, ожидая найти ванную, достойную королевской семьи, возможно, даже с золотым унитазом. Вместо этого меня встречает... просто ванная. Хорошая, конечно, но учитывая величие всего остального, это кажется почти разочаровывающим.

Одна раковина, небольшая душевая кабина, столь же компактная ванна и обычный унитаз. И все. Даже полотенцесушителя или одного из этих модных дождевых душевых леек нет. Я сдерживаю смех. Вот я, практически ожидаю спа, когда должна просто быть благодарна за то, что у меня есть самое необходимое.

Зато внутри душа — вот где становится интересно. Он уставлен достаточным количеством средств, чтобы заполнить небольшой бутик. Я провожу пальцами по пушистому белому халату, висящему рядом с дверью, с ярлыком. Затем я начинаю открывать флаконы один за другим, позволяя ароматам кружиться вокруг меня — лаванда, цитрус, что-то, вероятно, слишком цветочное, но приятное. Мои любимые возвращаются в душ, а отвергнутые складываются в стопку на кровати. Я отнесу их мужчинам снаружи, когда закончу исследовать квартиру — нет смысла тратить дорогие продукты, которыми я никогда не воспользуюсь.

Наконец, я поворачиваюсь ко второй двери. Когда я тянусь к ручке, моя рука на мгновение замирает. Пожалуйста, только не Красная комната пыток. Я толкаю ее и... О.

Это гардеробная. Нет, не так — это то, чем моя гардеробная мечтает стать, когда вырастет. Огромные ряды женской одежды. Я колеблюсь, задаваясь вопросом, не занимал ли эту комнату кто-то раньше, но когда я захожу внутрь и провожу пальцами по первому кашемировому пальто, мой взгляд падает на ярлык. Вся одежда с ярлыками, вся ужасающе дорогая, и все... точно моего размера? Холодок пробегает по спине.

Как он так точно угадал мой размер?

Большинство вещей — платья и юбки, только несколько брюк и спортивных штанов, никаких джинсов. Но все они кричат о дизайнерском происхождении. Как раз когда я собираюсь уходить, мой взгляд останавливается на рядах предметов на боковой полке, подозрительно похожих на подарочные пакеты, которые были у Максимо в день моего рождения.

— Не может быть, — шепчу я, подкрадываясь к ним, как будто они могут внезапно вскочить и напасть на меня. Один взгляд внутрь первого пакета подтверждает мои догадки — набор нижнего белья, который я так хорошо помню. Я захлопываю его и отхожу назад, затем разворачиваюсь и выхожу, закрывая за собой дверь. С глаз долой, из мыслей вон.

Но мой мозг не дает мне забыть о поспешном уходе Максимо. Почему он так спешил? Что, если мой отец каким-то образом узнал, что он похитил меня, и теперь пытается отомстить?

Беспокойство поселяется у основания моего позвоночника.

Я надеюсь, что Atë не пострадает, если это так. Пожалуйста, пожалуйста, не дайте им убить друг друга. Мой отец, несмотря на свои многие недостатки, очень принципиальный человек, и я знаю, что пока он не убедится, что я в безопасности, он не будет ничего предпринимать. Но Максимо... это совсем другая история. Я почти не знаю парня, и судя по тому, что знаю, он может быть бессердечным ублюдком, когда захочет.

Взять, к примеру, его маленькое правило «без связи с семьей». Просто потому, что ему нравится идея того, что они беспокоятся обо мне.

Мой мозг продолжает работать. Что, если Atë позвал Роана обратно в Куинс, чтобы они могли искать меня вместе? Мое сердце бешено колотится от этой мысли. У моего брата запал еще короче, чем у меня, и он почти такой же гиперопекающий, как Atë, если не хуже. Если они каким-то образом заподозрят, что я с Максимо... неизвестно, что он может сделать.

Еще одна вспышка беспокойства поднимается в моей груди, и я безжалостно подавляю ее, как только она появляется. Если Роан причинит боль Максимо, он получит по заслугам.

— Я беспокоюсь о нем только потому, что сомневаюсь, что мне позволят уйти отсюда без его приказа, — бормочу я про себя, как будто говорю это вслух, чтобы отогнать назойливые мысли. Но они не уходят.

Я оглядываю комнату, охваченная тревогой за отца и брата. Они единственная семья, которая у меня осталась. Я не могу их потерять. Черт, я вышла за Максимо именно потому, что не могу их потерять.

Максимо получил то, что хотел. Но что, если он откажется от нашей сделки? Он уже однажды нарушил свое слово. Дерьмо, дерьмо, дерьмо. Мне следовало заставить его подписать что-то подобное, но я не думала так далеко вперед.

Паника начинает подступать к горлу, ноги трясутся, пока мой мозг разыгрывает различные сценарии того, как мой муж убивает мою семью. Что, если...

Нет. Остановись.

Мне нужно отвлечься, пока я не сошла с ума.

Кухня. Да. Выпечка поможет отвлечься.

Я быстро выхожу из спальни, но, идя по коридору, останавливаюсь, привлеченная последней картиной на стене перед лестницей — красивым портретом маслом, изображающим пышную лилию.

Это напоминает мне о вывеске его ресторана, где этот же цветок нарисован рядом с названием Mughetto — что в переводе с итальянского означает «лилия». Это также напоминает мне о его татуировке.

Я только мельком видела ее, прежде чем он отвлек меня, но я помню, как видела этот цветок, нанесенный на его руку среди множества других цветов. Почему этот цветок? Какая в нем история? Для такого человека, как Максимо, это кажется неуместным...

Я быстро качаю головой:

— Мне все равно, мне все равно. — Мне плевать на него или на его историю. Я не буду любопытствовать.

Внизу, как и обещал Максимо, ждет мужчина. Он вскакивает с дивана, когда видит меня, внимательно наблюдая. У него вьющиеся темные волосы, коротко стриженные по бокам, карие глаза и кривой нос. Как его зовут? Я помню, что встречала его в коридоре ранее, но, хоть убей, не могу вспомнить.

Когда я вхожу в комнату, я прочищаю горло, не уверенная, стоит ли обращаться к нему. Вместо этого я делаю ему жест рукой, как настоящая королева, и направляюсь к кухне. Стеклянные двери уже открыты, поэтому я просто скольжу внутрь, чувствуя, как взгляд моей няньки сверлит дыру в моих лопатках, пока я открываю шкафчик за шкафчиком. Пусто. Пусто. Пусто.

Вы шутите?

Я хмурюсь, оглядывая красивую кухню в полном неверии. Как все может быть пустым? Я подхожу к холодильнику и практически ахаю, распахивая его. Несколько бутылок воды и пара банок пива смотрят на меня в ответ. Это кухня? Скорее необитаемый остров.

— Что-то случилось? — спрашивает моя нянька, вставая и направляясь ко мне.

Я поворачиваюсь к нему, уперев руку в бок.

— Что вы едите?

Он пожимает плечами, выглядя немного смущенным.

— Мы редко бываем в квартире, так что просто заказываем еду на дом или по очереди обедаем в ресторане. Вы голодны, мэм?

Я так расстроена, что позволяю обращению «мэм» скользнуть мимо ушей.

— Нет. Но мне нужно много всего здесь. Продукты, ингредиенты для выпечки...

Слова Максимо возвращаются ко мне. Составь список того, что тебе нужно, и Марко все купит.

— Позови мне Марко, — командую я, чувствуя себя весьма довольной собственной уверенностью.

Брови мужчины хмурятся.

— Я Марко.

О. Жар приливает к моей шее, но я продолжаю:

— Да, конечно, ты. Мне нужны ручка и бумага, чтобы написать тебе список того, что нужно купить. Максимо сказал, что ты купил косметику в моей комнате?

Кончики его ушей становятся красными, как будто ему неловко из-за этого, и он кивает.