Медведев. Пограничье. Ноналогия (СИ), стр. 486

– Эти люди пролили кровь нашего главы, – произнёс он. – По старому праву их должны судить корни этого леса.

– По старому праву, – спокойно ответил я, – Мастер Иволгин сейчас мог бы уже уйти за Грань. Но он остался. Значит, и нам не следует торопиться отправлять туда других. Пока.

Лесовик медленно повернулся ко мне. Несколько долгих секунд мы смотрели друг на друга. А затем старший едва заметно склонил голову.

– В ваших словах есть смысл, мастер‑князь, – с неохотой произнес он, покосившись на Митрича. Тот довольно хмыкнул и снова набил трубку свежим табаком.

– Вот видите. Считай, договорились, – дружелюбно произнес он и перевел взгляд на скованных корнями пленных. – Пора бы и с гостями побеседовать. А не то у них языки от страха к небу прилипнут. Придется их развязывать.

Один из пленников побледнел ещё сильнее. Лесовик заметил это и недобро усмехнулся.

Старый леший поднёс к трубке палец. На ногте вспыхнул крохотный зелёный огонёк, и через мгновение над поляной поплыл дым.

– Их можно подвесить над муравейником, – предложил старший лесовик клана Иволгина. И от этих слов, один из пленных мигом побледнел

Я посмотрел на Морозова. Воевода едва заметно пожал плечом и тут же поморщился от боли:

– Иволгинский дело говорит, – согласился он. – Только долго это. А я уже домой хочу.

Старший лесовик медленно повернул голову к воеводе.

Кажется, он не сразу понял, шутит тот или говорит всерьёз. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга, после чего Морозов устало вздохнул и добавил:

– Поэтому предлагаю обойтись без муравейника.

– Жаль, – совершенно серьёзно ответил лесовик. – Муравьи всегда работают исправно.

Митрич тихо хмыкнул и выпустил изо рта ещё одно облачко дыма.

– Молодёжь нынче нетерпеливая, – заметил он. – Всё им бы сразу. Повесить, закопать, корням отдать. А поговорить сперва не соизволят.

– Они уже достаточно наговорили своими поступками, – возразил старший лесовик и насупился.

– Поступки многое говорят, – согласился Митрич. – Только имён не называют.

Он неспешно подошёл к пленникам и остановился перед тем, что сидел ближе остальных.

Мужчина казался старше других. Ему было около сорока лет. Одежда на нём почти не пострадала, если не считать разорванного рукава и грязи на коленях. На лице застыло упрямое выражение, но взгляд то и дело соскальзывал в сторону лесовиков.

Митрич постучал концом посоха по земле. Корни, стягивавшие пленника, немного ослабли. Тот шумно вдохнул, но благодарить старого лешего не спешил.

– Ну что, гость дорогой, – добродушно начал Митрич. – Расскажешь, кто вас сюда послал?

Мужчина гулко сглотнул, но промолчал.

– Коли вы говорить не будете, вас нам передадут, – добавил подошедший к нему старший из клана Иволгинских. – И беседа будет совсем уж короткой.

Пленный бросил на него короткий взгляд и тут же отвёл глаза.

Я подошёл ближе.

– Как тебя зовут?

Ответа не последовало.

Воевода присел перед мужчиной на корточки, стараясь не тревожить раненое плечо.

– Вас четверо, – начал он. – Один старший, двое исполнителей и один новичок.

Самый молодой из пленных испуганно вздрогнул, и Морозов медленно повернул голову к нему.

– Значит, начинаем с тебя.

Юноша побледнел. Он был совсем юным. Может, ненамного старше Гаврилы. На щеке темнел свежий синяк.

– Я ничего не знаю, – торопливо выпалил он.

Старший пленник резко посмотрел на него и молодой сразу осёкся.

На поляне повисла гнетущая тишина.

– Удобно, – заметил Митрич. – Мы ещё не спросили, а он уже ничего не знает.

Лада отвернулась, пряча улыбку. Даже Гаврила едва заметно усмехнулся. Только пленные не оценили шутку.

– Как тебя зовут? – спросил Морозов.

Юноша сжал губы и посмотрел на него с ненавистью. Словно это было что‑то… личное.

– Вы не понимаете, с кем связались, – прохрипел он. – Нас освободят.

– Зато вы, похоже, понимаете, – спокойно ответил воевода. – Потому и боитесь говорить. Зря. Вас все одно пустят в расход. Или ваши наниматели, или эти.

Он кивнул в сторону лесовиков и те чуть придвинулись к краю поляны.

– Кто отдал приказ? – спросил Морозов.

– Никто, – мотнул головой юноша.

– Тогда начнём с простого, – продолжил воевода.– Когда вы прибыли в лес? Скорее всего, до полудня. Вы не знали, когда мастер‑князь будет возвращаться домой.

Парень снова дернулся. И Морозов удивленно поднял бровь:

– Или знали?

В голове мелькнула мысль о незапланированном визите к Осипову. Морозов же продолжил допрос:

– Вас привезли вместе или по одному?

На этот раз взгляд пленника непроизвольно метнулся к самому старшему.

– Вместе, – догадался я и Морозов кивнул.

– На одной машине? – продолжил он

Молодой вдруг опустил голову, отчего старший мужчина зажмурился, словно хотел его задушить одним взглядом.

– На двух, – предположил воевода. – Одна машина осталась неподалёку, вторая должна была забрать вас после дела.

Старший пленник резко усмехнулся.

– Ничего вы не найдёте.

– Значит, машину уже убрали, – заметил Владимир Васильевич.

Пленник дернулся и снова замолчал.

Гаврила смотрел на Морозова почти с восхищением. Воевода сделал несколько шагов вдоль пленников, не торопясь, будто обычная прогулка помогала ему думать.

– Вы не местные, – произнёс он. – По лесу двигались неуверенно. Укрытия выбирали неплохо, но отход продумали скверно. Значит, место показывал кто‑то другой.Этот человек был с вами днём, но не участвовал в нападении.

Старший пленник едва заметно усмехнулся.

– Ошибаетесь.

– Возможно, – кивнул воевода и остановился возле третьего мужчины. Тот до сих пор почти не проявлял себя. Сидел, опустив голову, и тяжело дышал. Воевода внимательно посмотрел на его обувь. Затем присел и провёл пальцем по засохшей грязи на голенище.

– Глина.

– Здесь везде грязь, – хрипло сказал мужчина.

– Не такая, – задумчиво ответил Морозов растёр крошку между пальцами.

– Красная. В этой части леса почва тёмная, почти чёрная. Красная глина начинается ближе к старым карьерам.

Гаврила сразу оживился.

– Там есть заброшенная дорога. Ею почти никто не пользуется. Она выходит к старой лесопилке.

Старший пленник резко повернул голову к нему.

– Значит, лесопилка, – произнёс я.

– Я ничего не говорил, – зло бросил пленник.

– Ты и не должен был, – ответил Морозов и медленно выпрямился. – Лада, свяжись с дружиной. Пусть перекроют старую дорогу и проверят лесопилку.

Глава 29

Пустотник

Лада вынула из кармана телефон, посмотрела на экран и недовольно нахмурилась:

– Связи нет.

Митрич усмехнулся:

– А откуда ей здесь взяться? Ее и до побоища было не то, чтобы много. А уж опосля того, что вы на поляне устроили, еще день‑другой железки эти ваши дурить будут. Тут земля до сих пор волнуется.

Он постучал посохом по почве. Где‑то под ногами отозвался глухой, едва различимый гул, словно в глубине перекатывался камень.

Лада подняла взгляд на Морозова и произнесла:

– Тогда придется отойти подальше.

Воевода задумался всего на мгновение.

– Гаврила, сходите чуть подальше отсюда. Туда, откуда можно позвонить.

Дроздов сразу кивнул.

– Мы быстро, – пообещал он и направился вслед за девушкой.

– Не торопитесь, – произнес им вслед Морозов. – Передадите приказ и сразу назад. К лесопилке сами не суйтесь. Даже в ту сторону не смотрите.

Гаврила оглянулся и кивнул:

– Будет сделано.

Они исчезли за деревьями. Пленные проводили их взглядами. Особенно внимательно смотрел тот, на чьих сапогах Морозов обнаружил красную глину. И воевода это подметил.

– Не нравится, что мы нашли лесопилку? – спросил он.

Мужчина тут же отвернулся, не скрыв досаду на лице.Морозов подошел ближе.