Медведев. Пограничье. Ноналогия (СИ), стр. 322
Машина была уже припаркована у ступеней, воевода стоял, прислонившись к капоту и скрестив руки на груди:
– Только хотел идти звать вас, Николай Арсентьевич, – произнес он и открыл дверь, приглашая меня сесть.
– Спасибо, – ответил я, усаживаясь в салон.
Морозов занял место за рулем, завёл двигатель, и машина плавно тронулась, выезжая с территории особняка.
– Как думаете, Климов справился с работой? – спросил я, глядя в окно на проплывающий мимо лес.
– Справился, – уверенно ответил воевода. – Мастер он толковый. Один из лучших в Северске. И люди у него все как на подбор отличные. Ответственные и трудолюбивые. Климов сам из таких, и других людей возле себя не терпит. Так что я более чем уверен, что порт вышел отличным.
– Очень на это надеюсь, – кивнул я. – Потому что если восстановленный порт не понравится гильдии купцов…
Я не договорил, но Морозов и без слов понял, к чему я клоню:
– Все будет хорошо, Николай Арсентьевич, – подбодрил меня он. – Купцы не пожалеют, что вложили деньги в это предприятие.
Я молча смотрел в окно, думая о том, как все пройдет. В голове мелькнула было мысль, что мои недоброжелатели могут попытаться сорвать открытие. Но я поспешно отогнал эту мысль, переключившись на другую. Зачем Губов поехал в город? Нужно будет уточнить у Молчанова. Может быть, он что‑то знает? Наверняка знает. Старый глава фонда владеет хотя бы общей информацией.
– Прибыли, Николай Арсентьевич.
Голос воеводы вырвал меня из раздумий.
– А? – не понял я.
– Приехали, – с улыбкой повторил Морозов.
Я взглянул в окно, за которым высился выкрашенный в черный цвет кованый забор с декоративными завитками. Над воротами красовалась свежевыкрашенная надпись: «Северский Речной Порт».
На парковке уже стоял десяток машин. Чуть в стороне стояло несколько человек в костюмах. Видимо, репортеры местных газет, которых уведомили об открытии. А у ворот, переминаясь с ноги на ногу, уже ожидали представители гильдии купцов, которые переговаривались о чем‑то вполголоса, то и дело косясь в сторону нового забора.
– Да, – растерянно ответил я и открыл дверь машины, понимая, что мысль про Губова увлекла меня настолько, что я даже не заметил, как мы приехали к порту.
Я вышел из авто. Свежий речной ветер ударил в лицо. И репортеры, едва завидев меня, тут же последовали в мою сторону. Но их опередил Климов, который ловко оттеснил представителей прессы:
– Николай Арсентьевич, добро пожаловать! – улыбнулся он, протягивая руку.
– Здравствуйте, мастер Климов, – ответил я, пожимая ладонь. – Рад видеть вас.
– Пройдёмте, мастер‑князь покажу, что мы сделали, – предложил глава гильдии мастеровых.
Он направился к воротам. Я последовал за ним, боковым зрением отметив, что купцы и представители перевозчиков и репортеры направились за нами. Климов навалился на створки, распахивая ворота.
– Прошу, – торжественно произнес он, сделав приглашающий жест. Я вошел на территорию. И то, что я увидел, превзошло мои ожидания.
Старый порт полностью преобразился, словно его отстроили с нуля. Вместо руин, которые я совсем недавно осматривал, моему взгляду открылись новые причалы из прочного, укрепленного металлом и выкрашенного дерева. Широкие погрузочные площадки с местами для рабочих‑воздушников. Несколько больших складов с добротными покатыми крышами.
– Вот основной причал, – Климов показал на длинную деревянную конструкцию, уходящую в реку. – Может принять одновременно три средних судна или одно крупное.
– Впечатляет, – признался я. – Дерево укреплено?
– Обижаете, – глядя на меня, ответил глава гильдии мастеровых. – Пропитано антикоррозийным составом, а поверх наложены все необходимые плетения.
Я услышал, как за спиной одобрительно переговариваются купцы. И довольно подметил, что порт им, скорее всего, нравится.
– Отлично, – подытожил я.
Глава гильдии мастеровых улыбнулся, видимо, ему была приятна моя похвала:
– Там у нас склады, – продолжил он, указывая в сторону, где раньше стояли кособокие сараи, готовые вот‑вот обрушиться. – Мы не стали сносить старые постройки. Просто перебрали их, укрепили, перестелили полы и расширили площадь. Перекрыли крыши. Теперь здесь есть три больших помещения. А рядом со складами, административная часть. Офис начальника порта, комната для переговоров и дом отдыха рабочих.
– Отличная работа, мастер Климов, – искренне похвалил я. – Вы и ваша команда создали настоящее чудо.
– Спасибо, Николай Арсентьевич, – улыбнулся глава гильдии мастеровых. – Для нас это честь. Как видите, работы закончены, всё готово.
– Хорошо, – ответил я, пожимая протянутую ладонь.
На этом мы попрощались. Я направился к воротам, воевода молча последовал за мной словно тень.
– Николай Арсентьевич, вы можете ответить на пару вопросов? – послышался за спиной голос одного из репортеров.
– Не сейчас, – не оборачиваясь, ответил я. – Позже я проведу в управе встречу с прессой. Все подробности можете уточнить у моего секретаря.
Кто‑то из репортеров хотел спросить еще кое‑что, но воевода решительно пресек этот порыв:
– Сказано же: все вопросы в управе, – сурово отрезал он. И спорить с воеводой никто не стал.
– Николай Арсентьевич.
Знакомый голос послышался за спиной, когда мы с Морозовым вышли на парковку. Я остановился. Обернулся. В паре шагов от меня стояло несколько представителей гильдии купцов. Заметив, что я обратил на них внимание, один из них направился в мою сторону:
– Мастер Климов очень постарался, – начал он, поравнявшись со мной. – Мы… впечатлены.
– Рад, что ваши капиталовложения оправдались, – с улыбкой ответил я.
– Можете не сомневаться, – подтвердил мужчина. – Мы не пожалели, что вложили деньги в этот проект. И я очень надеюсь, что это только начало нашего долгого сотрудничества, Николай Арсентьевич.
– До встречи, – попрощался я.
– До встречи, – ответил представитель купцов и направился к своим коллегам. Мы же с воеводой сели в машину.
– Ну, как вам проделанная мастером Климовым работа? – уточнил Морозов, заводя двигатель.
– На самом высоком уровне, – откинувшись на спинку сиденья, ответил я. – Признаться, не думал, что артели мастера Климова смогут возродить те заросшие густым бурьяном руины, которые были здесь совсем недавно.
Воевода пожал плечами:
– Они старались не только ради получаемых денег, – просто ответил он. – Они старались и ради княжества. Все понимают, что порт – это первый шаг к переменам. За ним последуют и остальные.
– Последуют, – заверил я. – Если княжество найдет на все это деньги. – Северск растёт, – улыбнулся воевода.
– Растёт, – кивнул я, глядя на высившийся за забором новый порт. – И это только начало…
Глава 8
Лечение
В кармане неожиданно зазвонил телефон. Звук был таким резким и неуместным в тесном салоне машины, что я невольно вздрогнул. Морозов покосился на меня, но промолчал. Я же вынул аппарат, взглянул на экран. Удивленно поднял бровь: на дисплее высвечивался номер Управы. Отчего‑то мне показалось, что это было не к добру. Дрогнувшим пальцем нажал на кнопку, принимая вызов, и осторожно произнес:
– У аппарата.
– Николай Арсентьевич, вас беспокоит ваш секретарь, – мурлыкающим, почти бархатным голосом произнесла Альбина Васильевна.
Ее тон обволакивал, словно теплый мёд, растекаясь по ушам и усыпляя волю. Но меня было не обмануть. Я прекрасно знал, что это чувство ложное, а за показной мягкостью тщательно скрывается железная воля.
– Не хотела вас отвлекать от дел насущных и заботах о благе княжества… – продолжила женщина.
– Вы всегда вовремя, – быстро заверил я. – Можете в этом даже не сомневаться.
– Какой же вы все‑таки славный, – умиленно протянула она, и я почти видел, как она довольно улыбается в трубку, даже прикрывая глаза от удовольствия. – Помните, о чём мы договаривались? Ну про помощь нашему общему знакомцу.