Медведев. Пограничье. Ноналогия (СИ), стр. 299
– Может узнать у… – Морозов откашлялся, словно слова царапали ему горло, а потом все же продолжил, – у Альбины Васильевны.
– Думаете, что она поможет? – как можно спокойнее спросил я.
– Она точно знает, кому стоит доверить спину, – признал воевода и проворчал, словно извиняясь за свое предположение. – Не зря ж она ведьма.
– Могу узнать, – кивнул я.
– Только не говорите, что для меня, – торопливо добавил Морозов и на этот раз совершенно точно покраснел. – С нее станется прийти и самой проконтролировать, как мне будут делать массаж.
– Вы о ней скверно думаете, – хмыкнул я.
– Я о ней совсем не думаю. – буркнул Владимир Васильевич и направился к выходу.
– Княже, вы куда‑то собрались? – послышался за спиной голос Никифора.
– По делам, – не оборачиваясь, ответил я. – Вернемся к вечеру. Если что‑то срочное – передай Марине или Вере Романовне. Они со всем справятся.
– Хорошо, – ответил домовой, и мне показалось, что его голос прозвучал немного растерянно.
Мы покинули дом и направились к лесу. Утреннее солнце поднялось достаточно высоко, но воздух все еще был свежим и прохладным.
– Надеюсь, Митрич уже в курсе происходящего, – пробормотал я, и воевода кивнул:
– Наверняка. Иначе Молчанов бы выделил нам проводника.
Морозов оказался прав. И едва мы вошли в лес, как на тропе появилась знакомая фигура
– Здравы будьте, мастер‑князь, – поздоровался леший. – Воевода, рад видеть в добром настроении.
Мы кивнули в ответ и Митрич продолжил:
– Молчанов просил проводить вас к брошенному домику. Говорит, дело важное.
– Так и есть, – подтвердил я.
Старик не стал расспрашивать подробности. Вместо этого просто произнес:
– Дорога неблизкая. Стоит поторопиться.
Леший повернулся и направился вглубь леса. Мы последовали за ним.
– Как там наш столичный гость? – спросил Митрич, бросая на меня хитрый взгляд. – Оправился от прогулки?
– Сидит в комнате, обдумывает, – ответил Морозов.
– Вот как? – удивился леший. – Не сбежал сломя голову в столицу?
– Нет, – произнес я. – Уж не знаю, что вы там ему показали…
– Простой северский лес, – ответил леший. – С его… особенностями.
– Это какими, например? – полюбопытствовал я.
– Ну, сына Берендея, например, – произнес Митрич. – Он здоровым вымахал. Знакомить, правда не стал. Так, показал со стороны.
– Не видел его, – признался я.
– Он людям почти не является, – ответил леший. – Иначе слухи пойдут, и в лес охотников набежит.
– А кто это? – уточнил я.
– Медведь, – ответил за старика Морозов. – За лесом приглядывает, Митричу помогает.
– Он все же больше человек, чем медведь, – добродушно добавил леший. – Правда, оборачиваться он не умеет. Слишком много времени провел в звериной шкуре. А еще показал Стаю.
– Оборотней? – догадался я.
– Их, родимых, – подтвердил Митрич. – А еще продемонстрировал дом старухи, которая здесь живет. В гости мы, понятное дело, заходить не стали…
Я вопросительно посмотрел на воеводу, и тот ответил:
– Есть тут одна. Мужа своего со свету сжила, и теперь его призрак в подвале держит.
Я покачал головой. Перед глазами встал образ, как старуха убивает своего мужа, а затем скидывает тело в подвал.
– Почему ее тогда не… – начал было я и осекся. – Ну…
– Не убьют? – прямо спросил Морозов, и я кивнул. – Потому что проклята она, Николай Арсентьевич. Вот и живет здесь уже какое столетие.
– А она людям не мешает? – осторожно уточнил я.
– Она, почитай, в самой чаще обитает, – успокоил меня Митрич. – Раньше там несколько домов было. Да остальные давно уже покинули. А муженек ее покойный получше всяких людских сигнализаций. Воет на всю округу день и ночь, стоит кому поблизости показаться.
– Вот оно что, – понял я.
– Так что местные туда носа не кажут. Ну а приблудные…
Митрич развел руки, словно говоря: за всеми не уследишь.
– Теперь понятно, что такого увидел Губов. И почему он пришел подавленном состоянии, – подытожил я.
– Легко отделался, – согласился Морозов. – От такого недолго и с ума свихнуться. А он почти в здравом уме.
– Ну, лучше я с безопасного расстояния покажу, чем он сам найдет, – резонно заметил Митрич, и мы, не сговариваясь, кивнули, соглашаясь со словами лешего. – Но все же удивил меня ваш гость. Не думал, что он характер проявит и останется в Северске. Отчего‑то был уверен, что парень этой же ночью по дороге рванет в сторону железнодорожной станции. Даже попросил своих лесовиков при случае сопроводить его, чтобы волки не задрали по пути.
– Добрый вы, – усмехнулся я.
– Иногда бывает, – не стал спорить старик.
Митрич ускорил шаг, и мы поспешили за ним. Лес становился гуще, деревья плотнее. Я невольно поглядывал по сторонам, опасаясь заметить тень перевертыша или кого пострашнее. Хоть и понимал, что рядом с лешим такие встречи невозможны. Воевода же шагал легко, едва смотря на тропу.
– Уже близко, – произнес леший, указывая трубкой вперед. – Вон, видите просвет между соснами?
Я кивнул, и проводник продолжил:
– Вот нам туда и надобно.
Действительно, впереди между деревьями показалась небольшая поляна. В центре которой стоял старый охотничий домик. Сложенный из потемневших от времени бревен, он выглядел заброшенным, но еще крепким. У входа стояли парень и девушка в свободных одеждах. Мое зрение показывало их истинную сущность: люди Ильи. Да и кроме них, я ощущал тут чужое присутствие. Скорее всего, люди Митрича присматривали за домиком из чащи.
– Вот и пришли, – произнес леший, останавливаясь на краю поляны. – Сами управитесь? Или вам подсобить надобно? Ежели что, то могу припугнуть лиходеев. У меня тут поблизости есть пара зайцев…
– И чем могут напугать зайцы? – осведомился я, решив, что старик надо мной подсмеивается.
– А вас хоть раз пинали задними лапами здоровенные зайцы? – усмехнулся Митрич. – Вы в доме белку опасаетесь и чаю ей не наливаете.
– Откуда вы знаете? – удивился я.
– Я много о чем ведаю, – отмахнулся старик. – А ежели моим зайцам дать волю, то они будут носиться так, что никто с ними не сладит. Запустите их в дом и через пару минут они ваших пленных запугают так, как и волки бы не сумели.
– Справимся без зайцев, – кивнул я. – Спасибо, что проводили.
– Мне было несложно, мастер‑князь, – усмехнулся леший. – Если что понадобится – я неподалеку буду. Кликните, услышу.
Старик развернулся и скрылся между деревьями так же бесшумно, как и появился.
Мы с Морозовым направились к домику. Охранники, увидев нас, выпрямились и коротко поклонились:
– Мастер‑князь. Воевода.
Они были неуловимо похожи друг на друга: оба высокие, тонкокостные, с широкими лицами, длинными волосами, на влажных прядях которых отражалось солнце.
– Как они? – уточнил я, стараясь не рассматривать их слишком пристально.
– Что им будет? – удивился парень. – Мы с ними всю дорогу возились как с детьми. Вроде контрабандисты, а воды боятся.
– Спасибо, – пробормотал я. – Понимаю, что дело было рискованное…
Девушка улыбнулась, показав два ряда острых тонких зубов.
– Были задания и опаснее, Николай Арсентьевич, – произнесла она. – Если вам нужна помощь, то я могу помочь разговорить этих недотеп.
Я взглянул на Морозова, и воевода кивнул: мол, соглашайтесь, лишним не будет.
– Я бы не отказался, – ответил я. – Если вам несложно.
– Они сильно напуганы, – весело произнесла девушка. – Так что сопротивляться почти не могут.
– Сопротивляться чему? – уточнил я, но помощница уже толкнула дверь, входя в дом. Мы с воеводой последовали за ней.
Стоило нам переступить через порог, как в нос ударил запах пыли и затхлости. Помещение оказалось совсем небольшим, с низким потолком. Единственное окно с мутными стеклами практически не пропускало свет.
Крыша явно просела от времени и непогоды. Сквозь дыры в помещение проникали солнечные лучи. Стены были покрыты копотью, местами на отсыревшей штукатурке проступала зеленоватая плесень.