Медведев. Пограничье. Ноналогия (СИ), стр. 163

– О, поверьте, именно для этих целей князь и собирал нас здесь долгие годы, – лукаво ответил Молчанов. – У это есть, не побоюсь этого слова, поистине великая цель. Ну, вернее, была, пока князь скоропостижно не скончался, так и не доведя дело до конца. Эх, жаль его. Такой хороший человек был, душевный, с первой группой крови. С отрицательным резусом…

Дампир сокрушенно покачал головой, словно горевал о потерянном родственнике.

– Кстати, то, что вы хотите создать комитет по надзору за нечистью тоже правильно, – произнес он, мигом сменив тему разговора. – А то много ее по городам да окрестностям ходит. И не вся с благими намерениями.

Я с недоверием покосился на стоявшего передо мной дампира, и тот тут же добавил:

– Нет, Николай Арсентьевич, пусть я и кровопийца, но правильный. Я живу давно и сумел обуздать инстинкты хищника внутри меня. Прошли те времена, когда я нападал на припозднившихся путников, чтобы осушить их тела.

Я гулко сглотнул и поправил ворот рубашки.

– Простите мне мою откровенность, князь. Но я хочу, чтобы между нами не было недосказанностей. Я действительно пью кровь. Но уже много лет делаю это не удовольствия ради, а чтобы не захиреть и в упыря не деградировать. И всю кровь я покупаю у лекаря из лазарета святой Варвары, который по старой традиции лечит некоторых жителей Северска кровопусканием. Дикость, конечно, но люди верят в силу этой процедуры. На мое счастье.

– Мда, – протянул я, подумав, что лекарь, пожалуй, нарушает клятву, данную покровителю своего ремесла.

– А вот у какого именно целителя я беру кровь – не скажу. Пусть это будет наша маленькая с ним тайна. Но кроме меня есть и другие, нехорошие существа. И их очень много, уверяю вас.

– Вы… – начал я.

– Да, точно. Что‑то мы с вами заговорились, – спохватился Молчанов. – Позвольте, я проведу экскурсию. А заодно введу вас в курс дел фонда. Если вы, конечно, не торопитесь.

Он замялся на секунду, а затем добавил:

– Идемте.

И зашагал вглубь холла. Я же только усмехнулся и направился на ним, понимая, что идущий впереди… «человек» явно умеет читать мысли. И при этом совершенно не стесняется делать это в открытую.

Глава 17

Экскурсия

Мы шли по коридору с серыми стенами, на которых висели картины старого Северска. Улицы, которых уже не существовало, купола, что давно потемнели, дома, которые успели рассыпаться под гнетом времен. Свет от потолочных ламп отражался в стеклянных рамах и придавал картинкам призрачный блеск – словно это была не живопись, а небольшие окна в прошлое, где всё ещё шумят ярмарки и бродят гордые купцы.

– На ваш немой вопрос отвечу вслух, – произнёс Молчанов, идя впереди с такой лёгкостью, что его шаги звучали почти неслышно. – Прошлый князь прекрасно понимал: княжеству нужны собственные ресурсы. Долго обдумывал, взвешивал, и в итоге создал Фонд Завета.

Он обернулся на секунду, взглянул на меня поверх очков и продолжил уже с оттенком гордости:

– Фонд имеет несколько подразделений, каждое курирует отдельное направление: школы, лекарни, инфраструктура.

– Благое дело, – заметил я с лёгкой иронией, – звучит так, будто Северск вот‑вот превратиться в образцово‑показательную губернию.

Молчанов не уловил сарказма или притворился, что не понял о чем я:

– И надо отметить, недавний ремонт гимназии у нас получился славным, – сказал он с достоинством. – Все средства были потрачены на дело до последней копеечки.

– Это редкость, – пробормотал я, оглядывая очередной ряд картин. – Чтобы хоть кто‑то в Северске довёл смету до конца. Обычно копеечки растворяются где‑то по дороге.

Молчанов чуть усмехнулся уголком губ, но возражать не стал.

– Так зарабатывается хорошая репутация среди возможных инвесторов, – заметил я, глядя на очередную картину с видами Северска, где даже в мазках краски чувствовалась некоторая тоска по несбывшемуся.

– Именно, – подтвердил Молчанов, чуть кивнув. – В планах было создание и финансирование агрохолдинга или, как минимум, нескольких предприятий под княжеским управлением. Но, увы, пока нам не удалось набрать в этот отдел достаточно компетентных полевиков. Так что проект поставлен на паузу.

В его голосе скользнула лёгкая грусть. Честно говоря, мне трудно было представить, чем сельское хозяйство могло так трогать сердце дампира, но на мой невысказанный вопрос он отвечать не спешил.

– Старый князь хотел, чтобы Северск расцвёл и стал северными воротами Империи, – продолжил Молчанов уже увереннее. – И планы эти были поистине грандиозными. Жаль только, что многое осталось незавершённым.

Он толкнул одну из дверей, и под потолком вспыхнули лампы дневного света – ярко, почти ослепительно, как будто в полдень распахнули ставни. Я не удержался и ахнул.

В центре просторного зала на постаменте раскинулся макет Северска. Восстановленные дома, отреставрированные под начало прошлого века, сияли свежей краской. В свете ламп блестели купола храмов Синода, переливаясь золотом, словно их только что вычистили до последней звезды. Кружевные мостики перебрасывались через каналы, соединяя кварталы. Тут же виднелись аккуратные памятники, каменные фигуры, миниатюрные площади.

В Промышленном районе макета возвышались небольшие мануфактуры из красного кирпича, рядом высились крупные мастерские с большими окнами, через которые должно было струиться солнце. И повсюду виднелись маленькие доходные дома, в аккуратных рядах, явно предназначенные под аренду. Северск будущего выглядел правильным, слишком аккуратным, словно город мечты, в котором даже голуби летают по определенному маршруту и не портят памятники.

– Такая вот должна была выйти красота, – Молчанов обвёл рукой панораму, в голосе его звучала гордость, но и лёгкая горечь.

– Красота, спору нет, – я шагнул ближе, склонился над макетом, рассматривая миниатюрные крыши и улицы. – Только вот люди обычно ведут не так предсказуемо как игрушечные фигурки.

Молчанов чуть усмехнулся уголком губ:

– Зато у фигурок всегда порядок.

– Это должно быть стоит очень много денег, – заметил я, нахмурившись.

Молчанов кивнул, его глаза блеснули в свете ламп:

– Князь очень рассчитывал получить средства от империи на развитие туристического сектора. Чтобы в княжество приезжали люди, оставляли здесь деньги. Но… начались кое‑какие сложности. И разрешить их, увы, он не успел.

Я подошёл к макету ближе, осторожно тронул пальцами миниатюрного деревянного моста, перекинутого через синюю ленту реки. Поверхность оказалась гладкой, прохладной и на миг мне почудилось, что я касаюсь чьей‑то хрупкой мечты.

– Интересный проект, – пробормотал я.

Молчанов кивнув в сторону макета, заговорил чуть живее:

– Северск это не только заповедные леса, опасные для простых людей. Хищники, духи, непредсказуемые тропы – это для любопытных смертников. Но рядом есть места вполне безобидные. Тихие озёра, луга, где цветы стоят до осени, каменные гряды, с которых открывается вид на весь Северск.

– Хм, – я посмотрел на него прищурившись. – И вы хотите превратить это в туристический рай?

– Почему нет? – в голосе его прозвучала почти юношеская горячность. – Туристические маршруты. Базы отдыха для разных сезонов. Летом тут идеальна была бы рыбалка и сплав по рекам. Осенью можно устраивать охоту в безопасных угодьях. Зимой для любителей снежных забав – лыжи, санные трассы, катки. Весной – прогулки по цветущим долинам, подъем в горы, водопады…

Я хмыкнул, не удержав лёгкой усмешки:

– Словно рекламный буклет зачитали. Ещё пару фраз и я сам захочу съездить в тур на выходные.

Молчанов тоже усмехнулся, но глаза его оставались серьёзными:

– В этом и была задумка старого князя. Чтобы сюда ехали не только по службе или из нужды. Чтобы Северск стал местом, где хочется остаться хотя бы на время.

Я задержал взгляд на макете, на аккуратных домиках и мостиках. И впервые подумал: а может эта сказка способна стать реальностью.