Шестеренки и заклинания (ЛП), стр. 22

— Отсутствуют средства?! — перебил Веззир. — Вы директор Академии, заваленной имперскими субсидиями! А еще вы — примарх Селумбра, член управляющего совета всего города! Вы издеваетесь надо мной?!

— Это вопрос не материальных средств, Веззир, это вопрос возможностей! Вы связываете мне руки! Вы не позволяете мне связаться с Медной стражей, чтобы найти их, или сообщить новость другим примархам!

— Никто не должен знать о том, что становится государственной тайной! — прошипел Веззир. — Риск того, что в Страже не смогут сдержать язык за зубами, слишком велик! В связи с этим, надеюсь, вы предупредили своих преподавателей и учеников, что обсуждать отсутствие этих молодых людей... очень не рекомендуется?

— Да, я предупредил, что каждый, кого заметят за обсуждением этого вопроса, как в Академии, так и вне ее стен, будет наказан.

— Превосходно. Мы вовсе не хотим, чтобы ситуация получила огласку. Вообразите первую полосу «Газеты»: похищены подростки из своих комнат в общежитии, а Академия вместе с Империей не могут их найти! Нет, я хочу, чтобы вы разыскали их — и незаметно!

— Вопреки вашему, по-видимому, мнению, у меня не так много связей в простонародных районах Селумбра! — запротестовал Иосефир. — А те немногие частные детективы, что есть в городе, вопиюще некомпетентны: риск утечки информации от них еще выше, чем от Стражи!

— Что же я, по-вашему, должен...

— Позвольте мне хотя бы связаться с несколькими старшими чинами Медной стражи! По крайней мере, они поймут, как важна секретность... Может быть, они используют собственные контакты на местах, чтобы найти их...

Веззир задумался, его жеваное лицо сморщилось еще сильнее.

— Очень хорошо, — согласился он. — Но только под непосредственным наблюдением наших специальных агентов.

— Вы хотите сказать... Тайной полиции? — вздрогнул Иосефир.

— Как вы знаете, они уже там, — ответил Веззир. — Скоро они свяжутся с вами. Я посылаю вам документы на них.

Розовый свет резко усилился, заставив Иосефира отвести взгляд. Затем сияние померкло, и примарх заметил, что на самом верху стопки работ появилась красная папка, содержащая с десяток листов бумаги. Старый маг пролистал их: это были досье упомянутых агентов, а также приказы с их поручением.

— Мы рассчитываем на то, что вы поможете им справиться с заданием, насколько возможно, — продолжал Веззир.

— Разумеется, я им помогу! Я же сказал, что хочу, чтобы мои ученики вернулись живыми и невредимыми!

— Как и все мы, — проворчал морщинистый волшебник.

— У вас есть какая-нибудь информация об Элензо? Он мой друг, и я хотел бы знать, если...

— Любая информация, касающаяся Государственного инженера Оолонги, классифицируется как «конфиденциальная», — сурово отрезал Веззир. — Имперская внутренняя безопасность. Надеюсь, вы понимаете.

Иосефир медленно кивнул. Верховный эзотерик наморщил веки.

— Императрица ожидает быстрых результатов, Примарх. Не разочаруйте ее.

— Я сделаю все, что в моих силах, — пообещал Иосефир.

— Превосходно. Слава Сарензии.

— Слава Сарензии.

Изображение Верховного Эзотерика рассеялось, и кристалл вновь обрел прозрачность. Иосефир глубоко вздохнул, покачал головой и попытался вернуться к своей проверке. Но сердце его к этому больше не лежало.

Глава 12

Гриза повернула ручку, одновременно толкнув плечом разбухшую от влаги дверь, которая поддалась и провернулась на петлях, впуская ее внутрь. Она мрачно окинула взглядом узкий коридор, выцветшую краску со следами сырости, и устало вступила на изъеденные червями половицы.

Вот уже пять дней как двое подростков жили в давно заброшенной, но все еще относительно уютной лачуге в самом сердце Сетей. Паучиха поселила их там, как только они согласились работать на нее. Гриза и Сирус быстро обжились в этом маленьком домике, который они окрестили Логовом.

Гриза услышала, как в гостиной потрескивает огонь: должно быть, Сирус уже вернулся с работ. Гриза закатила глаза: она-то надеялась побыть немного в одиночестве... Сдержав вздох, она просунула голову сквозь грубый деревянный проем, ведущий в гостиную.

— Я дома, — объявила она. — Устала. Пойду приму горячую ван...

Она осеклась, встретившись с сердитым взглядом Сируса, погруженного в беседу с двумя какими-то людьми, расположившимися к ней спиной. Она пожала плечами и поднялась по шаткой лестнице в конце коридора, попав в крошечную душевую на чердаке. Там она с радостью скинула с себя драный комбинезон и поношенную холщовую рубашку — подручные Паучихи снабдили их гардеробом, позволявшим не выделяться в Сетях, блохи и грязь в комплекте, — и осторожно повернула кран с горячей водой. Тут же из-за стен раздалась какофония бульканья, скрипа и шипения, да такая, что, казалось, весь дом затрясся на своих основаниях. Мобилизовав все свои органы чувств, Гриза убедилась, не собирается ли взорваться старая водопроводная система, которую она сама же чинила. Однако ее импровизированный ремонт выдержал, и медный кран в конце концов плеснул коричневатой водой, которая быстро очистилась, а затем начала парить.

Через несколько минут девочка с удовольствием погрузилась в обжигающую воду. Испустив вздох облегчения, она принялась расслаблять мышцы, ноющие после целого дня ремесленного труда.

Паучиха почти сразу же привлекла их к работе, дав им всего один день на отдых, чтобы освоиться и прийти в себя. После им предстояло приступить к обучению воровскому делу, что, по словам королевы мошенников, было необходимо для достижения их цели.

Гризе все еще не верилось: им скоро придется грабить Академию! Помимо невероятных богатств, что оправдывали интерес Паучихи сами по себе, в личном сейфе Иосефира наверняка хранилась важная политическая и военная информация и сведения о безопасности, которые могли бы помочь ворам Сетей на шаг опережать власти. Вдобавок к посту одного из девяти примархов города Иосефир был доверенным лицом императрицы Сарензии, которая держала его в курсе многих текущих дел. По мнению Паучихи, он с высокой вероятностью знал, отчего семьям Ворокл и Оолонга угрожает опасность, и оставил об этом письменные пометки.

Прав ли в таком случае Сирус, подозревая его? Нет, это не имело смысла: Иосефир ни за что бы не стал сознательно подвергать опасности дочь одного из своих друзей! Она предпочла бы расспросить его лично, но не могла позволить себе и шага за пределы района. Как и Сирус, Гриза отдавала себе отчет, что защита Паучихи — это все, что отделяет их от поимки четырьмя «попрыгунчиками». Толстая воровка никого не пускала в свои владения незваным: плотная дозорная сеть нищих, таящихся в тенях карманников и беспризорников, незаметно переносящих послания из одного конца квартала в другой, предупреждала малейшее нежелательное вторжение. Если бы четверо мерзавцев попытались пробраться в Сети, их бы тут же схватили. Защита мифической Паучихи была эффективной, но в то же время не давала им ступить за границы Сетей, за которыми ее влияние быстро ослабевало.

Гриза вздохнула и по ванне полетели пузырьки пены. Ее мышцы болели, а глаза щипало. «Подготовка», которой подвергали их приспешники Паучихи, шла интенсивно — во всяком случае, с ее точки зрения. Сируса и Квинта отправили к Вестору Ваксу, неприятному волшебнику с хриплым голосом, и ни тот, ни другой, похоже, не горели желанием рассказывать Гризе, чем они в его компании занимаются.

Она, со своей стороны, работала с Либером, Ревокатором, который, кажется, единственный прилично разбирался в механике: большинство технологического инструментария, использовавшегося ворами Сетей, было до ужаса примитивным.

Как единственный «настоящий» механист Сетей, Либер был завален работой и появление Гризы воспринял с облегчением. Первые два дня он доверял ей лишь несложные задания, а освободившееся время использовал на зажигательные тирады перед сторонниками Ревокации или работу над вольными автоматами, которые скапливались в Сетях. Гризе очень бы хотелось наконец применить свои знания в этой области, но Либер отклонил ее предложение. Он объяснил ей, что вольные крайне недоверчивы и прежде всего боятся, что их матрица независимости будет стерта: они только Либеру доверяли текущее обслуживание и ремонт, и наотрез отказались бы позволить возиться с их схемами студентке из Академии.