Лекс.Трилогия (СИ), стр. 166

– Леди Изерелли, – она шагнула на полшага вперёд. – Если вы закончили обсуждать то, о чём лучше было говорить за закрытыми дверями, то, возможно, мы могли бы наконец перейти к делу? Как вы видите, – блондинка кивнула на студентов, только что нас обогнувших и вошедших в кабинет, чтобы не задерживать очередь, – светские беседы не способствуют решению вопросов, ради которых мы здесь и собрались.

Роксана перевела мигом потяжелевший взгляд на Белль Сориар:

– Вы всецело соответствуете своей фамилии, леди Сориар. Дела, дела, дела… – девушка сложила руки под грудью, вскинув подбородок. – Что ж, извольте. Я слышала, что вы с господином Лазарем организовали нечто вроде учебного кружка для… менее одарённых и соответственно обделённых студентов. Плебса, если говорить прямо.

– Осведомлены вы прекрасно, – холодно отозвалась Белль. – Но касается ли это вас хоть каким‑то образом?..

– О, самым непосредственным, леди, – смуглянка прищурилась. – Видите ли, я нахожу эту инициативу весьма… любопытной. Настолько, что хотела бы предложить свою посильную помощь. Вы ведь ведёте эту деятельность не вдвоём, как я, опять же, слышала…

Я приподнял бровь, но промолчал, позволяя куда более сносно ориентирующейся в местных реалиях Белль решать возникшую проблему. Или пользоваться возможностью – тут уж как посмотреть.

Ведь как по мне, так чем больше аристократов вовлечено в это действо, тем более смазанным будет негативный эффект, когда и если кто‑то решит уличить нас в попрании устоявшихся порядков.

– И в каком же качестве, леди Изерелли, вы рассчитываете нам помочь?

– В качестве наставницы, разумеется, – Роксана пожала плечами так, словно озвучила нечто столь же очевидное, как то, что солнце восходит на востоке. – У меня есть определённый опыт в работе с… начинающими. Ведь вам не помешает лишний человек, или я ошибаюсь?..

Роксана замолчала, спокойно встретив задумчивый, изучающий взгляд Белль. Блондинка смотрела на «соперницу» так, словно пыталась найти в её словах подвох… и это намерение было вполне себе закономерным.

Изерелли не производила впечатление человека, склонного к бескорыстной помощи кому бы то ни было.

– Допустим, – медленно протянула Белль спустя несколько секунд. – Но вы должны понимать, что это не светский клуб, леди Изерелли. У нас есть программа и определённые требования к наставникам. Включая навыки и… этические аспекты.

– Этические аспекты – это, безусловно, важно, – Роксана улыбнулась краешком губ. – Но программа и навыки важны не меньше. Вы же понимаете, что для ваших простолюдинов ещё один практик будет ценнее очередного лектора? Я слышала, эту заботу на себя взял господин Лазарь… но он один. А вы, леди Сориар, больше по административной части…

Белль заметно помрачнела: слова Роксаны достигли своей цели, потому как практические навыки дочери рода Сориар действительно уступали навыкам организационным.

– Вы правы, – девушка моментально взяла себя в руки. – Моя роль – координация и организация процессов. Именно поэтому я решаю, кто подходит для работы с нашей группой, а кто – нет. И я не принимаю подобные решения в коридоре и там, где полно чужих ушей. Если вы действительно заинтересованы, леди Изерелли, то мы можем обсудить это позже. В более подходящей обстановке.

– Что ж, это… разумно, пожалуй, – Роксана кивнула спустя секунду, словно именно на этот ответ у неё уже был припасён целый набор возможных реакций. – Я свяжусь с вами, леди Сориар. И с вами, господин Лазарь. Вас на удивление проблематично застать где бы то ни было в одиночестве…

Её взгляд скользнул по мне сверху вниз, а на лице промелькнуло так не понравившееся Эльзе выражение.

– Всего хорошего, леди Изерелли, – вежливая улыбка и ровный тон оставались тем единственным, что, по моему разумению, должно было не давать Эльзе поводов напрячься.

Она и без того не выказывала признаков ревности или сильного беспокойства, но опыт прожитых лет заставлял меня перестраховываться там, где это было возможно.

И особенно – если перестраховка ничего толком от меня не требовала.

Роксана тем временем усмехнулась, словно услышав что‑то очень забавное. И, не прощаясь, развернулась, растворившись в потоке студентов… и оставив после себя странное, не самое приятное, но вместе с тем почти нейтральное послевкусие.

А судя по лицам друзей, ощутил это не только я: девушка с нетипичной для Империи внешностью и подать себя умела не менее нетипично.

– Интересная особа, – нарушила молчание Лиза, проводив взглядом изящную спину необычной аристократки. – И часто она вот так… объявляется?

– Достаточно часто, чтобы это раздражало, – сухо выдохнула Белль. – Но недостаточно, чтобы разозлить. Она умна, и это проблема.

– Это проблема, которой мы займёмся позже, – вмешался Дима, кивнув на дверь кабинета, из которого как раз выпустили очередного студента. – Мы и так пропустили нескольких человек вперёд себя…

– Формально, – заметил Виктор, бросив взгляд на Белль и её небольшую свиту, старательно прикинувшуюся ветошью, – это можно считать актом бескорыстного благородства. Мы уступили дорогу нуждающимся…

– Формально, – Лиза перехватила инициативу, – мы стояли и таращились на словесную дуэль двух аристократок, одну из которых сюда привлёк Лекс. Это не претензия, если что.

– Это факт, – я кивнул брюнетке. – Изерелли рассчитывала «добраться» до меня в клубе, вступив туда же, но всем известные обстоятельства помешали. И… Дима, иди в кабинет первым. Нужно тут закругляться.

Громов спорить не стал, молча скрывшись за дверью. В коридоре ещё несколько секунд продержалась тишина, предшествующая новому витку обсуждения оказавшихся на повестке дня вопросов, после чего Белль, решив не терять времени даром, всем корпусом повернулась ко мне:

– Изерелли – заметный род, Лександр, – начала она без предисловий, лишь немного понизив голос. – Роксана умна, упряма и очень‑очень редко делает что‑то без причины. И я скажу прямо: её интерес к вам выглядит личным. Что, впрочем, не означает, что он только личный, – «только» Сориар намеренно выделила тоном. – Если вы действительно были близки в детстве, то у меня ещё меньше причин ей отказывать…

– Насколько вообще восьмилетние дети могут быть близки? – недовольно бросила Эльза, задав риторический по своей сути вопрос. – И что дальше?

– Если Роксана хочет в «кружок по интересам», то лучше впустить её на наших условиях, – пояснила Белль, глядя попеременно то на меня, то на Эльзу. – Отказ не убьёт её интерес, это очевидно. Просто перенаправит в другое русло… и это может оказаться чревато. А официальное её вступление позволит установить хоть какие‑то внутренние правила…

– Изерелли не выглядит как человек, которого смутит риск нарушения каких‑то там правил в невнятном полуподпольном кружке, – не согласился я. – Что, впрочем, не отменяет того факта, что отказать ей – значит спровоцировать на… устроение нам мелких и досадных неприятностей.

«А ещё мне будет проще знать, где она мне будет „угрожать“, чем гадать, когда и в каком месте эта леди решит объявиться снова».

– Пф‑ф, – Эльза фыркнула. – Это будет слишком мелко для аристократки, ставящей себя так, как это делает она.

– Да простят меня военачальники рода Изерелли, но я знаю Роксану, и могу подтвердить слова Лександра, – блондинка перевела взгляд на меня. – Она не пакостит в том смысле, который принято вкладывать в это слово, но обеспечить небольшие, разносторонние и неприятные уколы – вполне в её духе.

Эльза развела руками:

– Значит, моё представление о ситуации меня же и подвело, – девушка демонстративно вздохнула. – Тогда мне пока нечего сказать. И это «пока» затянется надолго, из‑за некоего… информационного вакуума.

– Как изящно ты обозвала отсутствие связи со внешним миром, дорогая кузина, – хмыкнул Виктор, оперевшись на стену. – Так что же, леди Сориар, к чему вы ведёте?..

– К тому, что Роксана действительно может нам помочь, – пояснила девушка. – Формально я уже оформила часть документов, но теперь, со всеми новыми регламентами, прежнего пакета недостаточно. Нужно обновить регистрацию нашего «клуба», утвердить расписание и состав, уведомить Имперскую Безопасность и, наконец, выглядеть достаточно благонадёжно…