Лекс.Трилогия (СИ), стр. 132

Россыпь множества небольших, юрких, разлетевшихся веером в поиске уязвимых мест снарядов закружилась вокруг конструкта, обрушиваясь на стыки и щели, но безрезультатно – тот, кто поддерживал конструкт, не ошибся, даже когда под нагрузку попали дополнительные части этой монструозной «брони».

Спустя секунду уже шесть лучей плазмы обрушились на титановый «гроб», плавя металл и нарушая целостность его составных частей, исчезающих от перегрузок.

– Почти пробили, проф! – радостно рявкнул один из террористов, смещающийся после каждого залпа. – Ещё чуть‑чуть!..

Но лидер энтузиазма подчинённого не разделял:

– Двойка, четвёрка, берите восьмого и уходите, живо! Время!

Двое диверсантов, замешкавшись на секунду, отделились от группы и метнулись к носильщику. Тот уже активировал катализатор и приподнялся над землёй, когда из массивного «рюкзака» за его спиной выросли тонкие, материализованные металлические лапки, обеспечивающие мобильность даже с грузом на руках.

– Девица стойкая до ужаса, – процедил он, поправляя ношу. – Вторую дозу вколол, а она всё брыкается. Скоро затихнет…

Второй и четвёртый не ответили – лишь материализовали такие же лапки, приподнявшие их тела над землёй…

В отблесках плазмы блеснула ртуть, и три головы, отделившиеся от тел, взлетели в воздух. Тела рухнули, как подкошенные, а жгут матово‑чёрного жидкого металла подхватил Мариэллу за талию, расплылся вокруг неё коконом и выдернул в сторону – прямиком к фигуре, окружённой расплывчатым, искажающим свет маревом.

Лекс поймал девушку, закинул её на плечо и выпрямился, пройдясь пальцами по кнопкам переехавшего на бедро катализатора.

Боевая часть группы, ещё не успевшая толком осознать случившееся, развернулась. Титановый кокон, который они атаковали до сего момента, беззвучно исчез – и вырос вновь, но теперь не вокруг Лекса, а между парнем и диверсантами.

Сотни его элементов, массивных и матово‑чёрных, вдруг замерли, а спустя миг начали срываться с места, вспахивая дёрн, перемалывая в щепу деревья и тела тех, кто не успевал уклониться от описанной каким‑то безумным ритмом атаки.

Кубы и пирамиды били вразнобой и хаотично, вздымая пыль и вынуждая диверсантов тратить время на защиту. Один из бойцов, не успевший ни прикрыться техникой, ни отступить, переломанной куклой отлетел к ближайшему дереву. Другой расслабился, выйдя из области поражения масштабной техники, когда его ударило едва‑едва, по касательной, но даже этого хватило, чтобы переломать ему половину рёбер.

– Отходим, живо, живо! В погоню, эта мразь отступает!.. – лидер группы первым отрастил стальные лапки, органично дополнившие его броню, и бросился за беглецами.

И оставшиеся в живых, сцепив зубы, последовали за ним.

Ртуть несла меня вперёд, пока катализатор ощутимо припекал бедро даже сквозь плотную ткань штанов. Мысль прицепить устройство на ногу была исключительно верной, потому что браслет накалился в момент, а от тряски Мариэлла не просто не потеряла сознание, а стала биться в руках с удвоенной силой, пытаясь вырваться.

Движения её были хаотичными, но резкими и отчаянными.

– Хватит, Мариэлла! – рявкнул я, хлопнув её по заднице. – Свои! Прекращай, или я тебя вырублю!

Она затихла, хоть и не сразу. То ли узнала голос, то ли просто выбилась из сил окончательно. Проверять было некогда.

«Эти люди… они куда подготовленнее террористов‑смертников. Опытные операторы эрикс‑искусств? Похоже на то. По крайней мере, пока так легко и непринуждённо титан не плавил никто», – я покосился на браслет, на дисплее которого ошибка всплывала за ошибкой. Злосчастные прерывания приходилось компенсировать вручную, тратя лишние силы и перегружая устройство. – «Но и я уже кое‑что понимаю в том, как правильно раскрыть свои возможности. Даже с катализатором попроще…».

За спиной раздался треск и грохот, а затем до моих ушей донёсся знакомый, нарастающий гул. Рефлексы сработали вперёд мысли: титановый блок материализовался за спиной, приняв на себя электрический разряд.

Белоснежные, с голубыми отблесками дуги перетекли на всё вокруг, поджигая траву и деревья, а я распределил за своей спиной с десяток мощных светляков, сверкающих на манер прожекторов – и следующий разряд прошёл в стороне, запалив ещё один клочок парка.

«Не уничтожены. Двое? Трое. И на Мариэллу им уже наплевать. Проклятье…».

Из‑за собственных светляков я не сразу понял, что впереди замелькала хорошо кем‑то освещённая аллея, и, вылетев на неё, поначалу растерялся.

Взгляд скользнул по десятку человек охраны Академии в полном боевом, по троице гвардейцев, нацеливших на меня катализаторы… будь это враги, то пережить удар было бы чертовски сложно.

Но их миссия была отягощена тем, что по «полю боя» весело скакали студенты, и до опознания цели ни охрана, ни гвардейцы атаковать не спешили.

– За мной трое! – я бросил себя за спины охранников, развеивая светляков и стягивая к себе ртуть, поддерживать которую становилось всё сложнее. – Может, больше. Террористы.

Гвардейцы отреагировали первыми – один сместился ко мне, быстро и чётко размещая на передовой щиты из незнакомого мне сплава алого оттенка, а двое перевели внимание на стену деревьев, разойдясь в разные стороны.

– Ранены? – бросил гвардеец, концентрации которого хватало и для возведения защит, и для пригляда за нами.

– Если только девушка, – я не торопился опускать Мариэллу на землю, как не торопился и прерывать все восемь активных техник материализации.

– Медики в пути, – бросил гвардеец, демонстративно закрывая нас своей широкой спиной в отливающей бронзой броне.

На всё про всё с момента моего появления на аллее прошло немногим больше десяти секунд, а на нас уже выскочил первый террорист.

Первый же залп охраны и гвардии был нацелен на обезвреживание – кулаки спрессованного холодного воздуха столкнулись с появившимися лишь на миг «волнорезами» из металла, переломав деревья и кусты за спиной врагов.

Ответный залп был страшен: рассчитывая нагнать меня, террористы всё ещё уповали на плазму.

Две пылающих струи смыли троих охранников так, что от тех остались лишь обугленные головёшки, а их барьеры истаяли, словно дым. Третий террорист отстреляться не успел – один из бойцов гвардии ударил первым, и переломанное тело отлетело в кусты.

Потери мигом прекратили всякие попытки бескровного задержания со стороны защитников Первой Академии. Охрана разверзлась целым ворохом техник, которые, впрочем, сильно не дотягивали до того, что могли показать террористы: снаряды, огонь, взрывы и снова снаряды до своих целей просто не добирались.

Для защиты обе стороны применяли привычные мне металлические блоки разной толщины и формы, вот только если я по привычке и по дурости пытался «держать» материализованные объекты, тратя силы уже после отражения удара, то тут они появлялись на мгновение, сталкивались с разрядом, пламенем или снарядом, и исчезали.

И этого оказывалось достаточно в большинстве случаев: материализация в эрикс‑искусствах не требовала времени и ничего не стоила, в отличие от того же процесса в магии воплощения.

«Вот оно», – я смотрел за происходящим в оба глаза, нарастив вокруг себя и Мариэллы толстый слой ртути – её поддержание без внешнего воздействия ничего мне не стоило. – «Настоящий бой. Совсем не то, что можно найти в сети. Совершенно другой уровень и подход, другие приёмы…».

Я отдавал себе отчёт в том, что никто не будет оставлять для изучения кем угодно реальные боевые методики, но такой разницы не ожидал совершенно.

«Фактически, в сети показывают уровень карапузов в песочнице – красиво, эффектно, но бесполезно против реальных профессионалов», – я проводил взглядом ещё одного охранника, не успевшего выставить защиту перед квази‑электрическим разрядом, продолжающим стекать с тела на землю ещё некоторое время. – «Справился бы я, восприми меня всерьёз полный отряд с первых секунд? Будь я проклят, если на этот вопрос можно дать точный ответ. И проверять это мне бы не хотелось».