Командор. Том 3 (СИ), стр. 31

Корпус упал в море, подняв во все стороны волны и брызги воды, но сразу не затонул. Шипел игниум, но пламя никак не затухало. Даже под водой какое-то время будет гореть.

Уничтожено надёжно, такое не отремонтировать. Вот бы снять это всё на плёнку, но под рукой камеры не было, само собой.

Да и наблюдать некогда. Надо найти нашего радиста, транспорт, собрать раненых и валить отсюда, пока враг не отправил за нами погоню. И возвращаться к бою.

Я пошёл в точку, где мы должны были встретиться, и услышал там звуки стрельбы. Палил ручной пулемёт и наши автоматы АВР, узнавал их по звуку.

Надо торопиться. Я сконцентрировался, глядя вперёд, почувствовал в груди жар, а в голове пульсирующий шар, и шагнул. Один раз, второй…

И на третий уже был ближе. Переместиться получилось куда проще, чем раньше. И пока враг не понял, что случилось, я сразу начал рубить бойцов в чёрной форме и пустынных платках.

Когда меч исчез, в моей руке оказалась глефа Моктара. Когда исчезла и она, я швырял инфов, не прикасаясь к ним, на расстоянии. Тела разлетались, врезались в деревья, а я бил, прикрывая наших. В ушах давило, будто сквозь вату доносился свист и гул призванных клинков, а выстрелы и крики будто куда-то исчезли.

В какой-то момент я вытянул вперёд руки, и пальцы зазудели, по ним пошли судороги. Но я держал их.

Внезапное шипение и грохот оглушили, но мне удалось воспользоваться новой силой! Красная молния сорвалась вперёд, прошла по дереву, которое тут же треснуло внутри и начало обугливаться, и задело пустынника с ручным пулемётом. Запахло гарью.

Тело врага разнесло на куски, будто кто-то засунул ему гранату в живот. Тут окружающие звуки вернулись, но я всё равно почувствовал, что хотя бы здесь стало тише. Паникующий враг, не ожидавший видеть здесь такого, убегал.

Слышно только, как рвётся боеукладка упавшей крепости, а каркас ещё никак не тонул.

— Свои! — рявкнул я, хотя это и так было понятно.— Сержант, доложите!

— Все на месте. Раненый жив, но рядовой Пехин, с которым он прыгал, вывихнул ногу, идти не может. И рядовой Ерёмин, — сержант усмехнулся, — отказывается прибыть на пункт сбора, — он не сдержал смех.

— Что смешного, сержант? — спросил я.

— Виноват, господин командор, — он поправился.

— Снимите меня, — тем временем заорал Ерёмин.

Оказывается, его парашют зацепился за ветки деревьев, и он висел, болтая руками и ногами.

— На твоё счастье они кровожадные, — заметил один из бойцов, смотревший на него с земли. — И вместо того, чтобы сразу стрелять, они захотели взять тебя живым, чтобы кастрировать.

— Суки какие! — протянул Ерёмин.

— Отошли все.

Я вызвал меч, и вскоре рядовой лежал на земле, потирая лодыжки. Но идти мог. Бойцы нашли грузовик, уже размещались там, а ко мне подбежал радист. Я тут же развернул его спиной к себе и взял трубку сам.

— Цитадель, — проговорил я. — Говорит Орёл-1. Как слышно, приём.

— Слышим вас, Орёл-1! — рация зашипела. — Приём!

— Фейерверк видели?

— Так точно, Орёл, — услышал я радостный голос Станислава Варга. — Возвращайтесь. Откуда вас забрать?

Я глянул на сержанта.

— Квадрат 1−3-4–4, — подсказал он, сверившись с картой, и я передал координаты на штаб.

— Отправляйте такси, Цитадель. Конец связи, — а своим добавил. — Полетим к нашим. Давить надо дальше, пока враги не оправились.

Бойцы, наблюдающие за тем, как рухнула вражеская крепость, радостно загудели. Да, после такого боевой дух точно на высоте. А вот насчёт врага я бы так не сказал.

Штаб Железного Легиона…

Генерал Эрик Хардален стоял на холме, глядя, как крепость Донар, объятая огнём, рухнула в море и уже почти затонула. А самолёты, вылетевшие с её борта, кружили над местом аварии. Будто пчёлы потеряли улей.

— Свяжись с Накамурой, — сказал Хардален, — пусть оставит место на своих авианосцах. Им надо где-то сесть. Там же наши лучшие пилоты.

— Адмирал Накамура отказался их принимать, — сказал адъютант, капитан со шрамом на лице. — У него нет мест.

— Тогда свяжитесь с нашими людьми на их авианосце! — вспылил генерал. — Пусть вытолкнут их летающий хлам в море, чтобы сели наши!

— Но господин генерал…

— Выполнять! — и добавил спокойнее: — Пусть отправит самолёты в бой, за это время наши заправятся и взлетят, мы отобьём аэродром, и они сядут там.

Адъютант ушёл выполнять приказ. Генерал Хардален закрыл глаза, будто это могло помочь, но шипение перегретого игниума и взрыв боеукладок всё равно было слышно.

— Это конец, — пробормотал он.

Позади раздались шаги, и Хардален сразу понял, что это его сестра.

— Мне жаль, Эрик, — сказала Анна.

— Всё кончено, — глухо проговорил он. — Отец не простит мне потерю крепости. Лишит титула наследника, я потеряю шанс стать императором, и им будет Накамура. Потому что он точно отвоюет этот остров. Всех своих людей положит, — он сжал кулаки, — но всё равно будет кричать, что принёс благо для империи. И выберут его.

— Если он сможет отвоевать хотя бы один остров, — заметила Анна. — Сейчас силы Юнитума перейдут в контрнаступление, а Загорский сразу нарушит сделку. Но зато у тебя, Эрик, появился хороший шанс.

— Какой это? — Эрик нахмурился.

— Воевать там, где это принесёт больше пользы.

— Помогать тебе отвоёвывать Юнитум? — генерал хмыкнул.

— Не мне. Отступи, пусть Накамура сам здесь воюет. А ты потом собери остатки этой армии после разгрома, и пусть они воюют за тебя. И когда всё закончится, ты сам станешь императором. Ты достоин этого больше всех…

Она начала его хвалить, хитро глядя на него, а Эрик Хардален слушал, мечтая о чём-то своём.

Имперский штаб на борту крепости «Императрица»…

— Где огранский десант и вторая бригада морпехов? — спросил Станислав Варга, нависая над столом с картами. — Они уже должны были начать высадку, а у нас прибыла только третья бригада морской пехоты. Выясните, почему задерживается подкрепление.

Связист ответил уже через несколько минут:

— Генерал Загорский объявил, что остров Ардента уже захвачен имперской армией, и доложил об этом в столицу. Поэтому подкреплений не будет.

Варга сжал кулаки, но промолчал, хотя некоторые офицеры отчаянно при этом заругались матом.

— Направьте шифрограмму в нашу столицу, — подумав, сказал Станислав. — Пусть хоть Генштаб его расшевелит. Тут ещё много работы.

А из динамиков донёсся голос старшего помощника Извольского:

— От имени контр-адмирала всему экипажу объявлена благодарность за содействие в полном уничтожении вражеской крепости.

Эту новость встретили радостными криками, но Станислав, подумав о чём-то своём, склонился над картой, где были позиции пехоты из гарнизона.

— Их всё равно давят, — проговорил он, немного подумав. — У врага появилось много самолётов, им негде сесть. Поэтому Накамура может отправить свои, чтобы освободить место, и они начнут там всё бомбить. Развернуть здесь ПВО. И здесь тоже.

Штабные тут же начали всё это прорабатывать.

База пятой бригады РВС Огрании…

— Вы там в своём уме, Цитадель? — ревел Ван Ли в гарнитуру радиостанции. — Где я возьму вам ПВО?

— Вам будет прислан груз, Орёл-2, — отозвались из штаба. — Сбросим сейчас установки, разверните их побыстрее.

— У меня нет специалистов для этого!

— Так роди их где-нибудь! — не выдержал собеседник. — Для вас же стараемся! Если враг подведёт авианосец поближе, вас там всех разбомбят без прикрытия! Столько держались, чтобы под конец вас всех размазали?

— Да ты пойми, у нас тут танки лезут…

— Так придумай что-нибудь! Начинаем выгрузку. Конец связи!

На крепости уже начали открываться грузовые люки, чтобы сбросить дополнительную технику. Кеннет посмотрел в небо, приложив руку к козырьку потрёпанной фуражки.