Командор. Том 3 (СИ), стр. 3

Выстроившиеся гвардейцы дали залп в небо, и Алексей Громов невольно вздрогнул. Он понял, что это не осталось незамеченным, ведь генералы и прочие министры начали шептаться, поглядывая на него.

Молодой император, недавно вернувшийся в империю, положил руку на амулет со свечой предка, висящий на его шее. Огонёк чьей-то души, что жила внутри, его успокаивал.

Алексею нравилось думать, что там душа кого-то из героев прошлого — императора Павла Громова, Небожителя Инжи Дерайга, генерала Загорского… или даже душа его прабабки Катерины.

Он иногда думал, что именно они сделали бы на его месте. И добавлял мысленно, что никто из них не дал бы так собой крутить. Хотя прабабка, быть может, его бы поняла. Ведь она тоже в юности жила в другой стране и не горела желанием обретать власть. Но обстоятельства сложились иначе.

— Церемония не закончена, Ваше Императорское Величество, — резким голосом сказал адмирал Борис Климов, подходя к нему со спины. — Проследуйте к памятнику.

— Мне бы хотелось поесть, — произнёс Алексей.

— Позже будет обед. Сейчас вам нужно присутствовать там.

И кто здесь главный, император или адмирал? Но Громов не решался с ним спорить. Адмирал Климов вообще вёл себя как хозяин, и его боялись. Ведь его мятеж удался.

Но всё равно много кто расслабился. Зато когда здесь был узурпатор, все эти генералы и прочие по струнке ходили, опасаясь вызвать его гнев. Сейчас об этом забыли.

Гвардейцы, сопровождающие правителя, шли мимо кладбища, спрятанного в парке у военной академии. С давних времён здесь хоронили Небожителей и Наблюдателей Великих Домов, здесь же была усыпальница Громовых.

Нерские стрелки держали в руках парадные винтовки с ручным затвором, но гвардейские нарландские штурмовики никогда не расставались с тяжёлой защитой и автоматическими дробовиками даже на парадах.

Они шли за Громовым. Но не как охрана, а как конвой.

И тут Громов заметил беседку, спрятанную подальше, и двинулся туда. Очень уж она уютная, и место красивое.

— Ваше Императорское Величество, — обратился к нему капитан-гвардеец. — Вам нужно прибыть…

— Да дайте уже посидеть, — с раздражением бросил Алексей.

Капитан тут же отошёл, склонив голову.

Беседка совсем старинная, деревянный пол вовсю скрипел, а серая краска, которой было покрыто всё, не скрывала возраст дерева. Только скамейки были новыми, на одну Громов сел.

Сразу начал снимать ботинок, его беспокоил камешек, застрявший внутри. Гвардейцы заняли позиции вокруг беседки, чтобы оберегать его. Ну или чтобы он не сбежал.

С этого места было видно, как студенты академии шли сплошным потоком. Настроение у них приподнятое, ведь сегодня отменили занятия в честь визита императора, а после парада они поедут в город отдыхать.

Громов выругался, вытряхнул камешек и надел ботинок. Надо идти, но ему не хотелось во всём этом участвовать. Впрочем, его мнения не спрашивали.

И тут он увидел, как к беседке идёт старый человек, опираясь на клюку.

Охрана пропустила его без лишних вопросов, даже вытянулись, как перед генералом, вскинув руки в знак приветствия.

— Господин Варга, — произнёс Алексей, узнав старика.

— Ваше Императорское Величество, — прохрипел тот. — Вижу, вы нашли любимое место моего отца.

Анатолий Варга, один из старейших жителей империи и патриарх когда-то Великого Дома Варга, с кряхтением сел на скамейку напротив императора. У старика была привилегия сидеть в присутствии правителя ввиду возраста.

А ещё он был канцлером империи, и Громов знал, что не всех это устраивает в новом кабинете министров. Но это было его ценой за помощь в перевороте.

— Он приводил меня сюда, — продолжал вспоминать старик, — когда я ещё был сопляком. Больше ста лет назад, надо же, — он засмеялся. — А будто это было вчера.

— И о чём вы говорили? — вежливо спросил Громов.

— О вас, — сказал Анатолий, — о династии Громовых. Во всей империи не было такого же преданного сторонника династии, как мой папаша. Вот и он учил меня, что делать, чтобы Громовы всегда оставались на престоле.

— Понятно, — пробормотал император, не зная, что говорить.

Он подумал, что сейчас старик будет на что-то его подбивать. Так делали все, когда оставались с ним наедине. Пусть все дела решал адмирал Климов и его союзники, но без подписи Громова они мало что могли сделать.

— Отец всё шутил, — продолжал старик Варга, — что ему нравится это место, ведь здесь тихо и спокойно, никто не будет ему мешать, когда его похоронят. Но у него был своеобразный юмор.

— Я слышал, — робко проговорил Алексей.

Отсюда был виден памятник человеку, сидящему за пультом боевой ригги. Тот самый Ян Варга, отец Анатолия.

— Впрочем, людям, которые давали ему клятвы верности, приходилось над ними смеяться, — старик хмыкнул. — Но его всё равно уважали.

Громов смотрел на него, пытаясь понять, что ему нужно. А амулет на шее будто начал греться сильнее, но не как во время угрозы, а просто, будто реагировал на этого человека.

— Уважения добиться не просто, — продолжал Варга. — Отцу подчинялись, но уважать начали, когда поняли, что он ради своих принципов пойдёт на всё. И его генералам даже пришлось проглотить то, что он прекратил кровную месть Рэгвардам. Хотя его отца убили за меньшее.

— К чему вы это говорите? — спросил Громов.

— У вас другая ситуация, Ваше Императорское Величество, — старик смотрел на него. — Но вы можете на это повлиять. Главное — не торопиться, и однажды им придётся считаться с вашим мнением.

— Я не понимаю…

— Я старик, мне больше ста двадцати лет, я заговариваюсь, — Варга усмехнулся и начал подниматься. — Но мой папаша ещё не разрешал мне умирать. Главное — помните, кто всегда был на стороне империи, а кто хочет использовать ситуацию, чтобы забраться повыше.

Он ушёл, император тоже не стал задерживаться. Через несколько минут Громов присутствовал на церемонии, где возложил цветы у ног огромного шагохода, стоящего у главного корпуса академии.

Перед риггой на подставке был закреплён амулет, такой же, как у него. Это предок Лингерта Риггера, который раньше находился в этом самом шагоходе, но сейчас был на открытом воздухе. Алексею показалось, что обе свечи внутри амулетов всего на мгновение засияли ярче.

Затем адмирал Климов объявил собрание императорского совета, которое провели прямо в учебном корпусе. Это было необычное место, но почему именно сейчас, Алексей понял быстро.

Но на академическом острове было всего несколько советников, хорошо знакомых Климову, остальные были в столице или в разных землях. И можно принять решение без них.

— Ваше Императорское Величество, — проговорил Климов, выпрямляясь во весь свой немалый рост. — Я бы хотел обсудить состав совета. Учитывая преклонный возраст господина Анатолия Варга, я считаю, что ему нужно отдыхать, а не заниматься политикой.

— Он же мне помогает, — сказал Громов.

— Он и дальше будет помогать, — возразил адмирал и смахнул пальцем пылинку с рукава своего синего мундира. — Но не на постоянной основе. Когда потребуется его совет, можно будет его навестить. Но пусть он живёт где-нибудь в более мягком климате.

— Я думаю, адмирал прав, и старику нужен покой, — добавил руководитель императорской службы безопасности Лацис. — На юге есть хорошие курорты.

Министр финансов Дарелли, министр обороны Макдугал и командующий ВВС имперской армии генерал Кибирев согласно закивали.

— Разве вам не жаль старого бойца, Ваше Величество? — спросил полковник Сребин, командир императорской гвардии. — Он заслужил отдых. Столько лет служил империи и снова готов продолжать. Но он устал.

— Но господин Анатолий Варга ещё бодрый, — возразил император.

— Проголосуем, — объявил Климов. — Совет…

— А вы решили голосовать без меня, адмирал?

Дверь открылась, и старик Варга вошёл в кабинет, где собрались все. Климов со злостью посмотрел на гвардейцев, но у тех под шарфами на груди висел значок золотой ели. Это нерские стрелки родом с севера, для них семья Варга всегда была нечто большим, чем просто знатью.