Командор. Том 3 (СИ), стр. 17

— Передавай на крепость, — подозвал я Гвоздя. — Начинаем.

— Есть, — отчеканил он, и тут же начал крутить ручки.

А с холма видно огни кораблей, высаживающих войска на берегу. К врагу шло подкрепление.

Глава 8

Согласно верованиям культа предков, большинство умерших после смерти сливается с игниумом, давая минералу такую силу, а сами обретают покой. Но люди, отличившиеся при жизни, могут попасть в свечу и наблюдать из неё за своими потомками.

Культ предков не подразумевает концепцию ада или чистилища, но, тем не менее, некоторые последователи верят, что души предателей, трусов и тех, кто не смог отомстить врагу, попадают сначала в чистилище, а затем в преисподнюю, которую они называют «Вечным пламенем».

— Справочник «Религиозные течения Юнитума». Гуманитарный университет Урбуса.

Я, наконец, встретился с командиром пехотинцев. Капитан, высокий мрачный мужик, сидел у дерева и собирал жетоны. Перед ним уже лежала целая горка.

Хотя бы командир с виду тёртый калач и понимает, куда попал. Потому что под его командой совсем пацаны.

— Не потеряй, — он сунул жетоны помощнику и посмотрел на меня. — Ну что, десант? Что делать будем?

— Будем работать, капитан, — я протянул ему руку. — Командор Климов.

— Майор Вихрев, — он сжал мою руку.

— Много их? — спросил я.

— Дохрена, — сквозь зубы проговорил капитан. — Ещё крепость палит по нам почём зря. И ещё говорят при этом, что не стреляют!

— Крепость не открывала огонь, — я выдержал его взгляд. — По вам могут палить корабли.

— Слишком мощные пушки для эсминцев, — возразил он, — а линкоры в эти воды не войдут, рифов много. И мин там полно ещё со времён императора Константина, до сих пор взрываются. Ладно, — Вихрев кивнул. — Про вас, командор, я слышал, так что врать вы не будете. Что-то другое, значит, нас мочит.

Мы отошли подальше от места боя. Капитан иногда давал короткие команды, но объяснял мне всё, что я спрашивал и что мне нужно было знать. Потому что там, сверху, на крепости, видно далеко не всё.

Но суть всё та же — враг лезет, но делает вид, что это не он, и это не война, а просто кто-то напал. Это придумано на случай, если очередная авантюра Дискрема не выгорит.

Хотя это уже другой масштаб. Не батальон диверсантов и сепаратисты, а целая подготовленная армия.

— Мне нужна помощь на местности, — сказал я. — Утром придут наши морпехи, но чтобы у них удалось, нам надо сделать своё дело. Повоюем, капитан?

Вихрев молчал несколько секунд.

— Некому воевать, командор, — наконец выдавил он. — Видишь, кто у меня с собой?

— Твои пацаны, — сказал я громче, — первыми за целых пятьдесят лет всыпали передовым частям Железного Легиона, — я показал на тело мёртвого высокого блондина, который свернулся клубочком после попадания в живот. — Ну а с Чёрной Стражей и сухарями мы и сами дрались пару раз. Надо ещё раз им показать.

Капитан снова молчал, оглядывая остатки своего отряда. Но ночь не кончилась, нам нужно задействовать всех, кто есть. Или они все трупы. Третьего не дано.

— Собирай всех, кто есть, — продолжил я. — И будем давить. Мы вам не бросим. Всю ночь будем их долбить. А твоих раненых, — добавил я, — заберу на крепость, здесь их не оставим. Договорились, капитан?

— Договорились, — он кивнул и повернулся к своим: — Подъём! Наши пришли! Встречать их будем! Хватит лежать! Подъём, бойцы!

Высадилась ещё вертушка, затем ещё одна. Прибывали корректировщики огня и части первого батальона. А второй батальон будет высаживаться на западе острова.

Так что сейчас будет экзамен, выучили ли мы все уроки той бойни или нет.

Вскоре всем на холме распоряжался прибывший Бронин, я ему не мешал, занимался своими делами. Что Бронин, что Флетчер недавно были повышены до майоров, и теперь нет такого, что и ротные, и комбаты ходят в капитанах.

Я разговаривал по рации с Ван Ли и штабом на крепости, слушал донесения разведки. То тут, то там начинались боестолкновения, но враг, похоже, считал, что это контратаки Пятой бригады, и давил на их базу сильнее. Надо бы ударить нам самим, чтобы наши парни там смогли хоть ненадолго выдохнуть.

Что хуже всего, в эфире исчез голос Пальмы-1, а это полковник Семёнов, командующий бригадой. Ни его, ни начальника штаба в эфире не было. Лишь бы не пала база, без помощи пехоты операция усложнится в разы.

Вскоре ко мне подошёл чем-то встревоженный Бронин.

— Командор, — тихо позвал он. — Там высадка идёт, пацаны засекли. Очень много их идёт.

— Накрой их ракетами, Боря, — я махнул рукой. — Скажите, что я разрешил.

— Сделаем. Когда банда Флетчера высадится, добьём скоро гадов.

Как крепость разнесёт врага, я хотел посмотреть и сам. Да и с холма открывался хороший вид на бухту. И пока враг не предпринял контратаку, надо рассмотреть побольше.

Корректировщики назначали цели вовсю, но крепость пока не стреляла. Она занимала нужную позицию, чтобы ударить сразу с трёх артиллерийских башен и добавить ракетами. Нужно сделать это в один момент, пока враг не понял, тогда урон будет колоссальный.

А пока она разворачивалась, мы следили за высадкой.

Море казалось чёрным, но вдали видны огни. Высадка шла полным ходом. К берегу подходил корабль и выгружал всё, что было на нём, после отходил, давая время другому.

Мы не мешали, ждали, когда соберётся больше целей.

Один из кораблей выгрузил целый взвод шатунов, которые с уханьем пошли на север. Своим ходом приплыло несколько плавающих танков и боевых машин пехоты, которые прикрывали катера.

Следующий крупный десантный корабль привёз танки.

Тяжёлые штурмовые модели «Преторианец М-19» Железного Легиона ползли по песку очень тяжело, они там вязли. Зато основные боевые танки «Гладиатор М-3» и самоходки «Тэппо» шли бодренько. Они расположились у края джунглей, ожидая подхода бульдозеров, чтобы те расчистили им путь.

Ладно. Свою бронетехнику прямо сейчас высаживать не будем, «Преторианцы» её разнесут, да и крепость пока не подходит близко, чтобы высаживать танкетки напрямую. И вертушки нам не очень помогут, потому что с каждым взводом тяжёлых танков находились шатуны.

Враг вполне мог понять по опыту боёв, что как штурмовые машины эти шатуны бесполезны, но зато как машины поддержки танков и ПВО могут пригодиться лучше.

Войска врага прибывали. Там были лёгкие бронемашины и тяжёлые, инженерные и сапёрные, мостоукладчики и машины минирования. Здесь почти целый полк, и для наших тяжёлых ракет это хорошие цели.

— Пошли, — радостно сказал Бронин, прижимая к уху трубку радиостанции.

Я и сам видел, что враг узнал о ракетной угрозе. На пляже началась паника, зазвучала сирена, а высоко в небе появилась яркая светящаяся точка, которая падала вниз. Следом ещё одна и ещё.

Крепость выпустила тяжёлые ракеты класса «Преисподняя-12». Не самые дальнобойные из её арсенала, но зато самые мощные.

И это не говоря о том, что на определённой дистанции от земли боеголовки разделятся на три части каждая. А если я ещё добавлю кое-что своё…

Но…

— Сбивают, суки, — Бронин сжал кулаки.

Яркие вспышки поднимались со стороны моря, и вскоре чужие ракеты ПВО летели нашим наперерез.

Взрывы слышались долго, ракеты взрывались прямо в небе далеко над целями. Впрочем, не всем хардаленцам от этого было легче, потому что обломки падали прямо на них.

Я видел, как загорелся лес, где укрывалась пехота, и как уничтожило мост. Затем начала бить артиллерия крепости, но от неё был не такой урон, как мог быть от ракет.

— Передай на крепость, — велел я связисту, — что у них противоракетные эсминцы у берега.

— Пригнали корабли, гады, — добавил Бронин. — И как прошли через мины и рифы?

Но через несколько минут мы поняли, что морской флот к этому отношения не имел.

Крепость, десантная палуба…