"Фантастика 2026-188". Компиляция. Книги 1-13 (СИ), стр. 205

— За это вы их так, товарищ полковник? — Человек-из-нейрополимера придал своему голосу нотки укоризны. — Люди несоизмеримо ценнее роботов.

— Нет, не за это! — отверг обвинение Нечаев. — А за то, что оба этих урода в ответ на требование «Аргентума» прекратить междоусобную резню заявили, что я должен выдать им ещё роботов! Видите ли, я им обязан предоставить достойные условия для жизни! Вот теперь я наглядно объясняю обоим пельменям, что, во-первых, я им ничего не должен вообще. А во-вторых, это они обязаны мне по гроб жизни. Потому что если бы не я, то ХРАЗ давно бы выпотрошил их, как булку с изюмом! А если бы не «Коллектив», то их давно бы выпотрошил я сам!

— При всём уважении, товарищ полковник, — сурово произнёс Человек-из-нейрополимера, — это не методы «Коллектива»! И вы об этом знаете!

— И что мне теперь, расцеловать их? — насупился П-3.

— Отпустите людей немедленно! — приказал Сеченов.

— Есть! — отчеканил Нечаев, разжимая руки.

Оба жирдяя с истеричным визгом рухнули в бездну, и Сеченов устало поинтересовался:

— Ну и что ты сделал, сынок?

— Выполнил приказ! — отчеканил П-3. — Отпустил их!

— Достаточно! — нахмурился академик.

Нечаев испустил нарочитый вздох и кивнул кружащим в воздухе стальным балеринам. Близняшки спикировали на падающих баронов, подхватили визжащих жирдяев и понесли в разные стороны, каждого к своему посёлку.

— Товарищ полковник, я указываю вам на недопустимость подобных методов в будущем, — сурово заявил Человек-из-нейрополимера. — Сынок, «Коллектив» не применяет репрессий, мы можем только ответить ударом на удар, не более того. Это один из наших основополагающих принципов, сколько можно говорить об этом?

— Насчёт репрессий я полностью согласен. — П-3 обернулся к ведущему трансляцию «Каракурту» и посмотрел Сеченову в глаза. — Но рамки силового воздействия на наиболее одиозных представителей анархистов необходимо расширить, пока тут не вспыхнула война всех со всеми, с которой в итоге придётся разбираться нам! Я, как командир отряда «Аргентум», официально поднимаю этот вопрос перед всем «Коллективом». Пусть каждый участник выскажет позицию.

— Хорошо, ваш вопрос принимается. — Сеченов дотянулся мыслью до профессора Лебедева и произнёс: — Прошу Академию Последствий собрать математическую модель по существу поставленного вопроса и выложить её в Массив для всеобщего доступа.

— К вечеру будет готово, — откликнулся Лебедев. — Что внести в модель в качестве описания сути вопроса, товарищ полковник?

— Да всё то же самое, о чём «Аргентум» твердит весь крайний год, — хмуро заявил П-3. — Не надо путать анархистов с участниками «Коллектива», это не одно и то же! Все, кто хотел быть в «Коллективе», уже в нём! В Африке собрались только непримиримые, которые ненавидят нас принципиально, и у них есть причины. Почти все они бывшие чиновники, сотрудники министерств и правительств, влиятельные полицейские чины, обанкротившиеся представители большого бизнеса, корпоративные клерки из топ-менеджмента. Кое-кто был шишкой в армии или спецслужбах, плюс преступники и рецидивисты, никогда не желавшие трудиться и не собирающиеся желать этого сейчас!

Полковник Нечаев перевёл дух и продолжил более спокойно:

— Они очень даже хорошо устроились: «Коллектив» бесплатно построил им роскошные коттеджные посёлки, бесплатно выдал каждому по гражданскому роботу-обслуге, а это, на минуточку, двести миллионов роботов, да ещё держим тут роботизированные больницы, на которые эти дебилы периодически устраивают вооружённые налёты ради медикаментов, которые потом продают друг другу. Спрашивается: зачем им что-то менять?! Им и так отличненько! Они живут как паразиты и будут жить дальше. Те, кто послабее, роются в заброшенных городах и торгуют тем, что удалось найти. Те, что посильнее, объединились в мафиозные кланы и крышуют первых, попутно воюя за сферы влияния. За год на землях анархистов не появилось ни одного серьёзного промышленного предприятия, потому что среди них попросту нет рабочего люда. Зато производство наркотиков идёт в ритме здоровой конкуренции, потому что у каждого мафиозного клана оно своё.

П-3 сделал красноречивую паузу и сурово подытожил:

— Никто тут не хочет работать и никогда не будет. Своим потворством этому «Коллектив» лишь взрастит себе врага, который потом будет стрелять нам в спину и устраивать диверсии в том же «Нео-Пекине», когда он сюда прилетит ради культурного обмена. Поэтому мы предлагаем силовое подавление всех вооружённых мафиозных группировок. Ну или хотя бы силовое подавление тех, кто ведёт активные боевые действия. И нечего снабжать анархистов новыми роботами всякий раз, когда эти дебилы перестреляют друг другу старых!

— Это очень жестокий комплекс мер, на который «Коллектив» не пойдёт, — насупился Сеченов. — То, что вы предлагаете, сделает нас ничем не лучше анархистов!

— Да мы всем лучше анархистов, что бы ни произошло! — решительно отмахнулся Нечаев. — Зачем плодить у себя за спиной убийц с ножами за пазухой?! В общем, пусть «Коллектив» решает, что делать. Мы поставили свой вопрос!

— Завтра к исходу дня «Коллектив» получит результаты вычислений, которые математическая модель поставленного вопроса проведёт на основании мнений каждого участника. — Человек-из-нейрополимера убедился, что Массив транслирует происходящее на весь «Коллектив». — Со своей стороны прошу всех учесть: помимо указанных категорий анархистов среди Независимых есть ещё обычные люди, которые были вовлечены в «Коллектив» ХРАЗом насильно, через принудительную П-вакцинацию. А также те, кому удалось её избежать. Эти люди боятся «Коллектива», но не являются непримиримыми! Их среди анархистов около половины, и именно за их умы мы и боремся!

— Этих наши нововведения только порадуют, — возразил Нечаев. — Им придется меньше рисковать во время стычек между бандами, если этих стычек станет меньше. И вообще, может, половина из них примчится в «Коллектив» ради долгожительства, как только профессор Захаров запустит в массы технологию искусственных тел. Лично я больше переживаю за то, чтобы «Коллектив» не оказался настолько бесхребетным, что начнёт делиться этой технологией с анархистами ради дурацкого человеколюбия. Нам только бессмертных террористов в будущем не хватало!

— Завтра «Коллектив» огласит своё решение. — Сеченов отдал Массиву указание начать сбор мнений и подвёл итог: — Вернёмся к этому вопросу через сутки.

Человек-из-нейрополимера закрыл общую трансляцию, и «Каракурт» убежал на место, ловко перемещаясь с внешней палубы на нижнюю поверхность дна «Кондора». Сеченов перешёл на личный канал связи, дождался ответа П-3 и спросил:

— Как твоё состояние, сынок?

— У меня всё в порядке, Дмитрий Сергеевич. — Нечаев с улыбкой расправил плечи. — После модернизации моё тело работает как часы, никаких сбоев. И после того, как товарищ Кузнецов вернул меня к жизни, я больше не испытываю болей в области головного мозга, огромное ему за это спасибо. От него по-прежнему нет никаких известий?

— Нет, — покачал головой Сеченов. — Он исчез бесследно. Его возможности превышают доступные «Коллективу» технологии, поэтому определить его местонахождение мы не в силах. Полагаю, он появится сам, когда посчитает нужным. Как себя чувствует Екатерина?

— Можете спросить у неё сами. — П-3 указал рукой на стремительно приближающихся стальных балерин.

Обе близняшки совершили посадку возле него, и одна из них подошла к Нечаеву.

— Здравствуйте, Дмитрий Сергеевич! — Блесна подключилась к каналу Человека-из-нейрополимера. — Со мной всё хорошо, мозг внутри робота работает идеально! Я опасалась, что на него будут влиять перегрузки во время полётов и форсажных ускорений, но новая конструкция черепной коробки близняшек показала себя очень надёжно. Спасибо вам огромное!

— За это надо благодарить Харитона Радеоновича, — уточнил Сеченов. — Его вклад в разработку этой технологии максимален. У тебя есть нарекания по взаимодействию со второй близняшкой? Скорость отклика, время реакции, помехоустойчивость? Что-то ещё, помимо данных телеметрии, которые я получаю от вас ежедневно?