Добежать до выпускного, стр. 18
А Егор слушал-слушал, а когда все три пары закончились, сказал:
— А ты крутая, оказывается.
— Мне нужно, чтобы моя группа сдала этому перцу с первого раза и вся. А то уедет, и ищи потом ветра в поле, — пожала плечами Вита.
И что же, в итоге оказалось, что группа Виты в самом деле сдала вся и сразу, конечно, и с тройками, и с дополнительными вопросами, но сдали же. А в группе Егора не сдали трое, и потом была какая-то отдельная морока с тем, чтобы им изловить препода и получить этот зачёт. Получили только в нынешнем году, когда уже другой препод приезжал прочесть тот же спецкурс нынешним третьекурсникам. А тогда…
Вита устала, пока всем всё объяснила, всех затолкала в аудиторию, где принимали тот зачёт, и всех дождалась, и потом ещё нос сунула в ведомость и в зачётки — всем ли поставили, а то уже бывало всякое. Вообще, такое деканат должен проверять, но Лилия Семёновна, тамошняя сотрудница, обычно докапывалась до студентов, чтобы сами контролировали. Вита с первого курса привыкла контролировать.
А Егор, очевидно, не привык. Они столкнулись как раз возле деканата — Вита убедилась, что все зачётки принесли и ведомость в порядке, и вышла, и увидела его.
— Ну что, твои все сдали? — спросила.
— Нет, трое остались.
— А мои все.
— Даже Рыков с Гориным?
— Даже Рыков с Гориным. И Мирская, и Шустова.
— Как тебе удалось?
— Да вот удалось, — если честно, Вита устала не передать как и уже очень хотела пойти уже домой, поесть и выдохнуть.
— Правда крутая. А я думал, тебе за красивые глаза пятёрки ставят.
Ну вот ещё, нашёлся тут.
— А тебе за что? За модную стрижку? Или за то, что папа спонсор? — Она тоже может не щадить, особенно если устала.
— Да ладно, прости. Наверное, я и вправду где-то не допинал до конца. Слушай, пошли поедим? Большая перемена была как-то давно. А я знаютут поблизости одно место, там сытно и вкусно.
Вита хотела послать его со всеми его выкрутасами и предложениями подальше, но… почему-то не стала.
— И что же, ты готов пойти в то место с заучкой, которая ходит только в библиотеку, на конференции и на пары?
Она и впрямь такое о себе слышала.
— Я хочу пойти с девушкой, которая не только красивая, но ещё и умная. Просто красивых, поверь, хватает.
Ну да, ну да, он вроде с Амалией встречался где-то на первом курсе, а потом ещё с Ксюшей из своей группы.
— Да у нас хватает умных так-то.
— А рыжих больше нет. Ни одной, — и улыбается. — Скажи, ты тему курсового проекта уже выбрала?
— Конечно, давно.
— Менталка или стихии?
— Менталка.
— О, я тоже. Ты у Анатольича?
— Конечно.
Анатольич как раз пришёл к ним работать зимой, когда внезапно уволилась и уехала Ольга Фёдоровна, предыдущий препод по менталке и тоже их куратор.
— И кстати, как он вам? Лучше Фёдоровны?
— Мне кажется, да.
В общем, у них внезапно нашлось о чём говорить. И в тот день, и ещё на следующий, и снова, и снова. А потом они как-то вышли после пар из училища, чтобы пойти поесть, а на улице такая метель, что другой стороны и не видно, ну да в марте такое случается. Дверь открыли, а им в лицо как прилетит порыв ветра со снегом! И Егор тут же повернул её спиной к ветру, и они посмотрели друг на друга — все в снегу, и он тает, и у него на реснице снежинка…
— У тебя на губе снежинка, — прошептал он и коснулся своими губами того места.
— А у тебя на реснице, — не осталась в долгу Вита.
— А у тебя…
Как-то так вышло, что они взялись за руки и побежали прямо в этот снег, и Вита поскользнулась и упала, Егор поднял, но тут уже оба не удержались и завалились в успевший нападать сугроб, и пока поднялись, все промокли. А потом ещё побросались друг в друга снежками, побегали по небольшому скверику напротив Сибирско-Азиатского банка и упали на скамейку, смахнув с неё перед тем остатки снега. И так это оказалось здорово, что…
Если бы в тот день ему не идти на тренировку, наверное, гуляли бы дотемна. А так пришлось расстаться, но на следующий день встретиться и пойти — снова и снова. Потом ещё и домашки вместе делали, и к экзаменам готовились, и к защите проектов. И на практику попросились вместе, а практика у менталистов-отличников была вот прямо в магической управе — смотрели, чем там люди заняты, какие вопросы решают, какие документы там ходят, какие сотрудники нужны. Практика до обеда, а после обеда — весь город всё равно что для них одних. И они гуляли до ночи, прошли пешком, наверное, во всех возможных направлениях. Тем более что Инга с семьёй уехала на море, Ольга — в Петербург, а Кира — домой.
Татьяна отбыла на гастроли, и Вита на две недели осталась, по сути, предоставлена самой себе. Так-то доводилось уже, не маленькая уже. Но тут Вита прямо насмелилась и позвала Егора домой… и он радостно согласился. И казалось, они и впрямь созданы друг для друга, потому что… как иначе-то?
И хорошо, что несколько дней её вовсе никто не видел, потому что она могла думать только о нём — о том, как сердца бились в унисон, как от простых прикосновений все равно что молнией пробивало, как бессвязные слова казались откровением. И когда девчонки вернулись, то посмеивались — всё, пропала Витка, что теперь будет-то?
А ничего, семестр начался, и Вита поняла, что успевает всё. И учёбу, и всякое прочее, и Егора тоже. И он… успевает. И всё у них хорошо.
Так вот хорошо или показалось?
* * *
Но Егор встретил в обычном месте, будто ничего не случилось.
— Привет, ты как?
— Да нормально, — улыбнулась Вита.
Улыбнуться оказалось тяжело.
— Ночь-то спала?
— Мало, — пожала она плечами, не глядя на него. — Долго сидела в сети, искала инфу к семинару по ключевым точкам. Может, получится не ездить в универовскую библиотеку.
— Да ладно, можно ж в нейронку загнать, и напишет ответы, — пожал Егор плечами. — Это ж не магия.
— И проверять потом за ней факты до утра, конечно. Будто не знаешь, что Милевская не спустит, если чушь скажешь.
Преподаватель общей истории у них именно что из универа и именно что не спускает, если говорить чушь, если какой фактический косяк в презентации и если кто-то читает, запинаясь, и не понимает смысла прочитанного. Но это просто теоретический предмет, ничего более, никакой магии. Зато нужна память, умение анализировать и делать выводы и умение говорить. И кто-то справляется, а кто-то — нет. Зачёт же будет нужен всем.
— Да ты чуши не говоришь, — улыбнулся Егор.
— Стараюсь, — кивнула Вита и побежала на первую пару — практику по стихийке.
Всю практику она просидела и промолчала. И только в самом конце, когда Ксения Петровна заинтересовалась — что вообще происходит, отчего Вита молчит — пришлось улыбнуться и сказать, что готова выполнить любое задание, а пока — давала возможность коллегам проявить себя наилучшим образом.
— Молодец, — кивнула Веснина. — Ладно, сиди, про тебя я и так всё знаю.
И дала ещё одно задание персонально Амалии. Та фырчала, но делала.
Дальше практика по менталке, у всех, а у некоторых — репетиция.
— Слышь, что происходит? — спросила Инга по дороге в актовый зал. — Ты совсем не себя не похожа!
Вита задумалась… и поняла, что сомнениями по поводу Егора она поделиться как раз может. Это не та глобальная ситуация, которая пока по-прежнему непонятна, это как раз дело житейское.
— Да, ерунда происходит, — и рассказала.
И про вчерашнее, и о разговоре после Гришкиной инфы.
— Что-то как-то вроде и не сказать, что всё плохо, но и не хорошо, — вынесла вердикт Инга. — Слушай, ты не хочешь куда-нибудь сходить без него?
Вита подвисла. Она давно уже никуда не ходила без Егора, и вообще давно никуда не ходила, потому что учёба эта чёртова. Кстати, нужно ещё ж в дипломную работу глянуть, вообще, она давно выполнена, но лежит, Анатольичу не отослана, потому что нужно ещё раз свежим взглядом, а откуда тут взяться свежему взгляду?