Нежеланная невеста. Тайна Черного дракона. Книга 2, стр. 14
— Колье, — одним словом велел капитан.
Фэйра усмехнулась и сняла украшение с шеи. Будто знала, что как только оно попадет в чужие руки, один из камней вспыхнет и растворится в воздухе, оставив пустую оправу. Артефакт самоуничтожился.
— И как это понимать? — рассердился капитан.
— Как хотите, — дернула плечом Фэйра. — Последний раз говорю — я не имею отношения к отравлению.
— Тогда это что? — в руке капитана как по мановению появилась прозрачная банка, в которой лежало что-то едва заметное. Реджина даже не сразу поняла, что.
— Откуда мне знать? — с презрением спросила Фэйра.
—Я подскажу, — любезно ответил капитан. — Это ампула, в которой хранился яд.
— И какое отношение это имеет ко мне?
— Кое-кто видел, как вы прятали его в одной из ваз. Избавлялись от улики. И несколько капель пролили себе на платье.
— Серьезно? — расхохоталась Фэйра. — И кто же видел меня, позвольте узнать?
— Имя пока не разглашаем, — было ей ответом.
— Слушайте меня внимательно капитан. Слушайте и запоминайте. Меня оклеветали. Должно быть, тот, кто сделал это, и есть настоящий отравитель, — прошипела старшая придворная дама. — Немедленно отпустите меня! Вы разве не понимаете, кто я такая?
— По-моему, это вы не понимаете, что совершили, — грохнул кулаком по столу капитан.
Признаваться Фэйра не желала и вела себя дерзко. Будто была уверена, что ее вину никто не докажет. Реджине в какой-то момент самой начало так казаться — пока в кабинете не появился маг. Он о чем-то переговорил с капитаном, а после обратился к Фэйре, которая смотрела на него с презрением.
— Госпожа, свидетель утверждает, что вы пролили немного яда себе на юбку, когда прятали ампулу.
— Я ничего не прятала! — выкрикнула старшая придворная дама, начав нервничать. Реджина заметила, как забегали у нее глаза.
— Дело в том, что «Дыхание бабочки» оставляет на ткани определенный магический след. Его легко можно отыскать, применив простенькое заклинание.
— И что? — по-змеиному взглянула на мага Фэйра.
— Я предлагаю вам согласиться на эксперимент в присутствии понятых, разумеется, чтобы вы могли доказать свою невиновность и опровергнуть слова свидетеля, — продолжил капитан.
Фэйра вдруг расхохоталась, откинув голову назад.
— Не собираюсь!
— Почему же?
— Потому что меня подставили. Вы наверняка что-то найдете. Иначе не говорили бы с такой уверенностью. Кто этот свидетель, капитан? Скажите мне, кто? Хочу посмотреть ему в глаза… Вернее, ей. Это ведь кто-то из моих придворных дам, не так ли? Решили подставить меня… Предательницы… Ненавижу… — зашептала Фэйра, и Реджина хмыкнула — должно быть, она начала сдавать позиции.
— Значит, вы отказываетесь? — спросил капитан хищно.
— Именно, — гордо ответила старшая придворная дама.
— Этим самым вы бросаете на себя еще большую тень. К тому же нам придется заставить вас сделать это. Надеюсь, вы это понимаете?
— Я понимаю, что меня подставили! Я бы не стала убивать эту дев… Госпожу Изабелль, — поправилась Фэйра.
— Проведем эксперимент и убедимся в этом. Или в обратном, — хмыкнул капитан и вызвал одного из гвардейцев. — Привести понятых. Во-первых, герцогиню как хозяйку дома, во-вторых, нескольких влиятельных гостей. Дело серьезное.
— Слушаюсь! — отчеканил гвардеец и выскочил из кабинета.
Реджина же, услышав свое имя, со всех ног помчалась наверх, в спальню. И когда в ее двери постучались, она чинно сидела за столом, делая вид, что разбирает корреспонденцию.
Спустя десять минут она и несколько высокородных уже находились в кабинете. Они сидели на мягких диванчиках, а побледневшая Фэйра, сжав губы, стояла у окна между двумя гвардейцами. Она пыталась держаться, выглядеть смелой, но Реджина видела, как нелегко ей это дается.
Маг начал эксперимент — взмахнул рукой, шепча слова заклинания, и старшую придворную даму окутало сиреневое облачко, которое, впрочем, стало быстро таять в воздухе. Присутствующие дружно ахнули — на ее светлом строгом платье появились алые следы. Сначала они были почти незаметными, однако с каждой секундой разрастались все больше и больше, и вскоре стало казаться, что ее платье заляпано кровью.
— Что и требовалось доказать, господа, — провозгласил капитан. — Уважаемые понятые, вы можете наблюдать на ткани следы от яда «Дыхание бабочки». Госпожа Фэйра Эйтил, вы официально обвиняетесь в покушении на убийство Изабелль Ардер.
Старшая придворная дама стиснула кулаки и яростно что-то зашипела, но что именно, Реджина не поняла — Фэйру силой увели прочь. Герцогиня улыбнулась. Обвиняемый был найден. Это все значительно упрощало. Главное, чтобы девчонка осталась жива.
Глава 7
Тонкие пальцы Эштана коснулись золотисто-пшеничных волос Белль, разметавшихся по подушке. Глаза ее были закрыты, под ними залегли глубокие тени. Длинные изогнутые ресницы подрагивали.
— Противоядие подействовало? — тревожно спросил маг, и Эштан отдернул руку. Не хотел касаться девушки при посторонних, о которых уже совершенно забыл.
— Должно было, — отрывисто ответил Эштан. — Нам остается лишь ждать.
— Что будет, если ее невеста принца не придет в себя? — вздохнул маг. — Должно быть, нас всех ждет наказание. Как же гвардейцы ничего не заметили? И замковая охрана… Да и я… Но магического вмешательства не заметил, смею сказать. Что же делать? Император, должно быть, всех нас на рудники отправит…
— Время ли думать о себе? — резко повернулся к нему Эштан. Его опалило яростью, и она вспыхнула в его глазах так ярко, что маг опешил.
— Простите, ваше высочество, — поклонился он тотчас, понимая, что сболтнул лишнего. — Я взволнован, а потому говорю чушь. Разумеется, больше всего я переживаю за жизнь ее милости.
— Принесите звездной воды, — велел Эштан. Его раздражала болтовня.
— Да-да, сейчас!
Маг исчез, а Эштан склонился над лежавшей без сознания Белль. Даже во сне она была хороша собой. Он убрал с ее щеки прилипшую прядь волос и, на мгновение потеряв самообладание, коснулся краешка приоткрытых губ.
— Все будет хорошо, — тихо сказал он, проводя пальцем прямую линию по нижней губе. — Обещаю.
Он убрал руку, понимая, что не должен делать этого, и прикрыл глаза, вспоминая сегодняшний вечер.
Эштан следил за Белль. Осторожно, стараясь не привлекать внимания. Он и в замок Семи ветров приехал для этого — чтобы увидеть ее. Эштан и сам не понимал, почему так много думает о ней. Почему вспоминает запах ее волос. Летний, теплый, солнечный. И блеск зеленых глаз — широко распахнутых, наивных, но с хитринкой. Таких глаз не бывает у тех, кто живет во дворце. Таких глаз он никогда не встречал у темных. Вместо тьмы в них всегда был свет. Только при этом тьму Белль Эштан чувствовал изначально. Он встретил ее раньше, чем Даррел. Только тот снова отнял то, что принадлежало ему.
Не выдержав, Эштан все же пригласил Белль на танец — так сильно хотел прикоснуться к ней. Ему хотелось прижать ее к себе, обнять, зарывшись носом в волосы, дотронуться до нежного лица, однако он сдерживался и вел себя так, как и полагается вести высокородному. Эштан думал, что после танца желание касаться Белль пропадет хотя бы ненадолго, однако оно лишь усилилось. Он скучал. Он действительно очень скучал по ней.
Когда Белль упала, Эштан кинулся к ней без раздумий, хотя это могло вызвать подозрения. Но об этом ли он думал, видя, что она умирает? Белль была словно сломанная кукла, которая угасала с каждым мгновением.
Он сразу понял, что это яд. «Дыхание бабочки», жидкое проклятие. Один из немногих ядов, которые могли подействовать на драконов. Без запаха, вкуса и цвета. Идеальное орудие для убийства. Яд делали из сушеных крыльев редкого вида бабочек в одной из горных провинций империи Шио. И долгое время он был секретом Прозрачных теней — клана наемных убийц. «Мао» — так называли их на языке ши. Именно таким ядом была отравлена императорская семья около трехсот лет назад, когда во время войны между Вечной империей и Шио убийцы проникли во дворец. Лишь младший принц, которому на тот момент не было еще и десяти лет, остался в живых — слишком мало яда попало в его организм. Лучшие лекари и маги империи бились почти сутки, чтобы создать противоядие третьего класса — самого высокого и сложного. Принца удалось спасти, и род Ледяных драконов не прервался. Рецепт противоядия был сохранен, и Эштан нашел его в закрытой императорской библиотеке, когда искал литературу по редким ядам.