Как найти безымянного фейри (ЛП), стр. 78

41

ПРИНЦЫ ИШШИИ



Их разбудила буря среди взволнованных безделушек, громко снующих по каминной полке.

— Небесная Мальва, — пожаловался Рок, выражая то же чувство, что и Жизель, и отказываясь сдвинуться с места, где лежал, крепко обняв ее. Темп звяканья безделушек увеличился.

— Не думаю, что это прекратится, пока мы не встанем, — Жизель неохотно высвободилась из хватки Рока и села. Половина безделушек успокоилась; другая половина продолжила плясать. — Рок. Думаю, тебе тоже нужно встать, — сказала она со смехом в голосе.

— Я сплю, я сплю, — поворчал он, усаживаясь и сердито глядя на свой дом, и шум наконец прекратился. — И с чего бы…

— Жизель! — Кто-то выкрикивал ее имя, издалека, но голос приближался. Странный толчок узнавания прошел по ней. Она знала этот голос. Эти голоса, во множественном числе, поняла она, когда крики стали ближе.

— Где она? — услышала она властный, звонкий требовательный тон Бьёрна. Жизель знала, как он выглядел в таком настроении, держась прямо и повелительно.

— Наверняка только что проснулась от всего этого шума, что вы устроили, — Апфела вовсе не звучала испуганной.

— Если ты навредила ей… — голос Бьёрна опустился до тихой угрозы.

— О, перестань махать этой палкой, глупый мальчишка. Ты расстраиваешь дом.

— Расстраиваю дом?! Покажи мне, где она, или я расстрою куда большее.

— Я вам не чертов дворецкий, чтобы мной командовали, — язвительно сказала Апфела. — Убедите дом показать вашим милым персонам, если желаете.

— Мой брат хочет сказать, что мы очень хотели бы знать, в безопасности ли наша сестра, — натянуто произнес ее младший брат Сейферт.

— Та дверь вон там открылась сама по себе! Туда!

Голоса приближались.

Жизель застыла в немом изумлении, но надвигающаяся реальность ситуации внезапно заставила ее выскочить из кровати.

— Надень что-нибудь! — зашипела она на Рока, который озадаченно моргал, к тому же абсолютно голый.

Она развернулась, едва не споткнувшись в спешке, нашла халат и завязала узел как раз в тот момент, когда в дверь спальни раздался резкий стук.

— Жизель? Ты там? — Снова Бьёрн. При других обстоятельствах ее могла бы тронуть обеспокоенность в его голосе.

Дверь открылась.

Взволнованное лицо Бьёрна обмякло от облегчения, и прежде чем Жизель успела понять, что происходит, ее крепко обняли и… попросили прощения? Вся ситуация была настолько ошеломляющей, что ей было трудно воспринимать слова брата. Возможно, он просто не выражался достаточно связно. Она также остро сознавала присутствие Рока в своей кровати.

Жизель ощутила момент, когда Бьёрн тоже осознал этот факт. Он застыл и отступил, одновременно вспыхнув и впившись взглядом в Рока. Крошечное вздрагивание подсказало: Бьёрн заметил пирсинг на соске.

— А вы, сударь, кто такой? — потребовал он тон, полным максимального величия.

Рока, разумеется, нисколько не обеспокоил этот испытующий взгляд. Он склонил голову, откинувшись на изголовье.

— Я мог бы спросить вас о том же, учитывая, что вы в моем доме без приглашения.

Сейферт, все еще стоявший в дверях, прикрыл рот рукой, подавляя кашель, прозвучавший подозрительно похоже на смех.

Жизель решительно надавила на грудь Бьёрна, пока тот не сделал шаг назад.

— Это Рок. Ради всего святого, идите и подождите внизу. Я спущусь через минуту.

Бьёрн начал раздуваться, как лягушка-бык от возмущенного несоблюдения приличий.

— Ты не должна…

— Похоже, немного поздно для сцены шокированного брата, Медведь, — сказал Сейферт. — Пошли. Дадим ей одеться.

Он положил руку на локоть Бьёрна и увел брата, но его проницательные глаза ненадолго остановились на Роке, сузившись и давая понять, что он далеко не так легкомысленно относится к этому повороту событий, как звучит.

Дверь за ними закрылась. Жизель ошеломленно уставилась на нее, пока не убедилась, что они вне зоны слышимости, а затем зашлась приступом хихиканья. Рок выбрался из кровати, поднял ее и без лишних слов потянул к себе на колени, гладя по волосам, поскольку смех грозил перейти в рыдания. Она плакала и смеялась, уткнувшись в его плечо, потому что ее семья была здесь — или, по крайней мере, ее часть — и на мгновение Бьёрн обнял ее так, словно она была самым важным человеком в мире, и она не знала, что это значит, кроме того, что была рада его видеть, и это тоже причиняло боль.

— О, моя дорогая, — мурлыкал ей Рок, отчего она икнула. Он принял это с невозмутимостью. — Так это твои братья, я так понимаю? — спросил он после того, как она вернула свои своенравные эмоции под подобие контроля.

Она слабо усмехнулась.

— Да. Не знаю, что они здесь делают. Как они вообще сюда попали?

— Спустимся и спросим их? Небесная Мальва препроводил их в гостиную. — Его взгляд стал отрешенным, но он улыбался, когда вернулся в реальность. — Нисса, похоже… либо развлекает их, либо угрожает им? Мне не совсем понятно. Я также совершенно готов выставить их вон, если хочешь.

Жизель покачала головой.

— Нет. Мне лучше одеться. — Она начала высвобождаться из его объятий, сделав паузу, когда заметила новое золотое созвездие, украшавшее его кожу и вьющееся вверх по грудной клетке. Увидев ее взгляд, он протянул руку над головой, чтобы лучше показать его. — Зингибер, — прошептала она, протягивая руку, чтобы прикоснуться к узору. — Ты вернул его к жизни.

Она еще не полностью постигла все чудо этого, тот факт, что теперь он способен на подобные вещи.

Он перехватил ее руку и поцеловал кончики пальцев.

— Я не поблагодарил тебя за то, что ты сделала вчера, снова спасла меня. — Он помялся. — И за то, что наделила меня именем, когда я сам себя не знал.

Она не могла прочесть выражение в его разноцветных глазах.

— Тебе это очень не нравится? Если бы я знала, что ты застрянешь с любым прозвищем, которое я придумаю, я могла бы называть тебя Домиником Штормом все это время.

Он поднялся на колени и поцеловал ее, страстно и без предупреждения.

— Нет, — сказал он, отстраняясь. — Я твое Проклятие, и я не желал бы ничего иного. — В том, как он это сказал, звучал недвусмысленный акцент.

— Связь между нами исчезла? Сейчас все ощущается иначе, но твои глаза оба были золотыми, ненадолго, перед тем, как я дала тебе новое имя. Теперь они такие же, как были прежде.

Он склонил голову, и эхо старых книг вместе с терпким запахом горячего металла закружились в воздухе, а цвет его глаз стал более ярким.

— Именем своим я освобождаю тебя от любого долга, остающегося между нами, от любого договора, что связывает.

Ровным счетом ничего не произошло.

— Что-то должно было измениться? — спросила Жизель спустя мгновение.

Он покачал головой.

— Просто проверяю.

Но в его глазах что-то было.

— Я все же как-то снова соединила нас, — догадалась она.

Он вздохнул.

— Это не то, о чем ты думаешь. Это не связывающие узы.

— Я думаю о том, что истинные имена — это основа магии фейри, и что то, что ты принял мое имя для себя, создало свою собственную связь между нами.

Его губы изогнулись.

— Ладно, тогда это именно то, о чем ты думаешь.

И снова в его глазах появилось выражение, которое она не могла прочесть, и Жизель могла бы поклясться, что он собирался сказать что-то еще, прежде чем передумал.

— Твои братья будут гадать, что с тобой, — произнес он вместо этого. — Ты хочешь, чтобы я был рядом?

Ей хотелось расспрашивать его дальше, но он был прав. К тому же, печально подумала она, этим утром ее и так ждал один сложный эмоциональный разговор. Тот, который нужен им с Роком, она могла отложить еще ненадолго.

42

ПРИМИРЕНИЕ



При иных обстоятельствах Жизель посмеялась бы над сценой, представшей перед ними в гостиной. Ниресса растянулась на кушетке, к счастью, отдыхая и уложив травмированную лодыжку на подушку. Выглядела она получше, хотя с естественным зеленоватым оттенком ее бледной кожи понятие «получше» было относительным.