Как найти безымянного фейри (ЛП), стр. 76

Он вздрогнул, его невольное движение к ней запнулось.

— Румпельштильцхен! — приказ Аверна прозвучал как хлыст, и Рок с судорожным вздохом возобновил движение.

Эта фальшь резала слух.

— Мое Проклятие, — повторила она, заменяя чужую ложь собственным именем для него.

На этот раз Рок полностью остановился. Его глаза расширились.

Приказ Аверна прозвучал снова — невидимый громовой удар, и мускулы Рока задрожали от порыва подчиниться, но он не шелохнулся. Он жадно втянул воздух, не отрывая взгляд от ее лица, словно оно оставалось единственной вещью во всем мире.

— Скажи это еще раз?

— Мое Проклятие. Это ты? — тихо спросила она.

— Да, — ответил он с полуулыбкой. — Это я. Всегда.

Он выдохнул, и все напряжение стекло с него, как вода. В воздухе начали собираться золотистые искры, похожие на маленьких светлячков.

— Иди сюда! — снова приказал Аверн, протягивая руку.

Рок никак не отреагировал. Вместо этого он прикрыл глаза и сделал глубокий вдох. Вместе с воздухом внутрь хлынула золотая энергия. Аверн лишился своей неестественной яркости, Рок же обрел ее. Он мгновенно стал болезненно красивым: каждая его веснушка превратилась в крупицу чистого золота на сияющей коже. Волосы вспыхнули красным, как угли. Когда он открыл глаза, они горели словно две звезды-близнецы — одна холодная, другая горячая, — и ее сердце подпрыгнуло от вида глаз, которые она знала.

Инсигния Рока разлилась по саду, гася на своем пути холодный огонь и принося взамен аромат пергамента, металла и кое-чего нового: скошенной травы в самом разгаре лета.

Он повернулся к Аверну. Первоначальное свечение угасло, но отпечаток жизненной силы остался.

— Тебе здесь не рады.

Дикий шок исказил лицо Аверна.

— У меня твое имя! Я связываю тебя!

— Нет, ничего подобного. У тебя нет ничего, — произнес Рок.

Он направился к Аверну. В воздухе зашипел жар металла, когда Рок поймал Аверна своим взглядом — тем самым пугающим образом, который заставлял думать, будто он видит сквозь ткань, кожу и кости. Аверну это понравилось не больше, чем фавну: его губы скривились в оскале.

Рок заговорил медленно, его голос зазвенел подобно удару большого колокола:

— Ты бессилен. Ты никому и ничему не приказываешь.

Магия начала густеть, стремительно собираясь вокруг Аверна. Это была сила Рока во всем ее ужасающем великолепии: он воплощал кошмар Аверна.

Глаза Аверна расширились, впервые отобразив настоящий страх. С паническим ревом он бросился на Рока. А у Рока инстинкт самосохранения и в лучшие времена оставлял желать лучшего, а уж сейчас он и вовсе стоял полностью отстраненный, погруженный в то место, куда уходил каждый раз, когда призывал свою высшую силу. Жизель очень, очень хотелось знать, сколько времени требуется на воплощение кошмара, потому что она подозревала: слишком долго.

Даже бросившись к этой парочке, Жизель знала, что не успеет, учитывая скорость фейри. Отрицание закричало внутри. Аверн не получит Рока, только не после всего этого. Она не позволит.

Сила выплеснулась из нее — зеленая, золотая, лишенная малейших сомнений. Этот сад принадлежал ей, как и фейри в его центре. Древесина с треском заскрежетала о камень, когда из земли разрослись огромные сплетения листьев и лоз, подхватив Аверна прежде, чем тот успел дотянуться до Рока. Шипы мстительно впились в его плоть, и на одно мгновение Жизель сама стала этими шипами, ощутив тошнотворное чувство въедающегося в плоть острия. Она споткнулась, когда сила вырвалась из-под контроля, а лозы поднимались все выше и выше, превращаясь в густые заросли во всех направлениях. Земля дрожала, пока их корни пробивали себе путь глубоко в грунт.

Даже израненный, Аверн был быстр как змея, отскочив от колючей стены. Его одежда порвалась и окрасилась кровью, а губы сжались в уродливую линию.

— Ты, — прорычал он. — Он не твой!

Жизель широко расставила ноги, чувствуя, как зелено-золотой гул магии ревет в ней, и насильно подчинила его своей воле. Все шипы едва заметно развернулись в сторону Аверна.

— Что ж, он уж точно не твой, — отрезала она.

Прежде чем Аверн успел шелохнуться, высшая магия Рока достигла кульминации, обрушившись на принца единым жестоким ударом. Ни одно существо в мире не смогло бы уклониться, но Аверн тем не менее попытался, метнувшись в сторону. Сила настигла его в воздухе и сбила с ног, разрывая тело невидимыми когтями.

Аверн издал животный звук — смесь боли и паники. Лед и шампанское его магии угасли под неумолимым напором ванили, металла и скошенной травы. На мгновение Аверн вспыхнул настолько ярко, что Жизель пришлось зажмуриться. Когда она снова посмотрела, он лежал, тяжело дыша, и он был… меньше. Его белокурые волосы, прежде похожие на сверкающие кристаллы льда, теперь свисали тусклыми, бледными прядями. Глаза стали блекло-голубыми. И когда он сделал пасс для заклинания, никакого запаха магии не последовало. Вся краска сошла с его лица.

«Ты бессилен», сказал Рок. «Ты никому и ничему не приказываешь». Жизель вздрогнула.

Аверн поднялся на ноги, словно раненый волк, выражение его лица сулило смерть.

Жизель приготовила шипы, хотя и гадала, сколько магии в ней осталось, прежде чем она рухнет без сил.

Аверн прыгнул.

Рок выбрал именно этот момент, чтобы наконец очнуться от транса. Он метнулся вперед, перехватив Аверна в воздухе и швырнув его через весь сад.

— Хватит! — рявкнул он на него.

Его хвост яростно ходил из стороны в сторону, увеличившись вдвое от вставшей дыбом шерсти. Его когти оказались измазаны кровью там, где он сжимал Аверна.

Жизель обмякла, ослабив мертвую хватку на терновых кустах. Ее тело сразу выразило протест против недавнего обращения.

Внимание Рока тут же переключилось на нее:

— Ты цела? — спросил он, с тревогой осматривая ее.

— Да. Просто меня немного потрепало. — Она подошла и встала рядом с ним, ища его руку и нуждаясь в поддержке, несмотря на кровь.

Взгляд Аверна скользнул к их сцепленным пальцам, и под его маской проскользнула сложная эмоция.

— И чего ты от меня ждешь? — пусто произнес он. — Без магии мне никогда не удержать свой двор.

— Знаю, — холодным голосом ответил Рок. — Уходи и никогда не возвращайся.

Глаза Аверна сузились. Жизель знала: он собирается сказать что-то, призванное ранить, отравленное ядом давнего знакомства и общей истории.

— И лучше начинай идти прямо сейчас, — сладко добавила она. — Потому что у тебя есть всего три дня, чтобы найти противоядие от яда этих шипов. Надеюсь, у тебя найдется достаточно друзей, которые помогут тебе, даже когда у тебя станет меньше силы, чем у них. Может, этот опыт тебя чему-то научит.

Глаза Аверна вспыхнули, но он не стал тратить время попусту. Вместо этого его фигуру окутало облако мерцающих искр, он уменьшился, но появилось вместо него вовсе не тело белого ястреба.

Это была маленькая голубка, которая издала одинокое воркование испуганного возмущения от своего нового облика и стремительно взмыла в небо.

40

МАГИЯ БОЛЬШОГО КОТА



Жизель смотрела, как исчезает голубка. Мир казался странно тихим теперь, когда грохот силы утих, хотя она слышала приближающийся гвалт голосов и топот бегущих ног. По-видимому, каждый стражник в дворце теперь стремился прямо к ним, и замок на садовых воротах не удержит их надолго.

— Зингибер! — внезапно вспомнила она, бросаясь обратно к коту.

Он лежал неподвижно на солнце, его лапы выглядели еще более противоестественно обмякшими, чем это бывало у котов. Окровавленные полосы от когтей ястреба портили его шерсть. Он, похоже, не дышал.

— Зингибер, — молила она, гладя его бок.

Он не шевелился.

Осторожно подняв кота, Жизель прижала его к груди. Его тело казалось маленьким и хрупким, абсолютно не вяжущимся с его характером.