Как найти безымянного фейри (ЛП), стр. 45

Она решительно отправила Рока за напитками, а сама пристроилась рядом со знойным фавном с синими, пышными кудрями, торчавшими во все стороны. По наряду и внешности Жизель не могла угадать его пол — существуют ли в стране Фейри дезьемы⁸? Надо будет спросить у Рока. Галийский посол такого рода — ни мужчина, ни женщина — однажды прибыл в Ишшию и поверг двор в хаос любопытства и дипломатических местоимений.

Дезьем или нет, но по тому, как фавн боком придвинулся к ней, она сразу узнала любителя придворных сплетен, который пусть и стоял на обочине светской жизни, но наслаждался превосходством собственных знаний обо всех ключевых фигурах. Такой человек явно захочет выяснить, не приходится ли Жизель родственницей королеве.

И вправду, едва Рок отошел, фавн завел разговор.

— Как меняются времена, а? — Он неопределенно жестикулировал бокалом, полным шипучей зеленой жидкости. — Я помню, когда Золотой Зал был просто камнем.

— Его назвали не в честь цветов? — спросила Жизель.

— Коухаи появились позже, подарок невесты старого короля, но они не прижились бы, не люби он ее. А теперь они растут из любви к ее сыну.

Жизель подумала о Небесной Мальве.

— Зал живой?

— Любое место в стране Фейри, где достаточно долго живут люди, рано или поздно просыпается. — Фавн издал самокритичный смешок. — Хотя мое собственное жилище даже дверь запереть не умеет, а я живу там десять лет. Но Золотой Зал — старая душа, он живой настолько, насколько вообще может быть доминум.

— Прекрасный замок. И прекрасный бал, — согласилась Жизель. — Я никогда не бывала на подобных. Я слышала, где-то здесь есть даже гадалка!

— Вон та, в желтом, — подтвердил фавн, сморщив нос. — Но удачи привлечь ее внимание. Мнит о себе слишком много.

Жизель окинула взглядом толпу, но никого в желтом не увидела.

— Знаешь, где она?

Фавн пожал плечами.

— Для нее обустроили комнату просителей за последней аркой. — Он кивнул в дальний конец бального зала. Его глаза зажглись любопытством, хотя он и не стал интересоваться, собирается ли Жизель просить гадалку о помощи.

— Спасибо, — произнесла она, отчего фавн удивленно вскинул бровь.

— Недавно в стране Фейри, да? Благодарность — это признание долга. Не бросайся ими так легкомысленно. Но ты прелестное создание, так что я не буду ловить тебя на слове. Принеси мне еще один такой же напиток, и мы в расчете, идет, птичка? — Он качнул бокалом, отчего остатки зеленого коктейля запенились.

— О. Спа… — Жизель вовремя осеклась. Фавн хищно усмехнулся.

Жизель улыбнулась в ответ и отправилась искать напиток, слегка развлеченная тем, что почти все ее знакомства со странными фейри сводились к тому, что они с ней флиртовали. Или, возможно, так ведут себя все фейри, кроме Рока. Ну да, он же только исполняет главные роли в твоих эротических снах, но уж точно не флиртует наяву.

Она скривилась. К счастью, зеленый напиток обнаружился на ближнем краю стола. Осторожно наполнив бокал-тюльпан, она понесла его фавну, шагая в ногу с Роком, который одарил ее смущенным взглядом.

— Я думал, за напитками пошел я?

— Я несу бокал и для этого… человека тоже, — ответила она. — Держи.

Фавн перевел взгляд с Рока на точно такие же глаза Жизель.

— Так вы, получается, пара? Не стоит оставлять спутницу одну, она не знает наших обычаев. Беспечно с твоей стороны подвергать ее опасности.

Рок подобрался. Тот самый странный взгляд, сочетающий лед и пламя, вспыхнул в его глазах, а голос прозвучал глубже обычного, с чужеродным звучанием, от которого у нее по коже побежали мурашки.

— Легко придавать вес своим советам, когда обращаешься к тем, кому не с чем сравнивать. Ты говоришь так, словно стоишь в центре двора, но сам обитаешь лишь на его задворках. Люди, которые здесь действительно важны, даже не знают твоего имени, Синту Старклоув.

Фавн побледнел и выпустил бокал, который с дребезгом разбился о плитку. В окружающем шуме образовалась пауза: гости обернулись, чтобы посмотреть, что произошло.

— Кто ты вообще такой? — потребовал ответа фавн. Его прежняя непринужденность сменилась злобой, глаза сузились. — Тот, кому нужно просить о помощи гадалку. Тот, у кого такие же глаза, как у смертной. Тот, кому есть что скрывать, а? Кто ты такой, чтобы судить меня?

Разбитое стекло и яд в его словах привлекали внимание окружающих — как и странное напряжение Рока. Он не был похож на того непрактичного, благонамеренного ученого, которого она знала. Он выглядел опасным, хладнокровно разглядывая разгневанного фавна, пока волны магии исходили от него ощутимыми порывами. Это походило на электричество перед грозой или мрачное настроение хулиганов перед дракой.

Жизель дернула его за локоть, и он резко втянул воздух, выныривая из этого состояния, будто из сна. Его глаза расширились, а на лице проступил испуг.

— Простите, нам пора! Приятного вечера! — Жизель силой увлекла его за собой на людный танцпол, пока они не скрылись из виду.

24

ТАНЕЦ ЧУВСТВ



— Потанцуй со мной. — Она положила его руку себе на талию и с задержкой осознала, что, каким бы практичным ни был этот способ отвлечь его внимание, танец оставался несомненно интимным движением. Она ощущала тепло его ладоней сквозь платье, и это заставило ее вспомнить… о другом.

Его оцепенение дало трещину, но он не шелохнулся, лишь нахмурился, глядя на нее сверху вниз.

— О. Ты хочешь, чтобы я вел?

Странность этого замечания ненадолго сбила ее с толку, но быстрый взгляд на танцпол все прояснил: здесь явно не соблюдали привычного ей порядка, где кавалеры ведут дам.

— Да! Я не знаю этого танца! Я просто пыталась помешать тебе спровоцировать дипломатический скандал или выдать нас прямо посреди бального зала!

Он склонил голову, поворачивая уши в сторону музыкантов.

— Хорошая идея, — произнес он и увлек ее в танец.

На несколько мгновений она была полностью потрясена. Он танцевал настолько превосходно, что Жизель могла полностью довериться его движениям, даже не зная шагов. Голову обдало приятным головокружением, а хаотичные мысли улеглись. Она любила танцы, хотя ее никто не приглашал, пока она не вынуждала к этому, из-за чего потом всегда чувствовала себя скверно — партнер испытывал крайнюю неловкость. Она засмеялась.

— Только не говори, что мои танцевальные навыки тебя веселят? Я вообще-то претендую на некоторое мастерство в этом деле.

— Нет, я просто подумала, что впервые в жизни сама кого-то пригласила. Принцессам так делать не полагается, — добавила она, заметив его замешательство.

— А ты всегда делала то, что полагается?

Она качнула головой.

— Нет. Был долгий период, когда мне казалось: стоит повести себя достаточно скверно — и ты явишься. Или, может, мне просто хотелось вызвать хоть чью-то реакцию, но абсолютно все проявляли безнадежное понимание. — Смутившись собственного признания, она поспешно добавила: — Что это только что было с тем фейри? Ты его знаешь?

Он споткнулся, но спас положение до того, как они потеряли равновесие, и вместо нового движения повторил прежнюю фигуру, словно был слишком занят мыслями, чтобы придумать что-то еще.

— Я увидел его впервые в жизни.

Значит, с местоимением она не ошиблась.

— Почему ты наговорил ему таких вещей? Откуда ты узнал его имя?

Его взгляд замер где-то за ее плечом.

— У меня есть собственное проклятие. Оно пробудилось неожиданно.

— Звучит зловеще, но ничего не объясняет.

Он отвлекся от мрачных мыслей и фыркнул.

Она вскинула бровь.

— Ну? Тебе придется рассказать больше.

Он подождал, пока они не вошли в новый поворот танца, и заговорил тихо, но четко.

— Я тот, кого называют сердцевед. Я способен видеть самые глубокие страхи и желания людей. Обычно мне приходится прилагать усилия, чтобы разглядеть такое, но Синту я назвал его худший страх непроизвольно. Не знаю, почему так вышло. Я разозлился на его намеки о моей беспечности. Возможно, дело только в этом.