Враг имератора (ЛП), стр. 57

Близнецы поставили пустые ёмкости на поднос солдата и с довольными вздохами вытерли с губ алый вишнёвый сок. Сдерживая рвоту, я стала тянуть сок через трубочку ещё сильнее. Судя по тому, как позеленел Тарантул, он испытывал то же самое, но продолжал пить.

— Закончил, — выплюнул он, бросая ёмкость.

— Я тоже, — поспешно сказала я, сделала большой глоток и поставила пустую кружку, стараясь не блевануть. — Ничья.

Его ноздри раздулись. — Нет, очевидно, победил я. Ты была медленнее…

— Нет, ты спятил. Я только что тебя обыграла.

Пока я злорадствовала, у него на щеке задёргался желвак.

Он закончил первым, но если заставить его поверить, будто я искренне считаю себя победительницей, это приведёт его в бешенство — а значит, формально победа всё равно моя. Изводить мужчин на удивление приятно.

— Вы оба победители, — прощебетал Сквайр, и изо рта на моё седло посыпались семечки (не помог).

— Тише, миниатюрная птица, — огрызнулся Тарантул.

— Не смей так с ним разговаривать…

Маршал громко хлопнула в ладоши, оборвав меня, и многозначительно посмотрела на нас обоих. — Удачи на задании, Маги. Помните: свобода Вестмира зависит от вас. — Она сложила пальцы в знак единого Демократического Содружества, посмотрела на меня и покачала головой, пытаясь безмолвно передать послание.

Да поняла я. Задание.

Схватившись за седло, я вскочила на коня. Тот заржал и запрокинул голову; из ноздрей вырвалось серебристое облачко, пока я похлопывала его по гладким мышцам. Сквайр возбуждённо защебетал, перелетел вперёд и встал часовым на голове коня, готовый вести нас в новое грандиозное приключение.

Вместе мы быстрым галопом понеслись в пустыню.

Коса подпрыгивала, пока я пыталась приноровиться к убийственной скорости. Мы почти летели. В животе пузырьками поднималась лёгкость, и, несмотря на все тревоги, я рассмеялась. Сердце бешено колотилось от адреналина. Я пригнулась к шее коня, чтобы стать аэродинамичнее.

Рядом со мной скакал Тарантул, и цепи отражали свет. Он был достаточно близко, чтобы протянуть руку и коснуться меня. Или убить.

Я направила коня в сторону, подальше от Тарантула.

Он последовал за мной.

Сквайр вертел головой, перья трепетали, пока он переводил взгляд с меня на Тарантула. Наши кони тревожно ржали из-за опасной близости.

— Держись от меня подальше. — Я вонзила пятки в бока коня и попыталась оторваться от Тарантула; мир смазался.

Мне требовалось пространство, чтобы спокойно обдумать план.

— Нет, — холодно ответил он и подстроился под мой темп, словно умел читать мысли. Видимо, единственной целью его жизни было действовать мне на нервы. В своём деле он достиг совершенства.

Близнецы пришпорили скакунов и вырвались вперёд, вздымая за собой песок. Только они раньше бывали на Юге и знали дорогу. Они повели нас через пески к каньону.

Впереди ждала долгая и тяжёлая дорога, но щёку покалывало под обжигающим взглядом Тарантула. Стиснув зубы, я заставила себя смотреть прямо.

Добравшись до обрывистого каньона, мы вслед за близнецами повернули на юг. Далеко внизу неслась река, и пальцы покалывало магией. Какое облегчение. В бурном потоке было что-то успокаивающее. Мир состоял не только из бесплодной пустыни, хотя в Скорпионьей Норе казалось иначе.

Мы несколько часов ехали по гладкому камню вдоль края каньона.

По обоим берегам в отвесных скалах были вырублены каменные дома; в окнах горели факелы. Длинные и опасные верёвочные мосты соединяли стороны каньона. Я вытянулась над шеей несущегося коня. Пустынные Коммуны не походили ни на что виденное мною прежде. Им не требовались стены, как на Севере, — их естественным ограждением служили скалы.

Я перегнулась ещё дальше, наполовину свесившись с седла и щурясь на поражавшую воображение архитектуру.

— Сядь прямо, Равенал. — Тарантул резко натянул поводья и оттеснил моего коня подальше от края каньона.

Я состроила ему издевательскую гримасу. Что с ним не так?

Он закатил глаза, а солнце опускалось всё ниже.

— Давайте сыграем, — неожиданно крикнула Элла через плечо. Она ехала на несколько корпусов впереди. — Я вижу что-то розовое.

— Закат, — лениво протянул Аксель.

Элла кивнула. — Я вижу что-то белое! — крикнула она.

— Облако! — крикнула я, и Элла оглянулась. Я указала на единственное облако в небе.

Она мудро кивнула. — Именно. Ты прочла мои мысли.

— Я вижу что-то злое, — сухо сказала я.

Элла растерянно нахмурилась, а Аксель многозначительно оглянулся на Тарантула.

— Тебе не удалось меня рассмешить, шут. — От Тарантула ударил порыв серебристого ветра.

Аксель едва успел создать Щит и заблокировать удар. Он развернулся в седле с раздражённым выражением лица. — Чертовски грубо, — сказал он.

— Ты меня понял, — сказала я Акселю.

Он улыбнулся. — Понял.

— Прекратите разговаривать друг с другом, — приказал Тарантул, подъезжая ко мне ближе.

— Да уймись ты. — Я незаметно потянула поводья, уводя несущегося коня подальше от Тарантула. Он тут же последовал за мной, не отставая. На такой скорости ехать так близко было опасно. Стоило одному коню споткнуться — и мы оба полетели бы на землю.

Я погладила рукоять костяного кинжала в ножнах на бедре, размышляя, не стоит ли его пырнуть.

— Попробуй, — крикнул сквозь свист ветра Тарантул, по-прежнему скакавший непозволительно близко. — Осмелься.

Я выхватила кинжал и метнула в него — просто потому, что захотелось.

У самого края поля зрения блеснула металлическая цепь: Тарантул с невероятной скоростью метнул вперёд скованную руку и с лёгкостью поймал кинжал. Блеснула кость. — Упс, — протянул он, с пугающей ловкостью лениво подбрасывая мой клинок одной рукой. — Ты промахнулась.

Я выпрямилась в седле, устремила взгляд вперёд и, мерно покачиваясь в такт скачке, демонстративно не обращала на него внимания. Может, он забудет о моём существовании. На таком коротком расстоянии, верхом на скачущем коне, он никак не мог среагировать достаточно быстро, чтобы поймать кинжал, — но поймал. Он чудовище.

Элла склонилась над шеей коня и хмуро оглянулась на меня; каштаново-рыжие волосы хлестали у неё за спиной. Заметив, как Тарантул непринуждённо крутит мой нож, она побледнела.

Аксель направил коня так, чтобы оказаться между Тарантулом и сестрой.

— Ты в порядке? — одними губами спросила Элла, хотя Тарантул совершенно точно умел их читать.

Я уже начала мотать головой, но мой скакун перепрыгнул через валун, и у меня радостно ухнуло в животе.

Я не удержалась от смеха. И вот уже я с трудом могла вспомнить, почему расстроилась.

Правило выживания: не забывай наслаждаться дорогой.

— Всё чудесно! — крикнула я и подняла обе руки, наслаждаясь приливом адреналина, пока коса развевалась за спиной, а живот ухал. Все мысли выветрились из головы, и я вновь жила настоящим. Как же прекрасно было жить. Это было почти так же весело, как кататься на сноуборде или падать из вертолёта. Я запрокинула голову и засмеялась громче, упиваясь возможностью отвлечься. Я постоянно забывала, что свобода — состояние души, а я не живу в клетке.

Мы летим.

Когда мы прибавили скорость, всё вокруг смазалось.

Чья-то ладонь тисками сомкнулась на моей руке. Какого чёрта? Тарантул скакал рядом; его сильные бёдра двигались в такт скачке, пока он, наклонившись ко мне, сжимал мою руку в болезненной хватке. — Перестань валять дурака. Возьмись за поводья!

— Не указывай мне, что делать. — Я ударила коня пятками, призывая оторваться от его скакуна.

Наши кони одновременно вильнули в сторону.

— Сейчас же, Равенал! — Он угрожающе направил на меня мой кинжал.

Наши кони заржали и принялись кусать друг друга.

Элла что-то крикнула, Аксель выругался.

Я взяла поводья обеими руками. Тарантул нахмурился, неохотно отпустил мою руку и немного отдалился.