Биас (СИ), стр. 36
Сходила в ванную — ещё раз посмотреть на себя в зеркало и убедиться, что я — это я. А потом юркнула обратно в комнату. Спать сегодня я вряд ли смогу, но надо обдумать то, что со мной произошло!
Глава 32
Первое время я сидела, тупо уставившись в завиток на обоях. В голове творилась такая же неразбериха, как первые часы в теле Джунки.
На какой-то момент мне вообще показалось, что я схожу с ума от перегрузок в школе, вот и живу в галлюцинациях. Я нуждалась в том, чтобы подтвердить этот вариант или опровергнуть его! Главное— не висеть посередине, в неизвестности.
Я отправилась на кухню выпить чаю. На холодильнике висело «расписание». Кажется, моё. Интересно!
*Подъём в 6 утра
*Пробежка 30 минут
*Завтрак…
Рядом примерный список завтраков. ПП и ничего лишнего! И лишь небольшая приписочка в конце: «Если очень захочется вкусненького, съешь! Насилие над собой не на пользу!» Не, ну как мило, а! Хмыкнула, вспомнив, как ревностно Минджун следил за меню парней. Мне не раз влетело за чипсы или шоколадный батончик.
Это что же, Джунки решил приучить меня к порядку? Следующие пункты, включающие спортивные тренировки, это подтверждали.
Да! После такой насыщенной жизни моему биасу должно быть было чертовски скучно в моей реальности! Интересно, чему он решил научить моё девчачье тело?
Но ведь завтра школа!
— Мам, который сегодня день?
— Суббота, Ирунь. Ты чего это снова чудишь?
«Снова». Видимо, сюрпризов будет много! Интересно, а как долго «рисинки» будут вспоминать макнэ мои косяки?
Утром в воскресенье будильник разбудил меня привычным писком. Я уже было собралась в школу, когда осознала: пробежка! Ведь ещё вечером нашла на стуле аккуратно сложенный спортивный костюм. В голове застрял вопрос: отчего такой скучный цвет? Хотя почти сразу я вспомнила тренировки в зале, репетиции. Пот, пыль, мои слёзы… Да, тут не до красок — выжить бы!
Бегать оказалось довольно легко! Точно легче, чем до моих приключений.
— Ирунь! Я приготовила твою овсянку. Иди поешь!
Не успела я войти в квартиру, мама позвала на кухню. Вот это да! Неужели Джунки и родителей заставил следовать режиму? Вот если бы Минджун попал ко мне домой, точно бы весь подъезд построил по линеечке!
— Вот, решила, что пора и мне за ум браться. Возьмёшь меня на пробежку завтра? — мама ошарашила вопросом.
— И меня! — вошёл на кухню папа. — И дайте мне вашей волшебной овсянки! Сто лет не ел! А ведь когда-то и моё спортивное утро начиналось с полезного завтрака!
— Спортивное? — глядя на папино пузико, не удержалась я.
— Да, папа у нас лёгкой атлетикой занимался в начальной школе! — смеялась мама, уловив мои мысли.
— Да… Потом был перелом, операция. Короче, ушёл из спорта.
— А почему не рассказывал? — я всё больше поражалась своим же родителям.
— Если честно, так переживал тогда, что загнал воспоминания глубоко в память. Даже маме сознался на третьем году совместной жизни. Так что, дочь? Берёшь нас прицепом?
— Конечно беру! Вместе всегда веселее! Коллектив — это сила!
В школе тоже странностей было много. Чего один Горохов стоит!
— Доброе утро, Ира! — без всякой издёвки произнёс одноклассник, когда я прошла мимо.
— Доброе, Слава… — произнесла на автопилоте. И только потом поняла, кому это сказала.
Я хотела пройти в класс, но Горохов меня остановил.
— Слушай, Ир… Я тут подумал над твоими словами.
— И что? — вздёрнула нос вверх, упёрла руку в бок. Блефовать мне не привыкать!
— Ну, короче, ты права! Давно надо было поговорить нормально, а я как дебил себя вёл.
— Хорошо, что ты это понял!
— Ну, так что? Мир, Соколова?
— Мир, Горохов!
Я радостно протянула ладошку (мою, маленькую ладошку!) однокласснику. Кажется, Джунки тут времени не терял. Надо бы разузнать, что он сотворил с Гороховым!
Вошла в класс, села за парту. Ну, как же здорово вернуться!
Пролистала дневник за несколько последних недель, пока отсутствовала. На одной страничке карандашом было написано: «Горохов тебя любит». Интересно, кто это написал? Почерк и похож на мой, и нет одновременно. Неужели, писал Джунки?
Вопреки моим страхам, я не сильно отстала по учёбе! Нужные знания словно были в голове. Какое невероятное облегчение! И спасибо биасу, который, как я поняла, активно осваивал российскую программу! Эта последняя мысль наполняла сердце теплом и благодарностью. Джунки, звезда, самый красивый айдол Кореи, решал задачки и штудировал учебники, чтобы одна питерская школьница не провалила экзамены!
— Иркааааа! — в класс влетела Маринка.
Я так и подскочила. Так рада была увидеть эту девчонку. Не удержалась и обняла её.
— Ты чего, Ир? — отстранилась подруга и заглянула мне в глаза. — И вон без своего макияжа…
Ух, ты! Джунки научил Ирку краситься? В школу? Надо будет попробовать!
— Да проспала немного — не успела.
— А ты знаешь, что я нашла? — не унималась Маринка
— Что?
— Вот!
Подруга сунула мне под нос мобильник, и сердце мгновенно подпрыгнуло и забилось набатом: полный концерт ORYZA в Лос-Анджелесе!
— Я тебе уже скинула ссылку. Посмотришь потом! Это невероятно! Джунки и правда красавчик! Я не удержалась и глянула. Думала, посмотрю немного — пойму, чем моя Ирка дышит. И залипла. Представляешь?
Чтобы не разнервничаться окончательно, пришлось отвлечь Маринку мыслями об экзаменах и самой взять себя в руки. Хорошо ещё, что у меня был шанс поупражняться в последнем!
Но стоило мне оказаться дома, как я кинулась к ноуту. Дрожащими пальцами включила прибор, нашла ссылку. Вот оно!
Съёмки со всех ракурсов, беснующиеся фанаты… Несколько кадров из гримёрки. Я и не заметила, что нас снимали!
Я глядела на экран и не могла понять, что испытываю! Удивление? Страх? Смущение? Радость?
Первые три песни там была я. Я! Ирка Соколова!
Вот я оступилась в самом начале второго номера. Минджун поддержал меня и помог устоять, а в следующую секунду мы оба продолжали танец.
Третья песня! Моя! То есть Джунки, конечно… Ну, вы поняли!
А очень неплохо смотрится. Макнэ известной ORYZA выходит к микрофону, машет рукой кому-то в зале (представляю, сколько девчонок тем вечером говорили, что Джунки помахал ей!). Музыканты играют вступление… Вот взгляд в сторону. А потом… Макнэ поднимает взгляд куда-то вверх… Зрители ещё ничего не поняли, но ребята из группы уже вышли на сцену. Макнэ несколько раз закрывает и снова открывает глаза… И падает! Всё как в замедленной съёмке. Потом эти кадры показывают ещё несколько раз — с разных ракурсов. Тоюн первый подбегает к другу…
Я помню его голос. Он взял меня за руку и звал: «Джунки! Макнэ!»
А потом музыкант открыл глаза. Взгляд чуть растерянный. Он встал и обнял ошарашенного друга.
Минджун сориентировался и объявил перерыв.
Что было за кулисами, не показали, но… После перерыва ребята вышли на сцену — и Джунки тоже! — и отыграли программу!
Я следила за биасом как заворожённая! Подумать только! Он очнулся на сцене и тут же просёк ситуацию, подхватил ритм! И кажется, ни разу не налажал, в отличие от меня! Всё-таки каждый должен быть на своём месте, и для биаса — это сцена!
Единственное, что огорчало: мне никак не узнать новости о Союн. Но судя по всему, у этой парочки всё в порядке. Они любят и держатся друг за друга.
Я ехала в метро после последнего вступительного — не передумала поступать на журфак. Но теперь я на себе знаю, как важна журналистская этика, и что есть грань, которую никогда не позволю себе переступить!
Ещё я решила найти преподавателя по вокалу.
Прошерстив свой комп, нашла восстановленные файлы с моими песнями. Записывала их для себя — послушать со стороны. А потом так стеснялась кому-то показать — даже маме — что тут же и удалила. Самые удачные записи были смонтированы в пару роликов — хоть в интернет выкладывай! К другим были сделаны небольшие пометки, вроде: «Хорошо, но следи за дыханием» или «Темп сбивается»… Поняла, что это сделал Джунки. И как описать мои чувства? Снова смущение, стыд и невероятная радость! Я много лет слушаю его песни, и вот теперь случилось то, что я даже не могла вообразить: Джунки услышал меня!