Лучшая версия тебя IV (СИ), стр. 39

Светлана Сергеевна недоверчиво посмотрела на мужчину и уточнила:

— Вы имеете в виду, что…

— Что Красный верес пережил жуткую мясорубку. Из тринадцати человек, погибло пять. Три гроба вернулись обратно. От двоих не осталось даже праха, — глядя в глаза ей произнес мужчина. — Мы пока не разглашали информацию, но по сути — Красный вереск уничтожен. По крайней мере в том виде, каким он был раньше.

Светлана Сергеевна задумчиво кивнула, взяла бокал и взглянула на собеседника.

— Теперь я понимаю, почему исцеление заняло столько времени. Вы пока скрываете этот факт, чтобы восстановить команду.

— Восстановление команды не будет. Лидер Красного вереска отказывается брать на место погибших новых ликвидаторов, — покачал он головой. — Сейчас разговор идет об объединении команды «Красный вереск» и «Ротор».

— Это вторая ваша команда. Там ведь тоже есть лидер, — нахмурилась Светлана.

— Мы пока работаем над притиркой. Ротор очень жесткая команда. С дисциплиной. Верес наоборот. Пока только прорабатываем этот вариант, но после долгого раздумья я не вижу альтернативы, — вздохнул Андрей Васильевич. — Способных ликвидаторов не так много.

Светлана задумчиво покивала и пригубила вина.

— Могу я чем-то помочь? — спросила Светлана после нескольких секунд раздумья.

— Только, если поможете распространить весть, когда команды пообтесаются, — пожал плечами мужчина. — Мы ведь тоже не медийщики. Мы добытчики. Реклама — не наша стезя. Мы зарабатываем только на ингредиентах и дорогих материалах.

— Понимаю, — кивнул Светлана. — Когда у вас будет какой-то концепт и понятная команда — дайте знать. Я пришлю человека и мы сделаем все, что можем. Также можем предоставить рекламное сопровождение.

— Врят ли, — хмыкнул мужчина. — Ты ведь знаешь как мои относятся к медийке.

— Мои тоже плевать на нее хотели, — усмехнулась Светлана. — Вы ведь в курсе, что произошло на премии ликвидатор года?

— Видел, — кивнул Андрей Васильевич с усмешкой. — Удивлен, как организаторам не прилетело по шее за такой просчет.

— Может потому, что организаторы почти все из руководящего состава департамента ликвидаторов? — приподняла одну бровь Светлана.

— Тоже верно, — кивнул мужчина и тоже пригубил вина. — Наказывать самих себя — такое себе дело.

Светлана хмыкнула и пригубила вина.

— Скажите, Андрей, выходит ваша команда неделю будет точно тут, в городе?

— Не факт. Может статься так, что нас сорвут на границу, — покачал головой мужчина.

— Даже не спрашивая ваших планов или…

— Сегодня меня вызвали в департамент, — посмурнел мужчина. — Пытались заставить подписать договор. Пришлось рогом упираться, чтобы завернуть очередную поездку на границу. Сложно сказать, когда они меня раздавят, но я пока отбиваюсь.

Светлана задумчиво покивала и произнесла:

— Никакой определенности, — вздохнула она и спросила: — Но вы можете придержать их?

— Кого именно? Красный вереск?

— Всех, — спокойно ответила Светлана, смотря в глаза мужчине.

— Зачем? В смысле…

— Знаете, я не очень разбираюсь в кухне ликвидаторов, но я кое-что смыслю в рекламе, — спокойно ответила Светлана. — И ситуация такова, что в городе по факту, почти не осталось серьезных команд.

Андрей Васильевич нахмурился.

— В смысле все на границе?

— Да. И, помимо того, что это создает угрозу для людей, так как любой серьезный прорыв может привести к непоправимым последствиям, так еще и… Люди никого не видят. Никто не снимается и никто не выкладывает посты, — спокойно произнесла Светлана. — Я понимаю, что вы не медийщики, но… Почему бы вам и нам не заработать на этом?

Мужчина хмуро глянул на женщину, оперся на край стола и спросил:

— У вас конкретный план?

— Да, — кивнула Светлана, уже крутя в голове мысли. — Как насчет рекламной интеграции с вашими командами и нашими «работягами»?

— Условия?

— Шестьдесят на сорок, — не задумываясь произнесла Светлана. — Наши шестьдесят. Не обессудьте. Все организация будет на мне и моих людях. Ваши просто присутствуют рядом и при желании поучаствуют.

— Сумма?

— Пока не скажу. Надо поднять всех, кого сможем. Однако, под такое мероприятие, да еще и не с последними командами… Думаю, она будет семизначной.

Андрей Васильевич хмыкнул и кивнул.

— Это интересно. Сколько требуется на подготовку? Когда будет проводиться эта акция?

— Думаю, нам понадобится около недели. Может чуть меньше. Сможете продержаться до этого времени? — спросила Светлана.

— Неделю я продержусь, — кивнул мужчина и задумчиво глянул на официантку, что несла их заказ. — Правда подробности хотелось бы увидеть пораньше.

— Это можно устроить, — кивнула Нитакая и втянула аромат рагу, что разносился в зале от их заказа. — Аромат — божественный…

— Это как? — растерянно глянул на бумажку мужчина с звездами полковника и поднял взгляд на капитана в форме службы безопасности перед ним. — В смысле… Ничего не делать?

— Приказ сверху, — указал пальцем на потолок кабинета тот. — Михаил Васильевич, вы же знаете, что приказ не обсуждается.

— Вы… Вы нормальные вообще? — растерянно произнес он. — Если… Если этот прорыв действительно случится — тьму народу перебьют! Вы… Как вы вообще… В городе ликвидаторов почти нет!

Капитан тяжело вздохнул.

— Михаил Васильевич, я только передал бумагу из генерального штаба, — спокойно произнес он. — Выкладки аналитического отдела — это одно. А то, что происходит на границе — друге. Они боятся волнения людей из-за военных на улице. Если вы сейчас ведете военную тревогу и поднимете всех, люди начнут волноваться.

— А когда выкладки аналитиков сбудуться, то что? — пригнулся вперед полковник. — Они башкой подумали, какая резня в городе будет? Ты вообще, понимаешь, чем ЭТО грозит! — помахал он бумажкой в воздухе.

— Понимаю, — спокойно ответил капитан. — Понимаю я и понимает мое начальство.

— И какого хрена тогда вы ничего… — начал было заводиться полковник.

— И мы можем гарантировать, что ни один сотрудник нашей службы не станет докладывать или как-то мешать вашим приготовлениям, — перебил его капитан, внимательно смотря в глаза. — Однако, если вы накуролесите, вся вина ляжет на ваши плечи.

Михаил Васильевич недовольно поджал губы, выдержал взгляд, а затем сквозь зубы произнес:

— Грудь в крестах или голова в кустах, да?

— Что-то вроде того, — кивнул собеседник. — Мы использовали все возможные варианты и контакты. Там наверху не хотят слышать о прорыве. Они думают только о стычке на границе, готовятся, хотя там все и пошло на спад. Планируется наступление.

— Дебилы, лять… — засопел полковник сжал кулаки.

— Я сказал все, что мне было велено, — произнес капитан и поднялся.

— Кто еще из частей вокруг города в курсе? — спросил Михаил Васильевич.

— Никто. Вы единственная боеспособная часть, — пожал плечами посланник. — Остальные по факту строевые.

Капитан вышел из кабинета.

Полковник сидел с минуту молча за столом, сжимал кулаки и тихо, одними губами, матерился себе под нос.

В итоге, когда сотовый телефон зазвонил, он мельком глянул на экран и принял вызов:

— Не звони сюда больше. Не до тебя…

— Есть крайне выгодное дело… — начал было в трубке голос.

— Плохо слышал? Не звони сюда вообще! — рыкнул Михаил Васильевич. — Не до тебя! У нас тут…

Полковник вздохнул и резко умолк.

— Не до тебя, в общем.

— Прорыв, да? Сильный, скорее всего с боссом, — усмехнулся голос в трубке.

Полковник замер. Несколько секунд он смотрел на бумагу с приказом, после чего произнес:

— Что надо?

— Швейных машинок надо. Необычных. С иголкой побольше. Еще бы ананасов… Как у вас с ними?

Полковник хмыкнул, постучал пальцами по столу и произнес:

— Дуй в условленное место. Поговорим.

Мужчина тут же сбросил вызов и поднялся.

— Докладывать, значит, не будут, — проворчал он, скинул китель и повесил на вешалку. Тут же взял обычную гражданскую куртку и накинул на себя. — Посмотрим… Посмотрим, что вы на это скажете.