Напряжение 1-7. Компиляция (СИ), стр. 60
— Сгниют, — первым подал я голос, укоризненно посмотрев на хранителя закромов.
Тот выглядел соответственно помещению — и не кладовщиком, а тюремщиком. Начисто лысый, слегка сутулый старичок, поглядывающий на нас с Федором крайне подозрительно.
— О, ни в коем случае! Мы устраиваем проветривания! — возмутился он.
— Надо граблями ворошить. Поверь, я как-то хранил около миллиона мелкими купюрами — иначе или сгниют, или мыши погрызут, — припомнил я опыт с «импами» и «орами».
— Так это… краска токсичная, — слегка неуверенно оправдался мужик.
— Так им не есть, им вредить, — не согласился, слегка пнув коробку возле подозрительно влажной стены. — А тут будет плесень.
— Н-да, — озвучил растерянно Валентин.
— Сей же момент исправим! — преданно глядя на босса, пообещал слуга.
— Да я сам позабочусь, — успокоил я хранителя, чем ввел в легкий ступор.
— Господин? — обратился тот к Валику.
— Он заберет все, что захочет. Не препятствуй и помоги, — вновь отыграл босса парень, отойдя от легкого изумления.
— Но как же! — возмутился старик, будто родное собрались отнять.
— А ювелирными изделиями займется мой коллега, — указал я на Федора.
— Но это ведь клановая собственность! — затрясся кладовщик.
— Густав, повешу, — лениво пригрозил Валентин.
— Сей же момент все сделаем, — тут же бросился в другую крайность слуга, пряча взгляд. — Куда грузить?
— Н-да, такое на руках не унесешь, — почесал я затылок. — Федор, что скажешь?
— С-сим-сим, откройся! — все еще в прострации, тихо произнес брат.
— Это до сокровищ, а что делают после того, как найдут?
— Убивают друг друга, чтобы себе больше досталось, — выдал Федор, продолжая разглядывать богатства.
— А ты опасный тип, — уважительно похлопал я его по плечу. — Только это ведь потом все придется одному тащить.
— Вот-вот, а старый дядя Густав поможет! — залебезил старик перед мальцом.
И даже Валентин как-то странно посмотрел на Федора.
— А убить можно и потом, — с оптимизмом подытожил я, собрав все взгляды на себе, — кроме детей и женщин, разумеется, — поправился чуть смущенно.
— И стариков? — робко подал голос хранитель.
— Так ты забираешь или нет? — проявил нетерпение Валентин. Что-то ему наше общество разонравилось.
— Само собой. Федор, просмотри коробки с ювелиркой, постарайся найти папины вещи и украшения сестер.
— Ага! — Брат с энтузиазмом направился к ближайшей упаковке и, чуть поднатужившись, разорвал крепления, высыпав поток золота и серебра на бетонный пол.
— Горжусь тобой, — одобрил я маневр и вновь прикинул объем работ. — А мне нужна тележка. Лучше несколько и столько же людей.
— Будет сделано! — заспешил старик, стараясь покинуть хранилище.
— Кстати, ты же не думаешь, что дверь меня остановит? — поймав его взгляд, уточнил я.
— Да я и не мыслил ничего такого, — вздрогнув, проблеял Густав, забегав зрачками.
— Значит, старики выживут, — потерял я к нему интерес.
— У тебя есть машина? — сухо поинтересовался Валик.
— Есть! — громко заявил Федор, тут же вытянувшись в полный рост.
В его руках тут же появился выуженный из кармана ключ — с брелоком, украшенным трехлучевой звездой. Точь-в-точь такой же, как и значок на белоснежной машине, оставленной в городе. Вообще, я планировал взять автобус и забить его деньгами под крышу… Но не смог противиться яркому огню счастья и надежды, сияющему в глазах Федора. А деньги — это всего-то раскрашенные бумажки, на которые уж точно не купишь радость вечно угрюмому брату.
— У нас есть машина. Большой красивый джип, эдак тонн на пять. Примерно мне по плечи, радиаторная решетка прямая такая, а еще значок с кругом и тремя лучами из центра и там…
— Стоп-стоп-стоп, — замахал руками Валентин, — мне это зачем знать?
— Как зачем? Распорядись найти к ней большой прицеп, — делано удивился я. — И собирайся, мы сходим за машиной в город.
— Отправлю людей, привезут, — попытался отбрехаться от участия парень.
— Идем. Заодно посмотришь, что ты тут натворил, — приказал я. — Федор, ты с нами?
— Нет, я буду искать. — Передав мне ключи, Федор с азартом принялся раскурочивать новую коробку.
— Как хочешь. Валентин, если с ним хоть что-то…
— Да понял я, — поморщился парень, вышел вперед меня и пролаял приказания солидной толпе слуг и солдат, успевшей скопиться в коридоре.
— Может, я слугу с тобой отправлю? С пропуском — тебя пустят. — В очередной раз захотел увильнуть Валентин, стоя возле вокзальной двери.
— Ты лучше любого пропуска, — подтолкнул я его, выпуская в полуденный зной.
Охрану не брали — у меня ее просто не было, а мой сопровождающий довольно едко выразился о талантах своей свиты и их успехах по его защите. Неловкие лепетания начальника охраны про какой-то «особый случай» Валентин предпочел не услышать.
Вдвоем идти оказалось гораздо проще — площадь была забита довольно плотно, и большому отряду пришлось бы растаскивать в сторону палатки, чтобы узкая тропка меж людских пятен стала дорогой для отряда.
— И что ты мне хотел показать? — не выдержал молчания Валентин. — Да, людям трудно, но порядок поддерживается. Вот там находятся полевая кухня и резервуары с водой. Рядом выдача палаток. В самом конце, отсюда не видно, санитарный блок. Я все контролирую!
— Через десяток черно-белых мониторов, — кивнул я, не поворачиваясь.
— Все отлично работает, — буркнул он.
— Работало. Первые два дня, — поправил его. — Деньги начали собирать вчера, верно?
— Ну… — настороженно покосился Валик.
— Очередь замедлилась раз в десять, потому как теперь надо подписывать бумаги. Люди скапливаются на площади быстрее, чем отбывают на автобусах.
— Тут еще есть место.
— Да, но каждые четыре часа ожидания ты должен всех накормить еще раз, если не хочешь голодного бунта. А еще принюхайся: чувствуешь?
— Что? — хмуро спросил Валентин.
— Пот, грязь, жара. Хочешь эпидемию? — недобро посмотрел в ответ. — А ведь еще не все уезжают, заложив себя или вывернув карманы. Самые гордые возвращаются обратно, не желая жить в нищете, чтобы дождаться завершения карантина.
— А ты святой, да?! — сорвался на крик Валентин. — Чем ты лучше?! Пришел и силой забрал все себе!
— Я не забираю себе, — терпеливо произнес, не повышая голос. — Я забираю у тебя. Возвращать чужое — не то же самое, что отдавать свое. Ощути это и сделай выводы.
— Да что ты понимаешь… плевать я хотел на эти деньги! У меня был план! — взвился парень.
— О, вот как? — усмехнулся, подначивая.
— Да! Все на благо клана! — упрямо давил свою линию парень. — И не во вред людям, а во благо! Думаешь, там, за городом, их ожидает что-то хорошее?! Их господин мертв! Все, нет защиты! Их обманет первый встречный, и ничего за это ему не будет!
— И ты решил сделать это первым?
— Нет! Нет! Я взял приоритет долга. Теперь клан — главный заемщик, и если кто-то посмеет обдурить этих людей, — провел он рукой вокруг, — наш клан выступит в их защиту под предлогом защиты инвестиции. Никто не смеет тронуть наше! Никто!
— Да ну, — усмехнулся я.
— Да ты вообще псих ненормальный, — буркнул Валентин, успокаиваясь. — Откуда только взялся…
— А вот как думаешь — я забрал все из твоего живота или что-то оставил? — задумчиво произнес я в ответ.
— Ладно, ладно. Извини, — спохватился парень.
— На первый раз… Так рабы тебе зачем?
— Это не рабы! — замотал он головой. — Нам нужны специалисты на севере. Хорошая оплата, жилье, там интересно! Но не нужны вахтовики, сложное оборудование. Учить чужих дорого. Свои в холод не хотят… Вот.
— Должников, получается, тоже под герб будешь загонять, — понял я.
— Тех, кто не сможет платить, — неохотно подтвердил босс. — А кто справится — тот толковый, с ними тоже будем работать, присматриваться и предлагать контракты.
— После того как вы их убивали?
— Все, кто воевал, уже умерли, — жестко ответил Валентин. — А эти просто не хотят платить налоги. Герб будет жив еще поколение, и эти двадцать пять лет они якобы служат своему господину, не выплачивая никому ни гроша.