Напряжение 1-7. Компиляция (СИ), стр. 165

А потом она прыснула смешинкой — расхохоталась, падая на колени в мокрый песок, закрыла лицо ладонями и содрогалась от смеха.

Ну, это нервное — обвел я глазами поле боя, до сих пор исходившее паром от ударов огненной стихии. Туман потихоньку сползал в сторону леса, придавая картине облик грез — на этот раз взятых под контроль и доведенных до победы.

Тела четверых, тихий хохот, тишина, плеск волны… И только странный ритмичный звук…

— Это он чего? — тронул я девушку за плечо.

— Ох! — засуетилась Света, заметив поднявшегося-таки Артема, вставшего над телом Вадимыча и методично вбивавшего каблук ботинка ему в затылок.

Девушка метнулась к нему, тщетно пытаясь оторвать от неприглядного занятия. Затем резко остановилась, подбежала к Федору, подхватила скрипку и изо всех ног рванула к Артему, буквально силой вручив ему в руки инструмент. Только после этого парня удалось увести в сторону и усадить на землю.

— Ты как, нормально? — подошел я к брату и помог ему подняться. — Цел? Ничего не болит?

Тот, дрожа крупной дрожью, неопределенно дернул плечом и вцепился в меня стальной хваткой. Кое-как перецепил его чуть выше, чтобы вернуться вместе с ним к Свете и расслабленно рухнуть рядом.

Артем вроде успокоился. Только дрожал сильно и сжимал скрипку так, что еще немного — и наверняка сломает. Наверное, родная вещь, оттого успокаивает.

Света между тем доламывала свою туфлю, выбивая деревяшкой подошву под каблуком.

— Хоть бы шоколад, — озвучил я свою надежду.

Девушка мельком глянула на меня и после очередной попытки добралась-таки до тайника.

— Тоже пойдет, — воодушевленно отреагировал я на набор карамели в железном пенале.

— Это — нашему спасителю. — Вредная Света отвела мою руку в сторону и протянула угощение Федору. — Заслужил.

— Спасибо, — со второй попытки смог уцепить тот угощение и тайком подмигнул мне, шепнув: — Я поделюсь.

А затем незаметно для себя сонно клюнул носом в мою грудь. Из подкладки выглянула любопытствующая мордочка Лучинки и тут же скрылась обратно. Надо же, живая. Только камни в переплетениях проволоки ее нового доспеха будто выгорели. Защитные? Интересно…

Тихонько поднялась Света, подошла и уверенным движением выудила леденец изо рта брата.

— Эй! — спохватился я запоздало.

— Федор заслужил не смотреть на пытку, — с улыбкой посмотрела она на меня, укладывая леденец обратно в пенал.

— Н-не бойся, это б-безопасно, — исходя крупной дрожью, простучал зубами Артем. — П-пусть спит. Ему н-не надо на это смотреть.

Метнув на них злой взгляд, скинул основательно подпорченный событиями пиджак с плеч и, аккуратно разместив на нем брата, укрыл, как умел.

Когда повернулся обратно, Света уже раздевала оставшегося в живых бандита, сдирая одежду до пояса.

— Некомфортные условия и холод повышают желание говорить, — пояснила она в ответ на мой изумленный взгляд.

— Армейских т-татуировок нет, — подошел к телу Артем, внимательно осмотрел плечи, грудь и не поленился приподнять туловище, чтобы увидеть спину. — Тюремных тоже. На плече к-кельтский узор. К-кто угодно может быть.

— Сейчас парализуем конечности и спросим, — взяла Света в руки свое деревянное оружие и резким махом вонзила в спину ниже черепа, равнодушно отведя в сторону дернувшуюся было и тут же ослабевшую руку врага. — Можно работать.

— Как-то это… — не находил я подходящих слов.

Бандит, конечно, и его совсем не жалко. Но та легкость, с которой это делала Света… А она ведь моя соседка по парте! Вот так отвернешься — а она тебе запятую под лопатку.

— Эффективно, — предложила она свой вариант, с которым не хотелось соглашаться.

— У нас там Пашку поймали, нам бы к нему бежать, — буркнул я, чтобы что-то сказать.

— К-куда бежать? — подошел Артем, с силой прижимая скрипку к груди. — Сколько их там? Какие ранги? Сколько будут ждать этих четверых? Куда полетят потом?

— Разведка — основа боя, — с важным видом качнула пальцем перед моим лицом Света.

А затем оглушительной пощечиной пробудила трусливого обратно к реальности.

— Имя! — щелкнул ее голос кнутом.

— В-веньямин, — в панике вращал он глазами, явно пытаясь дернуться, но не в силах этого сделать.

Почувствуй себя в нашей шкуре — ворохнулась справедливая злость.

— Род!

— Петров! Свободный горожанин! Д-добрый господин, я все скажу, — поймал он мой взгляд. — Меня заставили!

Сверху надвинулся Артем, перехватил его руку так, чтобы трусоватый ее видел, ухватил зубами за кожу мизинца. А затем плавно повел челюстью, снимая кожу и мясо с кости.

Света только и успела всунуть заготовленную деревяшку бандиту в зубы, но стон боли все равно пролетел над рекой, а тело выгнуло, несмотря на блокировку подвижности.

— Доброго господина тут нет, — зло улыбнулся Артем окровавленными губами.

— При чем тут род Еремеевых? — Света дождалась, когда крик сменится поскуливанием, и вынула разлохмаченную зубами деревяшку изо рта.

— Н-ни при чем. Мы убили охрану и экипаж вертолета… — со стоном полилась правда.

Трусоватый желал говорить, он тараторил столь быстро, что порою проглатывал слова. Он закладывал, предавал, называл имена, перечислял города и улицы. И с ужасом смотрел на Артема, продолжавшего держать его руку.

Я тоже смотрел на Артема, пытаясь угадать, кто и как подменил моего друга. Я совершенно его не узнавал и чувствовал, что после того как этот сон закончится, с ним придется знакомиться заново. Если я этого захочу.

— О-он все придумал! Он гений! В-все будут смотреть вверх. Никто не будет смотреть вниз! Никто его не найдет! Но я, я все расскажу! Я буду свидетелем! Кочетов продает наркотики! Хорошие, очень чистые! «Сияние ветра», «Сила гор», слышали, а? — облизывал бандит губы и торопливо тараторил дальше: — Большие деньги! А Зубов, он товар потерял. Там несколько тонн, на всю страну, на шесть месяцев в к-каждую вену. Платить не хочет. Упрямится! Тогда сына приказали взять. У него сын один. М-мы бы ему по пальчику, по уху присылали, пока не оплатит. Но без меня — не докажете! Нет! У него на самом верху связи! Такие люди! Ш-шею сломаешь, если голову вверх поднять! Все равно не увидишь, да! Но я все расскажу! Он-ни же всю страну травят! И м-меня т-тоже, — расплакался он.

Но веры в эти слезы не было — совсем.

— Сколько их? Где?

— В-вертолет! Б-будут ждать! Там, где мы встретились. Прямо, направо, двести метров, б-большая поляна.

— Я примерно дорогу помню, — успокоил задумавшуюся Свету.

На Артема предпочитал больше не смотреть.

— Н-не ходите! Дети! Т-там два «учителя» и т-три «ветерана»! Он-ни все дозу приняли. С-считай, рангом выше! Зовите Д-долгоруких, я д-дам показания, — дрожал он, лязгая зубами из-под синих от холода губ.

— Закончили, — холодно ответил Артем.

Деревянное острие взлетело еще один раз.

— А как же свидетель? — перевел я обескураженный взгляд с тела на Свету.

— Я — свидетель, — хмуро ответил Артем, вставая и направляясь в сторону леса. — Моего слова достаточно.

— Ты не заметила, его, когда несли, сильно головой о деревья било? — шепотом поинтересовался я у Светы.

— Почти как тебя.

— Но меня вообще не било!

— А кто обещал ступни отрезать? — криво улыбнулась она, поднимаясь.

— Да я же чтобы внимание отвлечь! — возмутился уже нормальным голосом.

— Это ты сейчас так говоришь, — покачала она головой, двигаясь к Федору. — Если бы нас рядом не было, совсем по-другому могло получиться.

— Да никогда!

— Так же никогда, как Артем — снимать кожу зубами, — горько произнесла Светлана.

— Но он же… — растерялся я.

— …Страшно об этом сейчас переживает. Так же, как если бы ты исполнил свои угрозы. — Она подняла на меня взгляд на секунду. — Ему сейчас очень плохо.

Света присела возле Федора, помогая ему, спящему, устроиться поудобнее на мокрой земле.

Посмотрел на берег, на тела врагов, на траву под ногами. Тайком глянул на спину Артема, устроившегося поодаль на коленях и положившего скрипку перед собой. Нет, ну я бы точно никогда, и Света говорит ерунду, но… Все-таки даже если Артем стал чудовищем, он мой друг. На крайний случай найдем ему принцессу. Пусть целует и расколдовывает нашего ботаника-пессимиста обратно. С этими мыслями направился к нему и присел чуть позади справа.