Проклятье Мидаса (СИ), стр. 5

В конце концов, умный человек — это не задохлик-очкарик, гнутый и с перекошенными от постоянного сидения за книгами или компьютером плечами. Умный человек достаточно умён, чтобы понимать, насколько большие преимущества в жизни даёт наличие грубой физической силы, чтобы потратить необходимые ресурсы и время для её приобретения, поддержания и развития.

Я считаю себя умным человеком. Поэтому я — сильный. А ещё — красивый. Но я об этом уже говорил.

Закончив пробежку и комплекс своих ежедневных упражнений, я вернулся в свою ставшую такой просторной и одинокой квартиру. Принял душ. Двинулся на условную кухню и приступил к увлекательному творческому процессу по созданию для себя кулинарного чуда из «всего, что завалялось в холодильнике».

Попаданец… Казалось бы, как у попаданца-перерожденца могут быть проблемы с деньгами? Я ж, по определению должен всех нагибать. У меня же суперзнания и супернавыки из прошлой жизни… Вот только, я, почему-то, так и не нашёл шанса достойно их применить.

Ну, точнее, в быту, понятное дело, они мне очень помогали. С той же учёбой, межличностными отношениями в коллективах, с формированием гармонично развитого тела, с избеганием всякого рода подростковых неприятностей, с «выживанием» и быстрым карьерным ростом в местной армии. Но с деньгами… как-то не срасталось.

Первое, что приходит в голову при мысли о быстром конкурентно-нечестном заработке, это: биржа, биткоин и перепевка песен, либо иных ещё не написанных, но потенциально успешных произведений.

Последнее откидываем сразу: певцы и песни тут были аналогичны тем, что и в моей прошлой жизни. Я даже свой старый плейлист смог собрать, чтобы слушать его во время пробежек. Так что, ни одного потенциального мирового хита из тех, каких тут ещё не было написано, вспомнить мне так и не удалось. Может, плохо старался? Но факт — не смог. Да и не так-то просто их монетизировать, даже, если бы они и были.

Биржа… хорошая, конечно, идея. Но есть пара сложностей. Первая: нужен стартовый капитал. С карманными деньгами школьника, сэкономленными на несъеденных завтраках, особенно-то не разгуляешься. Да и, для игры на бирже требуется совершеннолетие.

А вторая… много ли обычный, среднестатистический человек помнит важных биржевых событий, которые можно использовать для быстрого обогащения? Кризис две тысячи восьмого, крах доткомов, локдаун двадцатого, перекрытие Армуза в двадцать шестом… да вот, собственно, и всё, что смог выскрести из своей памяти я. Но, проблема в том, что конкретных сроков я не помнил, да и, как именно это знание использовать, даже, если бы оно у меня было? На бирже, что фондовой, что валютной, довольно высокий порог входа, вообще-то. А уж, если смотреть не просто на отдельные акции, а на производные инструменты, такие, как опционы и фьючерсы, при помощи которых, в основном, и можно было бы заработать на таких глобальных событиях, как кризис восьмого года или локдаун двадцатого, то там и вовсе — специальная, подтверждённая квалификация требуется.

Да и кризис восьмого года… мне здесь было шесть лет в две тысячи восьмом году! Какая, блин, биржа в этом возрасте⁈ С чем я на неё пойду? С конфетками?..

Биткоин… Это отдельная песня.

Во-первых, те, кто считает, что он всё время только растёт… советую тем посмотреть на график его цены по годам. Особенно на четырнадцатый, восемнадцатый и двадцать третий годы. Много нового для себя откроют.

Но, ладно. Когда я в четырнадцать лет, выдержав целый бой с родителями по этому поводу, пошёл работать неполный рабочий день и свои первые заработанные деньги понёс в две тысячи шестнадцатом на Youbit, меня такие мелочи мало волновали, хотя, конечно, цена у Сатошиков уже и кусалась: тысяча долларов за монету.

За следующий год, вложенные мной деньги (которые я не переставал вкладывать, пусть понемножку, но регулярно) выросли почти в двадцать раз. Ну, не совсем, конечно, ведь вложенные позже росли уже не так круто, как вложенные раньше, так что, подсчёт конкретной прибыли — это уже довольно сложный математический процесс, но факт: с одной тысячи долларов в шестнадцатом году, цена Биткоина взлетела до девятнадцати тысяч уже к концу семнадцатого.

Круто, правда? Я тоже так думал… Пока в апреле семнадцатого наши соседи, северокорейские хакеры, не взломали, на фиг, мою криптобиржу, на которой лежали все мои Сатошики. Все две с половиной монеты.

Было украдено в общей сложности, как нам потом сказали, 4000 Биткоинов… мои вошли в это число.

Однако, я не отчаялся, ведь Биткоин — это же «золотое дно»! Он же только растёт! Я продолжал вкладывать, вкладывать и вкладывать, одновременно оформляя все нужные бумажки на компенсацию… пока в декабре мою биржу не взломали снова, и она не объявила о своём полном банкротстве.

Ах, да: ещё в следующем же году, в восемнадцатом, цена Биткоина упала с девятнадцати тысяч долларов до четырёх…

Однако, и то меня ничему не научило. Я, с упорством, достойным лучшего применения, продолжил тащить все свои «лишние» деньги в крипту. Теперь уже на Coinnest. Она флопнулась в девятнадцатом. И плевать, что была одной из трёх крупнейших в Корее — это не спасло ни её, ни мои денежки.

Ну а потом был локдаун двадцатого, совпавший ещё и с периодом моего поступления в колледж, и мне было уже не до спекуляций — там был Сунын!

А позже… ну, как-то охладел я к криптовалютам. Разочаровался в этом «цифровом золоте». Не оправдало оно моих надежд. Да и законодательство, с криптой связанное, продолжало и продолжает ужесточаться. В общем, забил я на эту тему. Переключился на жизнь, учёбу и будущий карьерный рост.

Так что, вот такой вот я оказался лоховатый перерожденец. Не смог к своим двадцати четырём годам ни империю построить, ни гарем красоток собрать, ни «дантянь» пробудить. Даже одну единственную девушку, и ту не удержал.

Вообще, подозреваю, что случай перерождения, подобный моему, в мире не так уж редок. Люди вспоминают свои прошлые жизни, кто частично, кто полностью, кто раньше, кто позже… только помалкивают об этом. А кто не помалкивает — уезжает лечиться в специализированные медицинские учреждения. Но это вспоминание… не делает их автоматическими «имбами». Да — некоторое конкурентное преимущество у таких перерожденцев, как я, имеется — всё ж зрелая, сформировавшаяся личность с некоторым багажом житейских знаний на раннем этапе взросления помогает избежать многих проблем и ловушек, но… чем старше становишься, тем меньше это преимущество имеет значения.

Вывод обламывающий, грустный, сильно бьющий по чувству собственной исключительности, но… после двадцати прожитых мной в таком качестве лет, он напрашивается сам собой. Мир — слишком хитрая штука. На любые твои «читы», он просто повышает сложность. Ну, и… открывает новые локации.

Когда я закончил пробежку, комплекс упражнений и форм, вернулся домой и принял душ, как раз подъехал курьер из магазина с моим заказом. Вручил мне, получил подпись в накладной и даже поинтересовался, не надо ли мне установку покупки провести?

Я поблагодарил, но отказался. Зато сунул одну купюру «на чай». После чего принялся за увлекательный и приносящий, наверное, даже больше удовольствия процесс, чем дальнейшая игра — процесс распаковки и сборки новенького, ещё пахнущего специальным лаком микросхем компьютера…

Закончив, я заварил себе смесь из сухих ягод лимонника с барбарисом, пододвинул поудобнее кресло, поёрзал в нём, картинно размял пальцы, словно пианист перед концертным роялем и нажал кнопку включения своего новенького игрового ПК.

Через мгновение он уверенно зашумел системой жидкостного охлаждения, пикнул, экран монитора засветился и… выскочило сообщение.

— «Система „Мидас“ активирована».

Глава 2

«Система Мидас активирована». И кнопка «Ок». Больше ничего. Ни логотипа фирмы производителя монитора, ни приветствия BIOS самого компьютера. Белый экран, на нём серое окошко, такое какие были, наверное, в винде девяносто пятой — девяносто восьмой, то есть, такое же угловатое «выпуклое» и кандовое… хотя, некоторые сказали бы: «олдскульное». В этом сером окошке надпись, под которой одна только кнопка «Ок».