Опричник-4. Канцелярия Государственной Безопасности (СИ), стр. 50
Пелена лишь слегка натянулась и тут же пропустила его, сомкнувшись за спиной.
«Ну что, опричники, повеселимся!» — раздалось в по ментальной связи голосом поручика, но с незнакомыми интонациями. Похоже, Бес теперь не один, как и я.
Бес дошёл до самого марева. Поднял правую руку. Глянул через бровь, не прямо — и я понял, что Локи внутри Кости сразу принял наш кодекс боя.
— Виконт, — весело окликнул Бес Дыевича по ту сторону марева. — Слушай, свали по-доброму, и я тебя не трону.
Вместо ответа культисты вскинули руки и выпустили в сторону опричника пляшущее пламя. Мы дернулись на помощь, прекрасно осознавая, что не сможем пройти сквозь пелену.
Бес расхохотался и ударил в ответ.
Я никогда раньше не видел таких способностей у Константина.
Бес поднял руку. Слеза каменной девы на его груди тихо звявкнула, словно камешек стукнул о металл. Из ладони поручика вышло нечто чему я с трудом сумел подобрать название. Не молния. Не пламя. Не воздушный кулак. Бес снял с лица собственную улыбку и швырнул в сторону культистов. Удар-насмешка.
Улыбка хлестнула по виконту. Дыевич покачнулся и шагнул назад.
Тигр зарычал. Барсук с енотом скрючили пальцы и выпустили очередную порцию пламени. Огонь дошел до Беса и превратился в огненные кольца, похожие на те, через которые прыгают тигры на арене цирка.
Предводитель в маске взвыл, когда его поволокло через поляну к этим обручам. Тигр сопротивлялся, Бес хохотал, попутно пытаясь согнуть в бараний рог остальных зверушек. Дыевич отступал, контуры его тела дрожали. Я прикидывал, как помочь поручику, если существо разорвет человеческую плоть куклы и вырвется на свободу.
«Не сможет, — быстро объяснил дед. — Ритуал не закончен. Ему важно сохранить плоть, иначе придется искать новое тело».
— Шеф, — напряженный голос Коржика отвлек меня от веселья Беса. — Стрелка остановилась.
Бросив короткий взгляд на иглу, увидел, что Корнелиус прав.
— Время?
— Две минуты.
— Поменялась скорость?
— Нет. Похоже, что-то происходит.
— Вопрос — что? — процедила Колокольчик, бубенцы в ответ тихо звякнули. Гринпис отпустила загривок Морга, сам зверюга нервно задергал носом. Бер увеличился в размерах, еще не перешел в форму медведя, но находился где-то на грани. Призрак готовился уйти в тени в тот самый момент, когда случится прорыв.
Марево замерцало с той стороны, защитная пелена напряглась, налилась тусклым серым светом.
— Какого… происходит? — выругался я.
— Похоже, Бес изменил правила игры, -пробормотал Коржик, поглядывая на какойто портативный прибор в своей руке.
— И чем нам это грозит? — просила Колокольчик.
— Если бы я знал… — напряженным голосом ответил наш гений.
— Не расслабляться, — напомнил я.
— Так мы и не напрягались, — фыркнул Бермонт.
— Тебя что, Бес покусал, — хихикнула Гринпис, выпуская наружу белые плети. Ледяная роза — миролюбивое растение с мертвой хваткой. Шипы у этого цветочка заходят глубоко под кожу и прорастают почти сразу. И жертва через короткое время превращается в ледяной куст — снежную такую скульптуру.
По ту сторону марева продолжал веселиться Бес.
— Ну что же ты, выходи, я тебя жду, — поручик плясал напротив шатающегося Дыевича. Существо в теле виконта злилось, давало сдачу, но Костя все время оказывался на шаг впереди. Ни разу существу не удалось его задеть. Зато Бес, похоже, умудрился разозлить лже-Дыевич своими дурацкими шутками-оплеухами.
— Только следующий раз приходи сам, без виконта.
«Хорошо» в исполнении виконта прокатилось по нашим разумом тяжелым катком.
«Жди» — ударило по вискам.
Виконт покачнулся. В зрачках Дыевича вспыхнуло темное пламя и погасло. На секунду впервые за всё время в глазах и на лице виконта появилось живое выражение: гримаса смертельно уставшего человека, который медленно сгорает в огне, хочет умереть и не может.
Дыевич пошатнулся, шагнул назад, Тигр подхватил его под локоть. К этому моменту предводитель очнулся. Видимо, Бес отпустил поводок, полностью переключившись на виконта.
Костры на поляне почти потухли. Культисты в масках в красочных позах валялись на снегу, лишенные сил, жизни, магии. Оставшиеся на ногах отходили в лес. Точнее, отползали. Тигр подхватил виконта и ушел с помощью какого-то артефакта. На пустой снежной поляне в Яви остались только догорающие угли и трупы.
Марево изменило цвет, перестало колыхаться. Темные боги синхронно разошлись в стороны, расширив круг. Морана выдернула посох из снега. Чёрная линия втянулась обратно в древко, словно послушная нитка. Кощей опустил руку.
Бес еще какое-то время ругался по ту сторону марева, требуя продолжения веселья, но вскоре вернулся к нам.
— Впервые почувствовала себя статистом, -недовольно произнесла Колокольчик. Бубенцы согласно звякнули. Бермонт невнятно рыкнул, остальные промолчали.
— Шеф, — радостно заорал Бес, оказавшись рядом с нами. — Вот это я понимаю веселье! Уф… Я устал, как никогда в жизни.
— Как ты? — поинтересовался, внимательно разглядывая товарища. Комнда тоед смотрела на Беса, пытаясь понять, кто стоит перед ними — все тот же поручик, или нечто другое.
— Да я это, я, — хозотнул Бес, опускаясь на снег. — Локи говорит, по первости откат жесткий будет. Но чем больше буду… хм… развлекаться, тем легче использовать таланты.
— Боги, помогите этому миру, — негромко взомиась графиня.
— Всем мирам, — поддержала Гринпис.
— Да ладно двеочки, ну вы чего. Было же весело! — возмутился Бес.
— Угу. Только веселился ты в одиночку, — фыркнул Бермонт.
— Договорились, в следующий раз возьму тебя с собой! — поручик попытался встать, но у него не получилось. — Да нормально все. Уже воссатнавливаюсь. Ух ты… Круто как!
Вокруг Константина взметнулась снежная пыль, превратилась в белых бабочек, которые осыпались к ногам опричниц белыми де цветами.
— А нам тут нравится! — воскликнул Бес, с трудом поднимаясь на ноги.
— Нам? — уточнил я, не сводя глаз с Беса.
— Ну… мне и Локи, — подмигнул поручик.
Мы с Ло переглянулись. Графиня подхватила товарища и принялась осматривать. Бес смеялся, уверял, что с ним все в порядке. Я удерживал купол тишины вокруг нас на всякий случай. Держать ментальную связь так долго Гринпис не могла. Княжна и так превзошла себя, но я видел, что ей тяжело. Глаза обрезались возле губ залегла глубокая складка. Гринпис зарылась в меховой бок Морга и моча наблюдала за нами.
Призрак возник рядом тихо как привидение.
— Свар, это и есть твой «второй якорь»? — странным голосом поинтересовался Тони.
— Нет.
— Точно?
— Точно. В нем проснулась кровь Локи. Наш Бес — его потомок. Костя теперь нечто вроде стража у Бреши. Якорь — это другая стихия.
— Понятно, — Призрак хотел спросить что-то еще, но не стал.
Я мысленно потянулся к сестренке. Лада отозвалась через несколько мучительных минут.
«Как ты, Свар?»
«Порядок. У тебя что?»
«Справляемся».
«Береги себя».
«И ты».
— Я так понимаю, первая попытка отбита. Полагаю, скоро культисты попробуют снова перейти в эту реальность, минуя Навь. Думаю, тот, кто занял тело Дыевича, вернется в самое ближайшее время. Возможно даже сам, без поддержки. Если наши зверушки сумеют завершить ритуал, то наш гость стает сильнее в человеческой плоти. Они с виконтом станут единым целым.
— Знатное намечается веселье, шеф, — хохотнул Бес.
— Куда уж веселее, — ответил я. — Предлагаю ночевать на корабле. Смена через каждые два часа.
Команда молча согласилась, мы отправились на судно. Горячий ужин, отдых и короткий сон не помешают.
«Контроль и холодный рассудок, сын».
«Убей или умри, опричник».
«Выбор есть всегда, Мстислав».
«Иди, оружейник. Вернись живым».
Глава 24
Утро у Северной Бреши — это момент, в который марево из ровного зеркального полотна становится зернистым, как старая фотография. Солнца здесь нет, как и луны в нормальном смысле этих природных явлений. Снежная пустыня на рассвете не светлеет, а как будто на полтона теплеет.