Все началось со свадьбы (СИ), стр. 18
Это было чудесно и захватывающе. Всего один поцелуй и ничего больше. Никакого секса не было в этот день.
Так Тася сказала сестре.
Она сказала неправду.
Тот спонтанный поцелуй на кухне стал лишь прелюдией. Закружив их с внезапностью урагана, он распалил обоих так, что остановиться они уже не могли. Да же если бы захотели. Но они оба и не хотели останавливаться, с горячим нетерпением познавая друг друга. Их первый раз случился прямо там, на кухне…
Не в силах оторваться друг от друга, они целовались до головокружения, позволяя рукам жадно исследовать каждый изгиб желанного тела. Голова Таси кружилась, когда она быстро, через голову, стянула хлопковый топик. Торопливое движение случайно высвободило затвердевшие соски из кружевного плена, окончательно сведя с ума этим зрелищем беднягу Бернардо. Негромко простонав, он рванул на себя девушку, судорожно расстегивая брюки…
Когда, уже ночью, пикап Берни высадил Тасю у её апартаментов, долгий поцелуй всё ещё не утолённой страсти пришелся прямо в губы.
– Как не стыдно! – приветствовала сестру Маруся, изобразив возмущение. – Прямо у всех на виду! Делали бы это в машине!
Маруся открыто хихикнула.
– Мы не удержалась, – Тася и не пыталась скрыть блаженную улыбку, которая не покидала её лицо несколько последних часов.
– В машине они тоже целовались! Я видела! – встряла Наденька, которая, похоже, смирилась с тем, что Бернардо выбрал не её.
– Ах, развратники! – шутливо вскрикнула Маруся. – Ну и как он, в этом деле? Рассказывай! – Она перехватила сестру за талию, не позволяя смыться из комнаты.
– Отпусти! Рассказывать тут нечего! – попыталась высвободиться Тася. – Поцеловались и всё! Ты же сама толкала меня в пучину разврата! Мол, надо развеяться и отвлечься от домашних проблем. Вот я и отвлекаюсь! Ничего серьёзного! И не надо делать такие большие глаза. Просто невинный флирт! Ну, почти… Всё, отпусти! Хочу спать!
На следующий день Бернардо появился возле их дома в девять утра.
– Боже, эти итальянцы так рано встают! Чего им не спится?! – смотря в окно, Маруся широко зевнула и покачала головой. – Тааась! Вставай, давай! Там твой уже прикатил!
Взглянув, на промчавшуюся мимо и жадно прильнувшую к оконному стеклу сестру, Маруся демонстративно вздохнула,
– Вот ведь сумасшедшие! А ведь взрослые люди!
– Завтракать не буду! – вместо возражения быстро сообщила Тася. – Я возьму твою красную юбку, ладно?
– Съешь что-нибудь! Кофе хоть выпей! – крикнула Маруся уже ей в спину.
– Потом где-нибудь перекушу! – прокричала Тася из спальни. – Не волнуйся за меня! И передавай привет Даниелю!
– Подстеб засчитан! – пробормотала Марья, наливая себе чай. – Ты там хоть предохраняйся… Эй, слышишь меня?!
Безнадежно махнув рукой, девушка проводила взглядом метнувшуюся в ванную сестру и обреченно вздохнула…
ГЛАВА 17
Проходящая между рядов стюардесса одарила Тасю формальной улыбкой и напомнила пристегнуть ремень безопасности. Бездумно выполнив просьбу, Тася безразлично отвернулась к иллюминатору. Взгляд вяло скользил по серой взлётной полосе, пока в голове вибрировали прощальные слова сестры: «Позвони мне, как долетишь! Черт, да что за муха тебя укусила! Я не понимаю, почему не подождать два лишних дня и не вылететь с нами?». Тася хотела бы, но не могла объяснить сестре, что заставило её внезапно поменять билет домой на самый ближайший рейс. Она отделалась от недоумевающей Маруси словами о накрывшей тоске по дочке, но дело было не в этом. Совсем не в этом….
Последние несколько дней проскользнули для Таси восхитительным, волшебным мигом. Пропав в закруживших её чувствах, она потеряла себя прежнюю – ту благоразумную, уравновешенную Таисию, жизнь которой была похожа на спокойную реку, в привычном течении которой обходилось без бурных водоворотов и темных омутов. Знала ли она себя такой, потерявшей голову от шальной, невозможной влюбленности? Никогда!
Даже в период увлечения Максимом всё было иначе. Тогда она просто уступала его шквальному напору, польщённая и трепещущая от его настойчивой страсти. С широко распахнутыми глазами вступая на непознанную территорию новой, взрослой жизни, Тася с головой погрузилась в этот роман, радостно позволяя Максу вести её за собой. В их романе всё было понятно и правильно: одобрение друзей и родителей, кино и кафешки, первая ночь в съёмной квартире парня. Ночь, которая оказалась такой, как ей и положено – слегка неловко, немного больно, с легким привкусом разочарования, которое быстро смыло счастливым блеском в глазах Макса…
Потихоньку Тася привыкла к той стремительной, резкой манере с которой он брал её, быстро утоляя вспыхнувшее желание и не особо заморачиваясь ощущениями жены. Она привыкла отвечать, что ей всё понравилось, решив, что секс и все эти феерические ощущения, типа бесконечных оргазмов, просто очередная выдумка маркетологов, продающих людям мифы о любви в красивой упаковке романтичных фильмов и дамских романов. Да, ей нравилось внимание мужа. Его торопливые поцелуи и шутливые подколы, иногда ранящие её, но по большей части безобидные и действительно смешные. Она любила его. Любила, как могла и умела, старательно вкладывая все душевные силы и терпение в этот брак, ни секунды не сомневаясь, в том, что это единственно возможный путь к её счастью.
Всё, что Тася узнала в браке о любви и сексе, всё, что считала незыблемым и давно понятным, рассыпалось в труху, после первого же поцелуя Бернардо. Тот невозможный, пылкий поцелуй оказался удивительно нежным, пробудив в Тасе ощущения, о которых она прежде даже не подозревала. На ласки больших, неторопливых рук тело Таси охотно отвечало горячей волной, пробуждающей нарастающее наслаждение. Штормовая волна блаженства смела смущение и любые сомнения, стоило их телам соединиться впервые. Там, на кухонном столе. Это было безумие, но каждый раз, снова и снова, Тася вспыхивала и сгорала в яростной, жаркой вспышке стоило мужчине проникнуть в неё. Размер всё же имеет значение, в глубине души признала она, когда Бернардо первый раз наполнил её собой, даря внезапное наслаждение. Вскрикнув и больше не сдерживая стоны, Тася вцепилась в широкие плечи, оставив на загорелой коже алые полукружья от ногтей…
Она целовала их потом, шепча слова извинения и всем телом вздрагивая от ещё сотрясающих её отголосков утоленной страсти. Он заглушал извинения поцелуями, опаляя её губы пронзительной нежностью. Они забывали о времени, условностях, внешнем мире, который притаился за оградой большого фермерского дома, только и поджидая момента, чтобы вцепиться во влюбленных мертвой хваткой…
Это случилось прошлым вечером. День был таким же солнечным и счастливым, как и все последние. Долгая прогулка с утра, пляж, потом обед, приготовленный в четыре руки… Маруся перестала спрашивать сестру вернётся ли она ночевать в апартаменты ещё после первой ночи, проведённой той у Бернардо. Никому, кто видел Тасю со спутником, не пришел бы в голову глупый вопрос об отношениях этих двоих. Сияющие глаза и улыбки, что не сходили с лиц этой парочки, кричали об их чувствах очевиднее любых заявлений. Прохожие улыбались в ответ, на пару мгновений возвращаясь в воспоминания о своей первой любви…
Вот и сейчас, неосознанная улыбка притаилось в уголках губ Таси, когда, быстро взглянув на Бернардо, она подцепила с тарелки последний кусок деревенского, ещё теплого хлеба.
– Ты будешь доедать? – Тася облизнулась, нацелившись на остатки лозаньи в большой, белоснежной миске.
Со своей неподражаемой, манкой улыбкой, мужчина покачал головой,
– Наслаждайся!
– Спасибо, ты – ангел! – Тася деловито пододвинула к себе миску. – Уммм…, благослови Боже твою маму, которая научила тебя так готовить! Ты – лучший в этом деле!
– Только в этом? – глаза Бернардо зажглись озорством.
– Во всем – лучший! – уверенно подтвердила Тася.– Думаю, твоя прежняя девушка была совсем глупой, что решила расстаться!