Гений рода Дамар 9 (СИ), стр. 20

А вот прием — самое то, чтобы прояснить обстановку. Не придется тратить лишнее время ни мне, ни им, а тема для светской беседы может быть фактически любая. Это никого ни к чему не обязывает и не ставит в неловкое положение.

— Я открыт для предложений, — улыбнулся я.

— Замечательно, — обрадовался Вишту. — Тогда отдыхайте. Надеюсь, мой прием вам понравится.

Прием у Вишту был небольшим. Навскидку, чуть больше сотни гостей. Правда, от каждого рода было всего по два-три человека, а значит, с полсотни родов здесь было представлено.

Тем удивительнее мне было практически не встречать знакомых. Из моих соседей по сектору вообще никого не было, из имперцев я увидел Кумхо, Макка, Бурмей и Рокка.

Хороший повод присмотреться к Рокка, кстати. Сам я к ним пока подходить не стал, но под конец приема можно и пересечься. Я их уже видел на аукционе Синцу, вновь встретил здесь, так что наше знакомство неизбежно. Было бы странно раз за разом ходить мимо друг друга и так и не поговорить.

Из кланов тоже никого не было. Это, наверное, первый прием, где не было вообще ни одного клановца. Даже имперские роды редко совсем не общаются с клановой аристократией, но Вишту, видимо, были именно из таких.

С кем-то из свободных родов я встречался на Турнире, с кем-то еще где-то, так что подойти поздороваться мне было, к кому. Просто эти разговоры ничем не запомнились, обычный вежливый обмен стандартными фразами в рамках этикета.

И, как ни странно, никто не делал намеков на покупку поместья в бывшем квартале Рамсей. Да и прошедшего аукциона Синцу разговор касался буквально пару раз. Но это было скорее любопытство, как я буду выкручиваться, нежели деловой интерес. Все присутствующие понимали, что на нашем уровне четыре с половиной миллиарда — это огромная сумма.

Непонятно, честно говоря. По реакции Вишту мне показалось, что интерес должен быть. Но то ли аристократы еще не знали, что я готов продавать поместья, то ли они так же, как и я сам, опасались незнакомцев в соседях, а потому еще только присматривались ко мне. Как бы то ни было, потенциальных покупателей среди них я так и не увидел.

И сам, разумеется, не стал никому ничего предлагать. У меня самого был только один кандидат в соседи, но есть же еще и предложения от Эксара и Рикуто. Не на все поместья, правда, но с них можно начать, а там видно будет.

Глава рода Макка, с которым мы недавно на аукционе познакомились, был один. Жену он уже отпустил, если вообще с ней приехал, а я все еще гулял с Валери.

И, честно говоря, я не видел смысла ее отпускать в свободное плавание. Валери, конечно, может завязать какие-то контакты среди женщин, но лучше бы все понимали, кто она такая. Статус вольной аристократки уважению не способствует, а встречают по одежке, что называется.

Лучше бы мне сначала представить ее как свою невесту всем, с кем я буду сегодня знакомиться, и дождаться, когда эта информация широко распространится. Может, под конец вечера мы с Валери разойдемся в разные стороны, если она захочет, и то не факт.

Пока же мы с главой рода Макка обменялись приветствиями. Я представлял ему невесту в прошлый раз, на аукционе Синцу, так что эта часть разговора закончилась быстро. А затем Макка свернул с общепринятых вежливых фраз ни о чем.

— Как у вас дела с приютом, господин Дамар? — поинтересовался он.

— Помогаем им потихоньку, — нейтрально улыбнулся я.

Приютом с самого начала занималась Валери, так что я был даже не в курсе, что там и как. Отчеты видел регулярно, но там скорее сметы и счета, чем общее положение дел. Однако о проблемах невеста не говорила, а значит, все там нормально.

— Берете пример с нас? — насмешливо приподнял брови Макка.

— С вас? — не понял намека я.

— С имперских родов, — пояснил он и устремил на меня пристальный взгляд.

Он хотел понять мои цели. Или даже не столько цели, сколько общий вектор. Как я и предполагал в самом начале, приют — это указание на то, что я стремлюсь примкнуть к имперским родам. Императору это было неочевидно, а вот Макка понял.

Не уверен, что я его правильно понял, но если да, то ситуация сложилась неприятная.

Я действительно нацелился на статус имперского рода, однако я дал слово императору, что не буду об этом распространяться. Если я сейчас не опровергну предположения Макка, он будет считать, что узнал о моих целях от меня. И фактически будет прав. Значит, подтверждать нельзя.

Но и опровергать прямым текстом тоже, это будет ложь.

— Скорее, это был посыл в сторону клановой аристократии, — слегка улыбнулся я. — Я не намерен больше вступать ни в какой клан. И, судя по тому, что мне до сих пор не поступило ни одного предложения, кланы мой намек поняли.

Макка неопределенно покачал головой. Его явно не устроил мой ответ, но и настаивать он не мог. По крайней мере, если хотел сохранить нормальные отношения.

— Император пока не нагружает нас общественной деятельностью, как другие свободные роды, — продолжил я. — Нам бы самим уверенно на ноги встать. Но мы стараемся делать, что можем, даже сейчас.

— Тогда вы, наверное, в курсе о законопроекте для несовершеннолетних сирот? — хитро прищурился Макка.

Я покосился на невесту.

— В курсе, — улыбнулась Валери.

— О, госпожа Болари, приютом занимаетесь вы? — приподнял брови Макка.

— Берем пример с вас, господин Макка.

Улыбка Валери стала чуть-чуть ехидной, но Макка лишь уважительно кивнул. У имперских родов социалку действительно чаще всего брали на себя жены глав или наследников родов.

А вот ответ Валери — на грани. Она-то не знала ни о моем намерении сделать род имперским, ни о запрете императора на разглашение этой информации. Зато в свете намека Макка это прозвучало весьма двусмысленно.

И ведь пока она мне не жена, я даже пояснить ей ее ошибку не могу, чтобы не нарушить приказ императора. Доверие доверием, но всякое бывает. Ее уже похищали, просто тогда заказчику не нужна была от нее информация. А так-то у них было полно времени, чтобы применить банальную сыворотку правды.

Впрочем, Макка, похоже, не принял всерьез ответ Валери.

— И что вы думаете об этом законопроекте? — спросил он.

— На всю страну я бы не стала это распространять, — неопределенно покачала головой Валери, — но сиротам это действительно может пойти на пользу. Признание совершеннолетним в шестнадцать лет откроет им возможность зарабатывать. Пусть это будут небольшие деньги, их вряд ли охотно будут брать на работу, но это все равно шанс. К тому же, без родителей дети взрослеют раньше.

Спасибо, милая, мысленно улыбнулся я. Хоть понимать буду, о чем речь.

Уверен, невеста специально построила свой ответ именно так. Чтобы и Макка ответить, и для меня хотя бы суть обозначить. Я и правда впервые слышу об этом нововведении, а стоять с нейтрально-вежливым выражением лица, не понимая, о чем разговор, не очень-то приятно.

— Согласен, я тоже склоняюсь к тому, что этот законопроект пойдет им на пользу, — кивнул Макка.

На Валери он смотрел уже иначе. Стало чуть больше уважения и интереса. Жены аристократов далеко не всегда занимаются делами, а потому их не всегда принимают в расчет. Но Валери показала, что она — не просто красивая женщина при главе рода, с ней есть, о чем поговорить. И Макка это принял.

Мы еще немного поговорили на общие темы и распрощались.

К своему удивлению, я встретил на приеме главу рода Сахо, отца моей матери. Старик был с женой, и сегодня она выглядела лет на десять моложе его. Прежде я не встречал Сахо ни на одном приеме и был уверен, что они — затворники. Понятно, что не от хорошей жизни, но тем не менее.

Однако лезть с расспросами я не стал. Не время и не место. Выбрались хоть куда-то — и то хорошо.

После взаимных приветствий, я улыбнулся и спросил:

— Тоже будете интересоваться поместьем на защитной линии, господин Сахо?