Выбор за тобой (СИ), стр. 89

– Ты сняла кольцо, – с каким-то странным упрёком шепчет он. Я даже понятия не имею, где оно.

– Я готовила и сняла его, прости. Как только будет возможность, то сразу же надену, – заверяю его и поворачиваюсь к гостям.

– Хм, Арин, а… мы же договаривались о нормальной еде.

– А это для тебя не нормальная? – Зло цежу я, бросая на Терло раздражённый взгляд.

– Дети, у вас всё хорошо? – Интересуется мама, замечая моё фырканье.

– Да-да, конечно. Я просто ожидал другое меню, но здесь тоже найду что поесть, – улыбается Терло. Урод. Да подавись ты.

Парень делает глоток воды и моментально откашливается. Отец Терло бьёт его по спине, а я поджимаю губы. Так… это уже не плану. Конечно, я надеялась на то, что у меня есть ещё немного силы, и она сработает сегодня, но подобного я не желала.

– Бывает. Слюной подавился да, сынок? Ещё бы, – смеётся его мама, и он кивает.

– Ох, давайте произнесём молитву, и можно нападать на еду, – улыбаясь довольно, говорит мама.

Нет!

Всё внутри бунтует против этого. Кому молиться? Не природе же, которая дала нам эту пищу. Не яркому солнцу, что помогло вырастить с любовью каждое растение.

– Хм, простите, вы начинайте без меня, хорошо? Мне нужно отлучиться на пару минут, – сдавленно говорю я и, не дожидаясь ответа, а только удивлённой реакции, вылетаю из-за стола и бегу к ванной комнате.

Меня тошнит от лицемерия. Тошнит. Упираюсь ладонями в раковину и шумно дышу.

– Арин?

Да отвали ты, урод. Ты предал меня. Ты полюбил её. Тебе даже то, что я готовлю, больше не нравится, а раньше за обе щёки уплетал.

Но я натягиваю улыбку и открываю дверь ванной, пропуская в маленькую комнату Терло.

– С тобой всё хорошо? – Озабоченно спрашивает он.

– Да, переутомилась. Стояла у плиты, потом с родителями поссорилась, ты же знаешь их. В общем, нервы.

– Поссорилась? У вас же всё вроде бы было хорошо, особенно после того, как мы решили с тобой вместе поступать на финансовый факультет, а летом пожениться, – изумляется он.

Что?

– Подожди-подожди. Это когда мы такое решили?

– Пару недель назад.

Вот же тварь! Она испоганила всю мою жизнь! Она даже будущее моё растоптала!

– Арин, я так рад, что мне не придётся лгать тебе и делать вид, что я хочу быть врачом или вытирать кому-то задницы. Я счастлив, что ты изменила своё решение, и это будет для нас обоих намного выгоднее. Мы можем не возвращаться сюда, как планировали, а задержаться в Лондоне.

– Что? В Лондоне?

– Ну да, мы же оба об этом мечтали. Наконец-то, вырваться из Ирландии и начать жить среди каменных джунглей, а не в этой грязи и холоде.

Издаю шумный вздох и мотаю головой.

– Любимая моя, ну что такое? – Терло нежно поглаживает меня по руке.

– Ничего. Всё нормально. Но насчёт Лондона я…я не готова пока дать тебе ответ.

– Ты же сама настояла на Англии. Ты говорила, что чем дальше мы будем отсюда, тем свободнее.

Я не знаю, чего желаю больше: захныкать от негодования или же разозлиться полностью от того, что натворила Эйрин, и наслать на неё чуму, или того хуже, на всех разом.

– И, знаешь, я должен тебе признаться, Арин. Я долго думал о том, как всё изменилось, и теперь благодарен той ночи, которая подарила мне новые чувства, – замираю, слушая восторженную речь Терло.

– Мне всегда казалось, что мы с тобой вместе лишь вынужденно.

– Вынужденно? – Переспрашиваю его.

– Да. Мы росли вместе, мы живём рядом друг с другом. Это что-то вроде прописанной судьбы, которая обязывала нас якобы любить друг друга. Мы пробовали секс, мы стали первыми в этом, и я планировал, что мы расстанемся с тобой. Я часто задумывался о том, что мы не сможем жить вместе. У нас разные интересы. У нас разные мечты. Да мы с тобой были хорошими друзьями. Но потом… это… как будто моё сердце взорвалось. Я не был так счастлив никогда до той ночи после квеста в доме на холме. И я рад тому, что не совершил глупость и не бросил тебя до той ночи. А я хотел, клянусь, так хотел. Я люблю тебя, и я по-настоящему полюбил тебя, Арин, ведь ты открыла мне новый мир. Ты сама изменилась. Надеюсь, что ты уже беременна, ведь мы больше не предохраняемся, и никто не заберёт тебя у меня. Это время, которое мы провели вместе после квеста, похоже на сказку, в которой я стал принцем для тебя. И раньше я думал, что тебе он не нужен, ведь ты предпочитала мне прогулки в лесу или пикник с червяками в трусах, а сейчас, тебя как будто подменили, или же я просто очнулся от долго и скучного сна. Я люблю тебя, и после каникул надо будет купить тест на беременность, ведь тогда мы быстрее станем семьёй. С вот такой тобой я готов на всё.

Моя рука с силой размахивается, и я ударяю Терло по щеке, отчего он оступается и летит спиной в ванную, хватаясь за шторку. Он рвёт её и падает с грохотом.

– Ублюдок, – шиплю я. Так, значит, я была обязанностью? Я была никем? О, чёрт возьми, это так противно.

– Арин? У вас всё хорошо? – В ванную комнату стучится мама, и я распахиваю дверь, зло смотря на неё.

– Я отменяю помолвку. Я не собираюсь сидеть с этим козлом за одним столом, – цежу я, направляясь в свою спальню.

– Терло, ты, что сделал?

– Я…я…ничего…

– Я не буду никогда носить твоего ребёнка! Я лучше сдохну! И я буду лечить людей, а не калечить их твоими финансовыми махинациями, понял? И обрадую тебя, Терло, я больше не обуза для тебя! – Кричу я, хлопая дверью в свою комнату.

Я в шоке от того, как всё повернулось. Я хочу уничтожить каждого здесь! Убить их! Разорвать! Я хочу домой…

Слышу, как родители Терло кричат на него, как мой отец обвиняет его в каких-то глупостях, и меня это подавляет сильнее. Я не могу так больше. Я не Арин, и никогда ей не была. Я другая. Свободная. Безумная. Обожающая ветер и природу. Я не примерная. Я злобная и мстительная. Я и есть зло, которого все боятся. Я самое злое существо в любом мире, потому что оно нуждается в любви, а её нет. Я изначально брошена всеми, и сейчас моё одиночество ощущается особенно сильно среди тех, кто никогда меня не замечал.

– Почему ты так со мной поступил? Рэйг… Рэйг, – задыхаюсь от слёз, лёжа в постели, и скучаю. Да, я всё помню. И боль от его обмана живёт во мне, но я люблю его именно за то, что мы так похожи. Нам нравится причинять друг другу боль, играть друг с другом, только я новичок, а он в высшей лиге и скоро вернётся сюда, чтобы отомстить людям, и мы снова встретимся, чтобы бороться против друг друга. Я не могу его воспринимать, как своего врага. Разумом я всё понимаю, но не могу, и всё. Моё, уже разбитое сердце, в котором осталось только зло, не верит. Оно прекрасно знает о том, что такое истинное зло, и чувствует фальшь. Почему? Почему же?

– Арин, доченька…

– Мам, прошу, оставь меня, – подскакиваю к двери и упираюсь плечом, чтобы она её не открыла.

– Я в порядке, прости меня, что ужин испортила. Развлекитесь с папой, а я лягу спать. С Рождеством.

«Я приказываю», – добавляю в голове.

– Хорошо, если понадобимся тебе, то мы будем в церкви, а потом на городском празднестве.

– Ага, – облегчённо вздыхаю и подбегаю к окну, наблюдая, как родители выходят из дома и направляются по дорожке влево. Мой взгляд снова застывает на замке, и сердце изнывает. И я не должна, не так ли? Не должна даже позволять себе мысли о том, как сейчас обстоят дела там? Почему Эйрин плакала, и что в данный момент происходит во мраке? Но я думаю. Постоянно думаю об этом, словно чего-то жду. У меня стойкое ощущение, что будет продолжение. И плохое. Очень плохое. Значит, они выйдут к людям уже скоро, и я должна что-то сделать, но пока мне ничего не хочется. Слова Терло доказали мне – моё место не здесь, но и там его нет. Я никогда не смогу называть отцом Домиция и позволить дотронуться до себя тому театральному придурку-жениху. Даже тот факт, что тринадцатое поселение абсолютно нормальное по меркам их мира, мне некомфортно там. Вся эта погода, солнце, люди, – не мои. И это тоже очень странно, как, в принципе, и всё сейчас. Я защищала невинных перед Рэйгом, я дралась с ним за их свободу, а вот за тринадцатое поселение не желаю. Мне плевать на них.